Глава 25 · Меняющийся вектор

Наличие в стенах академии демона — нонсенс. И когда я призвала Дамьена, то думала, что как минимум отхвачу за это немалых люлей. Этого не случилось, но мне отчего-то не стало легче. Особенно когда я поняла, что у нас в академии теперь бродит не просто демон, а демон-преподаватель. Как ни крути, а это скандал, светопредставление, балаган и кавардак в одном флаконе. Как вообще так получилось⁈

Ага, так мне думалось, когда я шла на травничество. На нее ходили не все из нашей группы, но для ведьмы этот предмет обязательный. Последние несколько пар у нас заменял старенький некромант с довольно специфическим чувством юмора. После нескольких шуточек с восставшими из углов костями мышей и сорвавшихся из-за этого уроков его на некоторое время сняли с преподавания, но заменить его все равно было некем — странная эта должность, за несколько месяцев на ней уже несколько преподавателей сменилось, — и некроманта вернули.

Я села рядом с Матльдой и Стеллой, у которых этот предмет тоже обязательный, достала из сумки конспекты и огляделась, «предвкушая» очередной неординарный урок. Лучше думать о травничестве и старом некроманте, чем о Дамьене, рыжая шевелюра которого чудилась мне за каждым углом, отчего сердце едва не выскакивало из груди.

Но когда в аудиторию вместо некроманта вошла старенькая согбенная старушка с доброй улыбкой, я окончательно поняла, что академия переходит на какой-то новый, крайне непредсказуемый вектор развития и все самое интересное еще впереди.

Мы с подругами переглянулись и втянули головы в плечи.

Старушка тихонько прошла к кафедре, посмотрела на галдевших адептов, которые не приняли ее всерьез, и улыбнулась еще благостей.

— Какие милые детки. Сейчас бабушка расскажет вам, как нужно дедушку любить…

И призвала маленькую такую, всего сантиметров пять в диаметре и высотой в метр, молнию, которая ударила прямо в проходе. Адептов, оказавшихся рядом, слегка тряхнуло, а их волосы встали дыбом. По аудитории поплыл запах озона и жженого дерева — пол пробило, чувствую, почти до подвала. Хорошо хоть занятие проходило на первом этаже иначе могло достаться и аудитории под нами. Но такие мелочи, видимо, старушку-божьего одуванчика, а по совместительству одну из сильнейших ведьм королевства и наставницу нашей Главной, не волновали.

Я узнала эту женщину с первого взгляда. В Академии ведьмовства есть целая галерея, в которой висят портреты сильнейших представительниц нашего племени. И висят они, как я подозревала, не для того, чтобы молодые ведьмы знали на кого ровняться. Скорее для того, чтобы знали, с в чьем обществе себя нужно вести крайне уважительно.

Я уже говорила, что у нас, ведьм, хорошо развит инстинкт самосохранения? А теперь этот инстинкт включился и у остальных магов в группе. По крайней мере, даже те, у кого волосы на голове продолжали стоять бодрым ежиком, молчали и только смотрели на старушку широко открытыми глазами.

Н-да-а-а… А вы думали, как на занятиях свободолюбивых и независимых ведьм достигается дисциплина и успеваемость? И я даже могла понять такие методы. Если маг неправильно произнесет заклинание или ошибется с жестом, что будет? Правильно — ничего. А если ведьма перепутает хотя бы один ингредиент в зелье или неправильно сделает оберег? Тоже правильно — никто не знает, но чаще всего последствия никому не нравятся. А так волосы дыбом, глаз дергается, мозг работает на полную мощность, а внимание сосредоточено на лекторе.

Конечно, старая ведьма слегка перестаралась, но кто ей на это попеняет? Что я там говорила про инстинкт самосохранения?

— Позвольте представиться, — проскрипела она. — Яндава ван Ган, ваш новый преподаватель травничества. — Она окинула взглядом адептов и снова улыбнулась: — Вижу, как вы рады. Что ж, тогда приступим…

Наверное, еще ни на одном уроке адепты так усердно не записывали за преподавателем. И я была бы в восторге — когда еще доведется учиться у такой маститой ведьмы⁈ — но почему-то радоваться не получалось. Я ощущала… тревогу? Не знаю. Может, это изменения, происходящие в академии, так на меня действовали?

Когда урок закончился и ведьма ушла, мы с девочками переглянулись и, не сговариваясь, остались на месте, ожидая, когда в аудитории, кроме нас, никого не останется.

— Матильда, ты должна знать больше всех, — наконец, заговорила я, когда за последним адептом закрылась дверь. — Что происходит?

— Ой, девочки, — вздохнула она, — я Майкла до утра ждала, специально одним глазом спала, но так и не дождалась. Так что о происходящем знаю не больше вашего.

— Но сама Яндава ван Ган в академии магии — это нечто запредельное! — почему-то прошептала Стелла.

— Угу, а вы в курсе, что теперь историю магии ведет Дамьен? — уточнила я.

— Кто⁈ — вытаращились на меня девочки. — Так тот рыжий красавчик, о котором уже ходит столько слухов — Дамьен⁈

— Ага, собственной персоной, — скривилась я.

— Представляю, как ты… — Стелла явно перебирала в голове слова, чтобы выразиться поприличней, — … удивилась, когда его увидела.

— Не то слово! — Я невольно провела по пуговицам на своем вороте.

— Слу-у-ушайте, — внезапно протянула Матильда, озаренная какой-то догадкой, — а вам не кажется, что они хотят запустить артефакт Равновесия?

Мы задумались.

— Да нет, — уверенно возразила я, но тут же засомневалась. — Или да? Думаете, для начала они решили показать адептам, что демоны и ведьмы не так страшны, как все привыкли думать?

— А что? Годная теория, — хлопнула глазами Матильда. — Со временем все привыкнут. Им расскажут, что их учил демон и никого не покусал. Потом весть распространится дальше, и со временем…

И если поначалу у меня вспыхнула дикая надежда, что так и будет, то чем дольше, тем грустнее мне становилось. А потому, когда Матильда на секунду остановилась и набрала в грудь воздух, я продолжила вместо нее:

— К нашей с вами старости люди более-менее привыкнут к мысли, что мы в состоянии сосуществовать с демонами и, возможно, допустят мысль, что когда-нибудь лет через сто, двести, а лучше триста или пятьсот, запустить артефакт будет не такой уж плохой идеей.

— Откуда такие пессимистичные прогнозы? — попыталась меня взбодрить Стелла

Но у нее это не вышло.

— Тебе напомнить, сколько времени понадобилось нашему королю, чтобы снова ввести в социум ведьм[25]? А тут демоны!

— Лиха беда начала! — не утрачивала оптимизм блондинка.

— Угу, или конца.

— Кэсси, по-моему, ты недооцениваешь Дамьена, — встала на ее сторону Матильда. — Он же как-то всего за неделю сумел собрать в одной академии для переговоров вчерашнюю делегацию? Уверена, такого раньше не было. Сегодня, вон, уже преподает адептам. По-моему, это гигантский шаг вперед.

— Прислушайся к подруге, — подняла вверх палец Стелла и добавила, глядя на дырку от молнии в полу: — Одно присутствие здесь ван Ган чего стоит.

— А ты уверена, что во всем этом его заслуга?

— А кого еще? Если хочешь узнать, чьи уши… — Стелла запнулась, — или рога торчат из какого-то события, нужно понять, кому это выгодно.

— А ему выгодно? — скептически приподняла я бровь. — Ни за что не поверю, что он все это провернул только для того, чтобы помочь мне избавиться от проклятия.

— А почему нет? Ты бы видела, как он на тебя смотрит! Хотя ты видела, просто признаться себе в этом не хочешь, — авторитетно заявила Матильда.

— Ой, да ладно вам! — всплеснула я руками, хотя на душе от слов подруг предательски потеплело и заскреблось. — У него, небось, таких рыженьких, пусть не ведьм, а демониц, в Нижнем мире воз и вереница маленьких тележек.

— И почему сразу вереница тележек, да еще и маленьких? — хмыкнув, поинтересовалась Стелла.

— А, видимо, чтобы, сидя в одной большой, не поубивались в процессе дележки красавца Дамьена, — фыркнула ей в тон Матильда.

— Ха-ха, — я с укором посмотрела на девочек. — Между прочим, мы тут важные вещи обсуждаем. И если уж на то пошло, то точку приложения артефакта, который почти собрал Дамьен, еще так и не нашли.

— Это да, без нее любые разговоры об открытии границ между мирами — пустое сотрясание воздуха, — задумчиво согласилась Стелла и внезапно так на меня посмотрела, что я насторожилась: — Кассандра, а ты изучала тот лист с рунами, которые я для тебя перерисовала в закрытой секции библиотеки[26]?

— Изучала, но там есть пробелы. Ты перерисовала не все.

— И⁈

— И я не знаю, то ли это, что нам нужно. Мне нужен полный рисунок. — Подумала и добавила: — И демон, который поможет расшифровать руны.

Девочки переглянулись.

— Ну уж найти демона теперь проблемы нет, — многозначительно заметила Матильда.

— А вот чтобы снова проникнуть в закрытую секцию через библиотеку под носом злющего Зурба — придется постараться, — сказала Стелла.

— Не думаю, что у нас получится. — Я от досады прикусила губу.

Этот злобный демон так рьяно охранял вверенные ему книги, что у адептов от одного упоминания посещения библиотеки дергался глаз. А еще у Зурба недавно появилась помощница — его дочка, которую ректор лично привел из Нижнего мира, заключив с ней контракт. И эта особа по многим параметрам не уступала отцу, а в некоторых моментах по вредности даже превосходила. И я не верила, что нам удастся обойти этот двойной заслон.

— Девочки, — посмотрела на нас Матильда и так коварно улыбнулась, что я вся превратилась в слух. Подруга явно придумала нечто, что нам понравится: — А зачем нам пробираться в закрытую секцию?

— В смысле? — не поняла я. — Чтобы перерисовать оставшиеся руны.

— Я почти уверена, что ректор сам принесет из секции этот листок и даст нам его изучить.

— С какой стати ему это делать? — скептически выгнула бровь Стелла. — От нас пытаются скрыть все, что только можно, а тут сами принесут уникальный свиток на золотом подносе?

— Именно! — победно улыбнулась Тильда. — И знаете почему? — и посмотрела на нас так хитро, что я едва сдержалась, чтобы не схватить ее за плечи и не вытрясти продолжение. Что-то такое она, видимо, уловила в моем взгляде, потому что прервала-таки эффектную паузу и продолжила: — Потому что это будет условием, которое мы выдвинем перед тем, как поделиться информацией о местонахождении выемки для артефакта Равновесия!

Мы со Стеллой переглянулись:

— А если этот рисунок вовсе не то, что мы думаем? — спросила блондинка.

— А если то? Что мы теряем? Если все выгорит, мы окажемся в гуще событий!

Я смотрела на Матильду и думала, что даже если в закрытой секции хранится не то, что нам нужно, то с такими подругами мы все равно в эту гущу проберемся!