Глава 9

Эйджи всю ночь капризничал, и Анна вставала, чтобы подогреть ему пеленку и отвар фенхеля, жалея уставшую Мариссу.

Она взяла Эйджи в кровать. Малыш заснул, только когда она положила руку ему на животик. Поэтому утро для нее началось поздно.

Покормив ребенка, Аня приняла прохладный душ и нанесла легкий макияж. Расчесывая волосы, она выглянула в окно и вздохнула: ветер нагнал тучи, ливень посбивал с деревьев почти всю пожелтевшую листву. Осень вступала в свои права и здесь, на юге, а в столице, должно быть, уже наступили холода.

Марисса заглянула в дверь и громким шепотом сообщила:

— Клиент уже тут. Я купила сладости. Разогреть пирог?

— Сейчас, минутку, — заторопилась Аня. — Сварю кофе.

Она разлила напиток по чашкам, набрала воды в графин, красиво выложила печенье на новую тарелку и пошла в кабинет.

Новый клиент, господин Фане, низенький полноватый мужчина в тесном костюме, при появлении Ани еще больше разнервничался.

— Это моя помощница, — поспешил успокоить его Танроу, — госпожа Анна. Она будет вести записи.

— Заклятие неразглашения? — требовательно пропыхтел клиент.

Люк ободряюще улыбнулся Ане глазами. Она развернула руку к гостю, на запястье проступила тоненькая ниточка заклинания.

— Хорошо, — удовлетворенно произнес господин Фане, опустошив полный стакан воды. — Дело в том, что у нас с Риной брачный контракт: в случае измены – развод, и пострадавшая сторона получает все… почти все.

— Почти? — уточнил Люк.

— Ну я же не дурак, чтобы держать все свои денежки на открытых счетах, — раздраженно пробурчал клиент. — Я мужчина, и у меня есть некоторые… слабости. Разумеется, я осторожен. Даже секретаршу завел, — господин Фане скользнул по Анне липким взглядом и вздохнул, —пожилую мисти, старую деву, страшную, как нечисть, но с отличными рекомендациями, чтобы Рине не к чему было придраться.

« Ах ты…», — подумала Аня, с ровным лицом делая пометку в блокноте.

— И у вас есть подозрения, что… — не моргнув глазом уточнил Люк.

— … что эта дрянь завела себе любовника! — возмущенно выпалил господин Фане. — Они встречаются каждую неделю, а договариваются через объявления в газете! Знаете, вроде «посылку для мейста такого-то можно будет забрать в номере таком-то отеля «Доро»… или «Синяя звезда»… или другой дешевенькой гостинице»! Почему думаю, что она мне изменяет? Рина изменилась. Раньше ревновала, подозревала… Сейчас ей как будто все равно! Она никогда меня ни о чем не спрашивает! И эта постоянная улыбочка на лице!

— И вы тоже… заводите интрижки?

— Я мужчина, — повторил Фане. — Мне иногда нужно расслабиться. Пусть Рина радуется, что я не снимаю стресс бутылкой… или чем пожестче.

— Не слишком ли вы безрассудны? — нахмурился Танроу. — Если вы наняли детектива, что помешает вашей жене поступить точно так же и поймать на измене вас?

— Рине? — господин Фане скривился. — У нее не хватит ума. Она глупа как пробка. Я женился на ней, потому что у наших отцов был общий бизнес. Ее старик умер, теперь дело – мое. Рина никогда не лезла в мои дела. Она избалованная клуша.

— У вас есть дети?

— Сын. Хороший мальчик, уже взрослый. Учится на островах.

Анна аккуратно вела запись разговора, внося данные в таблицу. Люк продолжал задавать вопросы.

— Как ваша жена обычно проводит день?

Господин Фане пожал плечами:

— Встает, готовит завтрак, ходит по магазинам, готовит ужин … что там еще… делает всякие женские дела, я полагаю, не вдавался в подробности.

— У вас есть прислуга?

— Нет. А зачем? Рина целый день дома, чем ей еще заниматься?

— Она бывает где-нибудь вечерами?

— Конечно, нет! Еще бы она была не дома, когда муж приходит с работы! Я и вечером ей звоню, проверяю, возьмет ли трубку.

— Тогда не понимаю, как она может вам изменять? — Танроу откинулся в своем кресле. — Между походом в магазин и приготовлением ужина?

— Ну да! Это же женщины, — пробормотал Фане. — Они на все способны. Задрать юбку – дело недолгое. Я же говорил, рядом с нами есть несколько дешевых отелей, как раз по пути на фермерский рынок. Я уже нанимал детектива, я говорил?

— Нет.

— Этот пьяница абсолютно ничего не умеет. Он неделю следил за Риной, выудил у меня сто гарпий, а потом сообщил, что жена ведет образ жизни праведной домохозяйки! Господин Танроу, прошу, поймайте Рину на измене. Я слышал о вашем методе! Если узнать, где она блудит, я буду свободен… и с деньгами.

— Пока я ничего не вижу, — холодно произнес Люк. — Что если вы ошибаетесь?

Толстяк повертелся в кресле, наклонился вперед и понизил голос:

— Но ведь есть способы сделать так, чтобы она… изменила. Я о таком слышал. Слухи дошли, что вы… не брезгуете… э-э-э… небольшими постановками. Быть может, у вас найдется… сотрудник, который… ну как бы это выразиться…?

— Совратит вашу жену?

Фане смущенно хихикнул и кивнул.

— А вы уверены, что ее так легко увлечь?

— Ну… все женщины одинаковы, ждут принца на белом коне… Есть ведь и другие способы… суду иногда достаточно нескольких фотографий…

— Довольно, — резко проговорил Танроу. — Мы проследим за вашей женой, и я попытаюсь применить свой метод. Однако насчет того, чтобы компрометировать кого бы то ни было – забудьте, моя контора этим не занимается, вас обманули. Вот сумма, на сопутствующие расходы, — Люк протянул клиенту листок с цифрой. — Наличными или чеком.

Фане выписал чек. Аня встала, раскрыла дверь, и клиент выкатился за порог, недовольно бурча под нос.

Когда Анна вернулась, Люк вертел чек в руках.

— Видите теперь, с кем приходится иметь дело? — с горечью спросил он.

— Противный тип, — кивнула Аня.

— Позвоню помощнику в столицу. Нужно установить слежку. Но интуиция и дар подсказывают мне, что мы ничего не найдем.

— А мне – жизненный опыт, — фыркнула Аня и прикусила язык. Нашлась тут… опытная!

— Самое печальное, что потерпев фиаско у нас, он обратится к другим, моим менее совестливым коллегам, и рано или поздно подставит свою жену, — сказал Люк, разглядывая чек тусклым взглядом.

Анна не нашлась, что ответить.

В дверь постучали, и она пошла открывать, полагая, что клиент что-то забыл.

За дверью она обнаружила… Тиллу Эглад, жену мэра. Молодая женщина стояла на ступеньках, поправляя перчатку. На ее локте висела сумочка из крокодиловой кожи. Мистресс Эглад вскинула свои лисьи карие глаза на Аню и протянула руку.

— Мистресс Триеер! Какое приятное знакомство! Я Тилла Эглад.

— Добрый день, — растерянно проговорила Аня.

Она замешкалась с приглашением пройти внутрь. У калитки стояла открытая ярко-красная машина, «экстра-9», одна из тех премиум моделей, что красовались на рекламных баннерах в центре города. Молодой человек, сидящий за рулем, сын мэра, и в этот раз внимательно разглядывал Анну, пряча усмешку в уголках губ.

Начал накрапывать дождик, и Фред Эглад поднял крышу у машины. Ане тут же стало легче, словно кто-то выпустил ее из невидимых тисков.

Она повторила свое приглашение.

— Нет-нет! — Тилла прижала ладонь к груди. — Я спешу, правда! Муж ждет меня в мэрии. Я заехала, только чтобы кое-что вам предложить. Видите ли, у меня накопилась большая скидка в «Элегжи». Ума не приложу, на что ее потратить. В общем… вот, — мистресс Эглад выудила из сумочки яркий каталог с рисованными девицами на обложке. — Вы недавно в нашем городе. Мы очень хотим произвести на вас хорошее впечатление. Думаю, лучше всего изучать ассортимент наших магазинов, делая в них покупки.

Жена мэра задорно улыбнулась. Аня тоже ответила ей вежливой улыбкой, чуть кислой от осознания того, что не договорила очаровательная дама: «чем глазеть на витрины и облизываться».

— А я побегу, — Тилла притворно горестно вздохнула. — Мы ведь с вами увидимся на заседании клуба?

— Полагаю, что да, — суховато ответила Анна.

— Буду ждать встречи!

Гостья ушла, «экстра-9» укатила.

Аня вернулась в дом, поеживаясь. Похолодало. Может, в этом каталоге найдется теплое пальто по приемлемой цене? Но ее ждал сюрприз. Это был не обычный каталог, а именной. Тилла Эглад вручила ей возможность купить почти все вещи по индивидуальным купонам. Каждая страница была поделена на квадраты с товарами, цена на них стояла уже со скидкой. Рисунок ножниц указывал на линию разреза.

— Ого, — выдохнула Анна. — Просто Клондайк какой-то. Девяносто процентов скидки на кожаный плащ? Неплохо устроилась эта Тилла.

— Тилла Эглад? — переспросил выехавший из кабинета Люк. — Это она приходила?

Анна протянула детективу каталог, рассказав о мистресс-клубе и приглашении жены врача.

— Они вас подкупают, — хмыкнул Танроу, полистав «подарок». — На вашем месте я бы не стал поддаваться. Впрочем, в том, чтобы вести дневник заседаний, нет ничего плохого. И клуб, местные хорошо к нему относятся, от наших барышень в нем много пользы. Но деньги… это уже обязательства.

— Скажите честно: вы не хотите, чтобы вашу бесценную сотрудницу отвлекали городские кумушки, — с иронией предположила Аня.

— Вы меня раскусили, — с серьезным лицом кивнул Танроу.

— Я сама пришла к тому же выводу – не нужно мне ничего от них брать, — призналась Аня. — В конце концов, обувь в этом каталоге так себе, на таких тонких каблуках можно ноги переломать, особенно если толкаешь коляску. В клуб я схожу. Нужно понять, зачем меня так рьяно в него завлекают.

— А я вам скажу, зачем, — детектив развернул кресло к окну. — Фейт Эдрегейл и доктор Дэклер всем рассказывают, что вы сами ушли от Нестеера, отказались от его помощи, растите ребенка и своими силами чините дом. Здесь, в Лонто-хейме, к Нестеерам относятся… скажем так, недружелюбно. Люди помнят войну, им многое пришлось пережить, а в гнезде рода вашего бывшего мужа до сих пор живы драки, которые сотрудничали с нагами. Вы всем улыбаетесь, приютили инвалида, который здесь, — Люк почесал кончик носа, — тоже не на последнем счету. Вы популярны, Анна Триеер! Погодите, вас скоро позовут в храм.

— Зачем это? — насторожилась Аня.

— Благословлять новорожденных. У нас тут почитают богиню Элею. Местные считают, что она защитила город от уничтожения флотом нагов.

— Скажите, а этот Фред Эглад, — Анна рефлекторно передернула плечами, — что он за тип? Он такой… странный.

— Он одаренный, — пояснил Люк. — В нем кровь горных василисков.

— Тех, что изображены на купюрах?

— Да. Лет четыреста назад, в эпоху Золотого Союза, предки нашего мэра получили ипостась горных змеев. В момент сильных эмоциональных потрясений они могли обращаться в василисков, превращать живое в камень и гипнотизировать людей. Сейчас, конечно, их магия слаба. Но Фред… ходят слухи, что он иногда пользуется своим взглядом в дурных целях. Девушки, понимаете?

— Да, — Анна тоже выглянула в окно, за которым стеной стоял дождь. — Понимаю.

— Держитесь от него подальше, — посоветовал детектив.

— Постараюсь, — со всей искренностью пообещала Аня.

***

Перед сном Анна заглянула в одну из книг, позаимствованных в библиотеке бывшего мужа. Судя по иллюстрациям, дикие горные (или каменные) василиски были еще теми тварями. В древности они жили в каньонах на юге главного острова архипелага. Они были сильнее и мощнее своих водных сородичей, и их взгляд легко чаровал жертв или обращал неугодных в камень.

Маги заключили с ними сделку, как и с драками, нагами, грифонами и водными василисками. Люди давали василискам подобие полноценного разума, который превращал их в идеальных охотников – горные змеи, в свою очередь, делились с магами ипостасью. В именах потомков магов, договорившихся с каменными василисками, присутствовало окончание «ад», на взгляд Ани, весьма удачное.

Аня зевнула. Хорошая сказка. Однако отрицать очевидное не стоит – похоже, люди в этом мире имеют гены мифологических зверей.

Прежде чем выключить свет, Аня раскрыла свой старинный кожаный блокнот. Она уже сделала в нем несколько записей – развитие Эйджи по дням и неделям. Пролистав заметки, она вдруг обнаружила то, что не заметила раньше: на одной из страниц была картинка – извивающийся дракон, стилем изображения похожий на китайские гравюры. Странно, что Анна не заметила иллюстрацию раньше.

Она полюбовалась картинкой и закрыла блокнот. Ей нужно было как следует выспаться накануне визита в мистресс-клуб.

… Над магазином игрушек находилось довольно просторное помещение. Мистресс-клуб имел зал, несколько кабинетов, кладовку и соседствовал с обществом ветеранов и детской школой альвийского языка, который все еще был очень популярен на юге.

Аня пожалела, что не последовала совету Дафны (немного опоздать) и пришла одной из первых. Каждая дама, входящая в зал, обращала внимание на новенькую, заметную среди пустых стульев.

Основной контингент клуба действительно относился к возрасту сорок плюс. Некоторые дамы привели с собой дочерей. Девочки щебетали на задних рядах, деликатно хихикая, Аню это раздражало: она кожей чувствовала, что ее обсуждают больше всех.

Появилась Тилла Эглад, как всегда элегантная, в белом пальто и платье. Бордовая сумка совпадала по цвету с туфельками на каблуке-рюмочке, перчатками и шляпкой. Ане жена мэра напомнила рождественский леденец.

Тилла поздоровалась с Анной, окинув ее взглядом. Что-то промелькнуло на безупречно приветливом лице. Раздражение? Аня пошла на принцип и не воспользовалась ни одним купоном из каталога. Их срок действия истекал этим вечером. Не обнаружив на «подопечной» обновы, Тилла едва заметно скривила губы и заговорила с соседкой.

Анна надела душное платье цвета пыльной розы, которое Гельда ушила для нее по бокам и расширила в груди. Что ж, если ей симпатизируют в Лонто-хейме, пусть его жители принимают ее такой, какая она есть.

Вошла мистресс Дэклер, жена доктора Дэклера. Дафна и Тилла обменялись сладкими улыбками, острыми, как кинжалы. Дафна кивнула Ане и подошла к ней:

— Спасибо, что пришли. По поводу…

— По поводу оплаты моего… хм… труда, — быстро проговорила Анна. — Я решила, что буду помогать клубу на добровольных началах.

— Уверены?

— Абсолютно. Для меня суть благотворительности – бескорыстность.

— Похвально, — мистресс Дэклер отошла к шкафчикам у кафедры и вернулась с несколькими объемными папками. — К сожалению, печатная машинка сломалась, придется вести протокол вручную.

Дафна пояснила, что заседание проходит в довольно быстром темпе, и прежние помощницы не успевали документировать его ход. Аня, с некоторым сомнением, выразила надежду, что умение стенографировать позволит ей не отстать от обсуждения…

… которое и впрямь оказалось весьма бурным. На повестке дня стояло проведение осенней ярмарки для дома престарелых. Дамы никак не могли решить, что им продавать: печенье или рукоделие. Необходимо было выбрать что-то одно.

Часть присутствующих настаивала на том, что еда приносит больше сборов, другие дамы напоминали, что ярмарка пройдет во дворе пансионата, и некоторые его обитатели, старые маразматики, опять начнут таскать печенье прямо со столов, чем вызовут хаос и всеобщее несварение.

Аня обнаружила, что не просто умеет стенографировать, а делает это довольно умело. В своем мире она никогда не имела дела со скорописью. Но причудливые значки легко ложились на листы белоснежной бумаги. Оставалось только расшифровать их дома и внести в бланк протокола с таймингом.

Вскоре обсуждение достигло такого накала, что у Ани заболела голова. Она мечтала попасть домой, грудь распирало от молока, несмотря на то, что она сцедила несколько бутылочек для Эйджи. Ей надоели вопли возбужденных мистресс, и она подняла руку с карандашом.

— Да, госпожа Триеер! — с надеждой выкрикнула мистресс Дэклер. — У вас имеется предложение?

— Имеется, — Аня встала и, не особо надеясь на результат, громко проговорила: — Рецепты!

Дамы замолкли и начали удивленно поворачиваться к говорившей.

— Э-э-э… рецепты осенних блюд, хотя можно и всяких… разных, — уточнила Анна, импровизируя на ходу. — Каждая из нас напишет свой лучший рецепт, разумеется, тот, которым она еще не делилась, но готова поделиться. Устроим аукцион, пусть ставки будут небольшими. Особый тыквенный суп или… необычный яблочный пирог, вам решать. Тут главное, не жульничать и отдать что-то действительно интересное.

— Моя книга рецептов – сокровищница! — напыжившись, произнесла зрелая матрона в третьем ряду. — С какой стати мне раздавать свои драгоценные секреты первым встречным? Одни только овощные супы я годами доводила до совершенства!

— Именно об этом я и говорю, — мягко обратилась к ней Аня. — Я думаю, вас не затруднит немного отредактировать какой-нибудь старый рецепт, чтобы его главный секрет остался в семье – всего лишь чуть-чуть изменить состав или добавить другой ингредиент. Возможно, на свет появится новый шедевр. Вы подпишите его своим именем…

— … мистресс Мара Ломель… — уточнила на глазах подобревшая, зарумянившаяся дама.

— … и суп Мары Ломель…

—… с морковными фрикадельками…

— … суп с морковными фрикадельками мистресс Мары Ломель станет ценнейшим вкладом в дело популяризации нашего курорта и его традиций, — торжественно закончила Анна.

Дамы перешептывались. Судя по мечтательным огонькам в глазах, у каждой имелся секретный рецепт, способный вписать имя его обладательницы в историю. Обсуждение сместилось на способы оформления «продукта» и аукциона. Аня облегченно вздохнула, поскольку члены клуба начали двигаться к окончательному решению.

Внося дополнительные предложения в список, Анна заглянула во вторую папку из тех, что передала ей Дафна. Это был фотоальбом клуба. Аня лениво листала листы с кармашками и вдруг застыла: на одной из фотографий она увидела Арифу, актрису, сыгравшую Амалию и месяц назад убитую в темном переулке.

Анна стояла с альбомом посреди суетящихся дам, глядя на фото. Из двух противоположных рядов кресел к ней устремились Дафна и Тилла. Жена мэра, более маневренная, успела первой.

— Какая чудесная инициатива! — восхитилась мистресс Эглад. — Вы всех очаровали! Так мило, просто и оригинально.

— Да-да, — поддакнула запыхавшаяся Дафна. — Отличная затея! Думаю, нужно выбрать подходящее оформление и распечатать всем одинаковые бланки в типографии.

— Важно придумать интересное название для каждого рецепта, — рассеянно добавила занятая своими мыслями Аня. — Например, «волшебное пюре мистресс Эн…». Вы сказали «типография»?

— Да, — кивнула Дафна. — В городе больше не печатаются газеты и журналы. Даже «Лонтхеймский маяк» раз в неделю набирают в Эй-лон-брире. В бывшей редакции газеты «Серпантин», до войны она конкурировала с «Маяком», есть типографское оборудование, но оно устарело, а пожилой владелец жаждет поскорее продать помещение. Мы иногда печатаем там буклеты к ярмаркам. Станки древние, но свою работу делают.

— Что если также отпечатать приглашения и позвать в дело обычных жителей города? — предложила Анна. — Руководство пансиона позволит пригласить больше людей?

— Боюсь, что… — начала мистресс Дэклер.

— У дома престарелых огромный сад и лужайка позади здания, — перебила ее Тилла. — Если даже нам не разрешат, я поручу это мужу. Ему не откажут.

Дафна поджала губы.

— Скажите, вы случайно не знаете эту девушку? — Анна показала дамам фото Арифы.

Обе женщины ответили отрицательно. Аня объяснила свой интерес:

— Похожа на какую-то актрису… имя вертится в голове… Она была членом клуба?

— Не помню ее, вообще не помню, — протянула Тилла. — Фото старое. Возможно, это кто-то из обслуживающего персонала. Мы иногда нанимаем девушек из Элона для мероприятий. Городок небольшой, жители рады подработать, и нам дешевле обходится.

Аня закружило в водовороте из дам, каждая из которых хотела вставить свое веское слово. Одной пожилой мистресс со слуховым аппаратом громко пересказывали суть проекта. Стоял неимоверный галдеж, все попытки Анны записать советы свелись к тому, что несколько чистых листов из папки пришлось отдать на растерзание желающим внести предложение.

К Ане продралась мистресс Мара Ломель.

— Не суп с морковными фрикадельками, а грудка утки в горчичной обмазке! — торжественно выпалила дама, выпятив бюст.

— Чудесно! — сказала Аня, скрывая усталость.

Голова болела все больше. Анна развернула альбом, чтобы сложить его обложкой кверху и вернуть в ящик стола.

— О! — воскликнула мистресс Ломель. — Наши фото пятилетней давности! Все здесь, даже мисти Арифа.

— Вы знаете эту девушку? — встрепенулась Анна.

— Конечно! Это же я рядом! Вот, смотрите.

— А ведь верно. Я вас не узнала.

— Лицо смазалось. Я тогда носилась взад-вперед. Мы ставили спектакль «Семь змеев», и я отвечала за макияж. Спасибо Арифе, она замечательно расписала актерам руки и спины.

— Зачем… зачем спины?

— Знаки! — воскликнула мистресс Ломель. — Знаки одаренных, проступающие на коже! Вы не читали пьесу?! Ее ведь проходят в школе!

— Конечно, читала. Сразу не поняла, о чем вы, — выкрутилась Анна. — Значит, Арифа рисовала знаки?

— Да! Чудесная девушка! Сама скромность и такт! Очень талантливая!

— А кто участвовал в пьесе?

— Все наши юные дамы и некоторые молодые люди из спортивного клуба. Мисти Тилла… тогда она еще была не замужем. Боги, они ведь с господином Эгладом познакомились в театре на премьере!

— Как интересно! — проникновенно проговорила Аня.