Глава 14 · Да, моя госпожа

Машет он тут крыльями! Чуть метелочку мою не зацепил! И шляпу с головы чуть не сдул потоком воздуха.

— Слушай, иди… лети в… лес, а⁈ — и указала ему рукой вперед.

Очень старалась сдержаться и не сказать что-нибудь более весомое. Он и так меня сегодня прибил новостями, а еще летит тут, понимаешь, в глаза заглядывает! Да я из-за этих новостей впервые на занятиях не могла сосредоточиться и чуть лабораторную работу не завалила! Еле дождалась окончания последней лекции. Сто раз пожалела, что вообще на нее пошла, но я ведь никогда не пропускаю занятия! Потому что… потому что не пропускаю.

И, забыв об обеде, помчалась в комнату, где меня ждал Дамьен.

И вот лечу сейчас в сторону Темного леса, а в голове постоянно крутится то, что он рассказал мне утром…

— Что значит «женщины моего рода прокляты»?

— А разве хоть одна из них не в таком уж и давнем прошлом была счастлива с мужчиной?

— Пф! — вспылила я. — Можно подумать, многие женщины с вами, мужчинами, счастливы!

— Всякое в жизни бывает, — пожал плечом демон. — Но не весь же род поколение за поколением разочаровывается в мужчинах?

Как же много в его словах было правды… Но я не проклята! Девчонки бы уже давно что-то такое во мне разглядели. Стелла так точно! Она в проклятиях спец. Так что врет демон все. Но зачем? И откуда знает такие подробности о членах моего рода⁈

Последняя мысль заставила похолодеть и вспомнить, кто передо мной стоит и какие слухи ходят о демонах.

— Кто тебе рассказал такие подробности⁈

За своих я готова была убивать. Магия взбурлила во мне, как зелье в котле. Волосы, которые во время рассматривания гардероба я успела распустить, чтобы переплести, стали извиваться вокруг головы рыжими змеями. Воздух между мной и демоном словно загустел.

— Эй-эй! — опасливо поднял ладони Дамьен и медленно отступил на шаг. — Никто мне ничего не рассказывал! Вернее, рассказывал, но не это.

— Ах ты гад!

Мои волосы метнулись вперед, и демон лишь чудом увернулся от их удушающего захвата.

— Кэсси, успокойся! — попытался привести меня в чувство демон, но лишь вывел из себя еще больше.

— Для тебя я госпожа Кассандра. Ван. Руж! — взвилась я, и волосы ринулись в очередную атаку, а я изготовилась применить один из своих убойных артефактов, висящих на моей шее.

— Госпожа! — тут же выпалил он и почему-то похабненько улыбнулся, но тут же сделал серьезное выражение лица и выпалил: — Лесовик! Это был лесовик! Ночью он рассказал, как прокляли твою прабабку и что это проклятие пало на весь твой род по женской линии. Вот я и решил рассказать о нем, чтобы ты поискала, как можно снять проклятие той черной ведьмы.

— Черной ведьмы? — Я была потрясена…

Остановилась и медленно выпустила из рук артефакт. Проклятия этих ведьм и в самом деле могут быть очень изощренными. Но почему демон вдруг решил поделиться информацией со мной? Я бы еще поняла, если бы он что-то потребовал за нее взамен, но он просто так все выложил. Или самое главное, за что он будет торговаться, еще впереди? Я сощурилась:

— С чего вдруг такое благотворительное желание поделиться такими интересными сведениями?

— Ты помогла мне найти недостающую часть артефакта. Разве я мог тебя не отблагодарить?

— То есть это такая благодарность?

— Именно! — всплеснул руками Дамьен.

— И ты сейчас все-все мне расскажешь и не потребуешь ничего взамен?

— Точно! — подтвердил он и, когда я уже почти ему поверила, добавил: — Почти.

Я закатила глаза. Так и знала, что ему нельзя верить!

— Что тебе нужно?

— Ты меня поцелуешь.

— Что⁈

Кажется, по моим волосам прошел разряд. По крайней мере, я услышала характерное потрескивание.

— В щеку! И перед самым моим отбытием. А я потом неделю не буду ее мыть и буду вспоминать нежные прикосновения твоих губ!

— Ты дурак?

— А что, уже и пошутить нельзя? У меня, между прочим, стресс. Ты бы себя сейчас видела!

Я повернулась к зеркалу и чуть не отшатнулась. Оказывается, я могу быть страшной. Очень. Даже описывать эти извивающиеся рыжие ленты из волос, светящиеся фосфоресцирующей зеленью глаза и заострившиеся черты лица не буду. Пожалуй, демон еще неплохо держится.

Усилием воли успокоилась и вернула себе приличный вид. Разве что расчесываться придется долго. Но если то, что сказал Дамьен, правда, то я обязана обо всем узнать и освободить свой род от проклятия. Мне-то мужчины все равно не нужны — слишком много от них проблем, а еще они сильно отвлекают от науки и вообще… отвлекают. А вот другие женщины рода ван Руж, возможно, еще сумеют обрести женское счастье.

— Ладно. Рассказывай! Со всеми подробностями!

— А поцелуй?

— Пф, — фыркнула, подошла к сумке и достала расческу. — Будет тебе поцелуй в щеку на прощание.

— Идет. Давай помогу расчесаться. Я знаю, что справиться с такими длинными волосами непросто, — внезапно предложил он и протянул ко мне руку за расческой. Я посмотрела на его не очень длинную косу, и он понял возникший у меня вопрос правильно и улыбнулся: — Сестра. У меня есть младшая сестра, которой я в детстве помогал вытаскивать из волос колючки. Мы вместе сбегали из дома, и об этом долго никто не догадывался. Считалось, что пробраться через аркулентские колючки, растущие около наших окон, невозможно. А мы с сестрой почти каждый день доказывали ошибочность такого высказывания. Но иногда вычесывать друг другу волосы все же приходилось.

Я невольно улыбнулась, представив двоих рыжих демонят, с усердием вырывающих друг у друга из волос колючки.

— Ладно, держи. Но если будешь слишком сильно дергать, я предпочту расчесаться сама!

— Идет. Садись давай.

— А ты рассказывай все с самого начала.

— Куда же я теперь денусь? — демон неожиданно фыркнул и добавил: — Госпожа.

Я посмотрела на него подозрительным взглядом, но уселась на стул и стала слушать историю прошлых лет, из-за которой женское счастье для женщин нашего рода стало недостижимой мечтой.

А когда услышала все, вплоть до исчезновения лесовика, задала резонный вопрос:

— Значит, ты думаешь, что он знает того, кто может рассказать нам как снять проклятье?

— Думаю, да. Нечисть не врет. По крайней мере открыто. И когда я его спросил, знает ли он условия снятия проклятия, он сразу ответил, что нет. Но вот насчет того, кто может знать, не ответил и предпочел скрыться.

Мы некоторое время молчали. Дамьен на удивление бережно расчесывал мои волосы, и это действовало умиротворяюще.

— Думаешь, он ответит на этот вопрос только мне как одной из рода ван Руж?

— Ну, меня он уже проигнорировал. А лесовики — не те создания, которых можно легко заставить сказать то, что они не хотят говорить.

— Тут ты прав, — вздохнула я и невольно прикрыла глаза от удовольствия.

Оказалось, это очень приятно, когда тебя так аккуратно и нежно расчесывают.

— Все, — наконец раздалось над ухом.

— Все? — вырвалось у меня разочарованное.

— Ну, если ты меня поцелуешь, то я, так и быть, продолжу. — И улыбающееся лицо Дамьена оказалось совсем рядом.

— Да иди ты! — подскочила я, резко возвращаясь к действительности и осознавая, что опаздываю на занятия. А я никогда не опаздываю на занятия! Все из-за этого демона! — Освободи комнату. Мне нужно одеться. И жду тебя здесь сразу после занятий. Полетим в Темный лес.

— Да, моя госпожа. — Глаза Дамьена весело блеснули.

— Иди ты! — насупилась я, выталкивая его за дверь, и закрылась на замок.

До леса долетели быстро. Я слезла с метлы, стукнула черенком о землю и сощурилась, всматриваясь в переплетение ветвей.

— Ты включила какой-то супер-супер ведьминский взор? — приземлившись рядом, хмыкнул Дамьен.

— Что?

— Ну ты так уставилась в лес, будто рассчитываешь вызвать лесовика одним своим взглядом.

— Не веришь в мой супер-пупер взор? — Я решила, что смущаться не в правилах ведьм. — Тогда предлагай свои варианты.

— Могу сломать несколько деревьев.

Я покосилась на демона. И ведь ему совсем не жалко деревья. И подумать о том, что лесовик после такого может решительно отказаться с нами даже разговаривать, тоже как-то не судьба.

— Мужчины… — проворчала я. — Все бы вам ломать и крушить. Как насчет того, чтобы принести лесовику подарки и просто позвать?

Я достала из сумки припасенные пирожки, бутыль молока и фирменную бабушкину наливку, которой она меня снабдила в сугубо лечебных целях. Мы с подругами уже успели оценить ее несомненно важный и значимый терапевтический эффект в лечении наших нервов. Все это добро я поставила на пенек и позвала:

— Уважаемый лесовик, кланяюсь вам поясным поклоном и зову отведать угощения!

И поклонилась. Так кланяться среди людей уже давно не принято, а уж нечисти такие знаки уважения не оказывали и того дольше. Разве что ведьмы еще помнили старый уклад. Сейчас я выступала в роли просителя и посчитала, что нужно уважить такую древнюю нечисть.

— Надо же! — раздалось через несколько минут ожидания из-за деревьев. — Давно меня так не привечали. — Лесовик, словно из ниоткуда, вынырнул у самого пня и, причмокивая от удовольствия, начал рассматривать подношения. — А наливочкой гости не баловали и вовсе лет триста, а то и все пятьсот. — Посмотрел на демона и хмыкнул. — Что, неужто он так быстро все тебе рассказал о проклятии?

— Рассказал, — подтвердила я.

— Видать, много за такое выторговал. Больно эти демонюки хитрые, — глянул на меня и внезапно удивленно хмыкнул, поняв по выражению моего лица, что ничего такого Дамьен у меня и не выторговывал. — Ба, да у нас тут если не любовь, то симпатия! Я же говорил Огручику, что не зря демон повадился ночами деревья у меня крушить.

Я покосилась на ехидно улыбавшегося демона и фыркнула. Симпатия у него, как же…

— Если у этого демона и есть какая-то симпатия, то она точно не ко мне, — ответила под насмешливым взглядом лесовика. — Я пришла к вам за другим. Думаю, вы догадываетесь.

— Сколько сегодня пташек вылупилось аль урунгузиков родилось? — прикинулся дурачком лесовик.

А я дала себе мысленный подзатыльник. Если что-то просишь у нечисти, то просьбу нужно излагать точно и без возможности истолковать ее иначе. Потому сейчас нужно срочно исправлять положение!

— Нет, мне нужно знать условия снятия проклятия, которое черное ведьма когда-то наложила на наш род.

— О как. — Лесовик сложил руку на груди и посмотрел на меня серьезно и задумчиво: — Я знаю, кто тебе может помочь, но не знаю, захочет ли она вообще разговаривать. Вот с ним, — он ткнул пальцем в демона, — точно бы не стала, а с тобой… — Я сделала жалобные-прежалобные глаза. — Может, и поговорит. Ладно, — он махнул рукой, будто решаясь. — Люблю я вас, ведьм, и вы этим пользуетесь. Идите по тропинке и никуда не сворачивайте. А коли свернете, то и проклятием интересоваться будет некому. — Хлопнул в ладоши и пропал вместе со всеми моими подношениями.

— А где тропинка-то? — опешила я.

— Вот, появилась только что. — Дамьен взял меня за руку и потянул вперед.

Я наконец заметила извивающуюся среди деревьев тропу. Хотела забрать свою руку из его горячей ладони, но демон не выпустил. Он обернулся и очень серьезно посмотрел мне в глаза:

— Эти тропы опасны. Мне будет спокойнее, если буду уверен, что ты точно идешь позади.

Я кивнула, понимая, что он прав. Слышала я о таких лесных тропах. Они могут вывести куда угодно. И о тех, кто с них сошел, больше никогда и ничего слышно не было. Стало немного жутко. И я бы никогда не призналась, но когда он вот так держал меня за руку, я чувствовала себя гораздо уверенней. А кроме ощущения защищенности я чувствовала что-то еще, о чем очень не хотелось задумываться.

Шагали мы не меньше получаса, и я порадовалась, что оделась потеплее. Почему-то на этой тропе было очень холодно. Когда тропа закончилась, мы оказались у края поляны, на которой стоял маленький покосившийся домик. Но он не был заброшен, снег вокруг него был заботливо расчищен, а из трубы шел бодрый дымок.

На некоторое время мы застыли, рассматривая эту картину и не решаясь идти вперед. Неожиданно дверь домика отворилась, и на порог вышла старенькая сухонькая старушка. Она куталась в какой-то непонятный побитый жизнью и временем тулуп, но ее седые волосы были уложены в аккуратную, волосок к волоску, прическу. Старушка оглядела нас на удивление острым взглядом выцветших глаз.

— Ну, чего встали? Проходите, раз уж этот старый пенек открыл вам ко мне дорогу.

Мы с Дамьеном переглянулись и пошли к домику.

В сенях умопомрачительно пахло травами. Что было неудивительно — здесь везде висели сушеные пучки. Но стоило нам войти в комнату, как этот запах изменился на аромат свежего хлеба. Комнатка оказалась небольшой и поделенной занавеской на две части: кухонную и спальную.

Внутри оказалось хорошо натоплено, и я с удовольствием потерла замерзшие руки. Оказывается, я успела хорошо продрогнуть. А еще здесь было очень чисто, а на печи сидел большой черный веркот[18]. Я этих созданий уже без труда отличала от обычных котов — есть опыт общения с фамильярами Матильды и Стеллы, которых им подарил лесовик. Я о таком пока могла только мечтать — фамильяры появляются только у инициированных ведьм. Потому я и пошла тогда вызывать себе умненького песика, а вызывала не менее умненького, но почему-то целого высшего демона.

Покосилась на Дамьена и вздохнула. Как все было бы проще, если бы в моей пентаграмме все же появился кто-то вроде Бруно. Но все эти мысли вымело у меня из головы, когда старушка развернулась, снова оглядела нас пристальным взглядом и произнесла:

— Ну, здравствуй, внучка.

Я не поверила своим ушам:

— То есть как внучка?

— Скорее прапраправнучка. Нужно считать колена. Но разве это важно?