Глава 23. Когда невозможно предать доверие

Кертис ван Рок

Керт стоял посреди коридора, смотрел на приближавшуюся кляксу с горящими алым глазами и думал, что ректор ван Валар был изобретательным малым. И дух дочери спрятал, и целое некромантское крыло, в котором, несомненно, сокрыто множество тайных знаний. И защитил все это так качественно, что теперь придется очень постараться, чтобы выжить.

А все-таки как хитро придумано! Ректор одновременно защитил разум дочери тенями, потому что было неизвестно, сколько ей придется пробыть в одиночестве в закрытом пространстве, и благодаря им же сделал ее стражем этого пространства. Не учел только, что Летта пробудет в одиночестве так долго, что тени почти станут ее частью. Наверное, если бы не ведьмы с их феноменальной способностью вытаскивать из людей и существ их суть, Летта напала бы на них раньше, и никакая свеча, призванная в том числе и для того, чтобы отгонять эти тени, не спасла бы. Хорошо хоть успели отправить Стеллу и Кассандру в реальный мир.

Стоило Керту представить, что за его спиной сейчас стояла бы его Тэль, и ему стало не по себе. Его Тэль…

Но эти мысли были сейчас неуместны — в его сторону уже неслись тени, и время ускорилось. Ворт попробовал массовое заклинание упокоения нежити, но оно не повлияло на тени. Лант применил сильнейшее заклинание изгнания — и тоже мимо. Потом были использованы боевые заклинания, но и они лишь отогнали монстров, но не уничтожили их. Эти тени были чем-то другим — чуждым и непонятным.

«И как это можно уничтожить?! — мысли в голове Керта проносились с дикой скоростью. — Но они не могут вообще не поддаваться магии! Магия — часть мира и изнанки в том числе, инче мы не смогли сюда попасть и пользоваться тут магией, а значит нужно пробовать еще!»

По наитию Керт ударил по врагам чистой сырой силой. И вот это помогло! Атакованная им тень в мгновение ока словно выцвела и растворилась. На несколько секунд коридор наполнился возмущенными шорохами, и тени отступили, но красноглазый монстр, стоявший неподалеку и не спешивший вступить в бой, заверещал на ультразвуке, и тени снова ринулись в бой.

Все происходило ужасающе быстро, но даже секундная передышка дала парням возможность собраться и ударить по теням тем, чего они боялись. Некроманты били сырой силой снова и снова, истощаясь гораздо быстрее, чем если бы облекали эту силу в форму заклинаний. Хорошо еще, что их личные щиты не давали теням присосаться к их телам и выпить жизненные силы, но все же теней было слишком много, и щиты тоже слабели с устрашающей скоростью. Керт был истощен переходом и не мог защищаться так же эффективно, как его друзья, и понимал, что его щит спадет первым.

Щит… Почему здесь, в изнанке, нормально работают только защитные артефакты и сырая сила?! Что с этим пространством не так и как с ним бороться?!

Ощущая, что его щит просел настолько, что вот-вот выдохнется, Керт лихорадочно обдумывал ситуацию. Им бы небольшую передышку, чтобы немного собраться с мыслями. Прошло всего несколько минут боя, хотя по ощущениям гораздо больше, а они магически уже почти пустые…

И тут Керт словно по наитию активировал обычный купол тишины, которым они часто пользовались, чтобы поговорить без лишних ушей. И вот именно он остановил тени!

— Мать моя женщина, — потрясенно произнес Ворт, — разглядывая кромешную тьму, в которую превратилось пространство за пределами небольшого купола.

— Купол долго не продержится — слишком сильный натиск, — поморщился Керт с силой сжимая в руках посох. — Еще два ваших артефакта продлят это затишье в лучшем случае на минут десять.

— И что будем делать? Наших сил надолго не хватит, а ты уже на пределе, — обеспокоенно посмотрел на друга Лант.

— Здесь работает только сырая сила, но я даже не представляю, сколько ее нужно, чтобы уничтожить эти тени, — вздохнул Ворт и дернул плечом, когда его посох согласно щелкнул челюстями у него над ухом. — Тут разве что Лорд Тьмы справился бы и...

В этот момент Керт ощутил нечто странное. Настолько странное, что полностью отрешился от происходящего и даже не дослушал Ворта. Керт сосредоточился на тянущем чувстве в районе сердце, которое переросло в понимание, что одна вздорная, но такая любимая ведьма за него очень переживает и очень ждет, когда он вернется. А еще он понял, что для нее он самый сильный, самый умный, самый упрямый и… самый-самый. А когда в тебя так верят, невозможно предать это доверие. Это понимание внезапно сильно ударило под дых, а потом в душе поднялось нечто такое, что заставило парня расправить плечи и твердо произнести:

— Значит, нам нужен Лорд Тьмы.

— И где ты его возьмешь? — скептически поинтересовался Ворт, разглядывая истончающиеся очертания щита.

— Я прямо сейчас пройду испытание.

Керт знал, что еще как минимум несколько месяцев до того дня, когда можно будет провести ритуал и узнать, кто из их троицы имеет наибольшие силу и сродство с Некросом, а значит может попробовать пройти инициацию и претендовать на титул Лорда Тьма. Но и тогда спешить не стоило. Некрос карает тех, кто слишком много о себе возомнил, но не готов принять силу. Но сейчас это все не имело значения.

Друзья с недоверием и беспокойством взглянули на Керта:

— Ты еще не готов. Никто из нас не готов.

— У нас все равно нет выбора, — все для себя решив, ответил Керт. — Или сейчас кто-то из нас пройдет инициацию, или мы все погибнем. Я готов попробовать. Все равно я первый в очереди на ужин для этих ребят. — кивнул на тени. Темнота за щитом, казалось, заволновалась еще больше. — Но без вас мне не справиться. Вам придется меня прикрыть, когда щиты рухнут.

В этот момент купол тишины, уставленный Кертом, лопнул, и Ланту пришлось активировать свой. Друзья переглянулись, безмолвно принимая решение, и без слов дружно кивнули, соглашаясь с необходимостью рискнуть, поддерживая друг друга и… прощаясь.

Медлить Керт не стал. Присел у стены, чтобы друзьям было проще обороняться, и, прикрыв глаза и отрешившись от происходящего, постарался погрузиться в медитацию. Обычно именно в таком состоянии маги острее чувствуют связь с силой и быстрее пополняют магический резерв. Но сейчас Керту нужно было иное.

Боги уничтожили друг друга, но не пропали бесследно, и их адепты до сих пор могут воззвать к ним и получить помощь и поддержку. Но для этого нужно в них верить и знать, как обратиться.

Вторая инициация некроманта — это дар Некроса самым сильным и упорным. И если адепт недостоин этого дара, Некрос и сама сила его покарают. Именно поэтому решаются на вторую инициацию немногие, а проходят единицы. Именно поэтому Лордов Тьмы так мало, а в светлых землях обычные люди считают их злом из старых сказок.

Войдя в медитативное состояние, Керт уже привычно растворялся в потоках силы, а в его ушах звучал размеренный голос наставника, когда тот рассказывал о второй инициации:

«Сила едина. Чистая сила — везде, и только маг может ее принять и придать ей форму. Только очень сильный маг, которому Некрос даровал свое благословение, может черпать эту силу напрямую и мгновенно преобразовывать в некротическую энергию, становясь почти полубогом — Лордом Тьмы. Но как тело помогает некроманту, будучи проводником его силы, так оно и сдерживает ее, становясь непреодолимым барьером на пути всемогущества.

Лорд Тьмы — это, в первую очередь, сильнейшая воля. Он всегда должен помнить, что самое главное — это контроль. Сила дарит эйфорию, туманит разум, навязывает желание зачерпнуть ее больше и больше, и слабый поддается. И вот тогда сила разрывает его душу и тело и растворяет в себе. И если новорожденный Лорд Тьмы думает, что, справившись единожды, он укротил силу, то ошибается. Некрос будет его испытывать постоянно, стоит только обратиться к силе».

Все это промелькнуло в голове Керта за секунду, но он, отбросив сомнения, погрузился в себя еще глубже, обратился к своему источнику, к силе, к Некросу…

Слабый не дозовется, сильный заслужит право на испытание. И он звал. Казалось, сама магия в его теле взбурлила. Где-то на периферии сознания будто завибрировала тонкая струна, а воздух загустел, сдавливая не только тело, но и сознание. Керт продолжал взывать. Он должен преодолеть этот барьер, его должны услышать!

Внезапно сознание Керта затопила звенящая невыносимая боль, тело мелко затрясло, но он, стиснув зубы, продолжал взывать и словно раздвигать пространство внутри своего сознания, все глубже погружаясь куда-то в недра силы, самой магии. Никто не мог объяснить, как именно происходит инициации, но говорили, что тот, кто на нее решится, сам все поймет. И он понимал и шел дальше.

Казалось, дикие боль и необъяснимое выворачивающее душу напряжение длились вечно, но он шел вперед, потому что должен был дойти. Он потерялся во времени и пространстве, забыл куда и зачем пробивается, но точно знал, что должен это сделать, потому что невозможно предать доверие кого-то очень важного.

А потом давление, боль, напряжение внезапно пропали, и на него обрушилось неожиданное умопомрачительное небывалое блаженство. Сила, чистая, необъятная, невыразимо приятная купала его в своих потоках, стирала остатки боли, забирала тревоги, призывала раствориться в ней и обрести вечное неслыханное блаженство. Это было прекрасно, и сказать на эти уговоры «да» было легко и просто. Он забыл кем был когда-то, почему здесь оказался, он просто был частичкой огромного океана силы и наслаждался этим. И все же где-то глубоко внутри то, что он когда-то назвал бы волей, не давало ему окончательно утонуть, раствориться в блаженстве. Ему не хотелось обращаться к этому тревожному, не дававшему покоя, но оно ему мешало, и Керт ухватился за него и словно вынырнул из глубины. Его сознание как током прошибло понимание, кто он и для чего здесь находится.

И вместе с этим осознанием он увидел себя сидящим в пустоте среди потоков золотистой сверкающей энергии. Огляделся, поражаясь странной, удивительной красоте этого пространства. Протянул ладонь вперед, и над ней, повинуясь его мысли, появился маленький золотистый смерчик, тут же окрасившийся в цвет его магии. Керт сжал ладонь, и тот рассыпался искорками. Снова оглядевшись, Керт осознал, что теперь не песчинка этой силы, а тот, кто в праве ею полевать. Его разум снова охватила эйфория, желание забыться, наиграться этой энергией, надышаться ею…

Надышаться… Внезапно это желание вызвало у него целый калейдоскоп воспоминаний: они со Стеллой сидят под столом, тесно прижавшись друг другу, ее мягкие волосы щекочут его щеку, дыхание согревает шею и дико будоражит, а запах… ее запах сводит с ума, и Керт не может отказаться себе в удовольствии проделать дорожку из поцелуев по ее нежной шее, не может ею надышаться…

Искушение силы тут же отступило, и он снова вспомнил слова наставника: «Сила всегда будет туманить голову Лорду Тьмы. Это его привилегия, великое искушения и бремя. И именно поэтому ему так важно найти истинную пару, женщину, которая станет его якорем и спасением, и только она сможет выносить и родить ребенка от столь сильного существа».

Новое осознание обернулось радостным предвкушением счастья, но внезапно Керт ощутил сильную тревогу и понял, что нужно срочно возвращаться в реальный мир.

И не ошибся.

Купола уже не было, а его друзья еле стояли на ногах и из последних сил отбивались от наседавши на них теней. Керт подскочил и успел придержать пошатнувшегося Ворта. Лант пока стоял на ногах, но уже тоже был вымотан. Он даже не обратил внимания на то, что Керт пришел в себя. Не медля больше, Керт шагнул вперед, оставляя друзей позади.

Вторая инициация дает магу возможность использовать огромный объем магической энергии, но тело человека не способно пропустить через себя ее одновременно так много, потому дар Некроса — это не только возможность приобщиться к этой энергии, но и вторая ипостась.

В обычной жизни Темный Лорд мог, как и прежде, пользоваться магией в своем человеческом теле — и ее объем значительно возрастал, — но настоящую силу получал, только перейдя во вторую форму. В чем-то она имела схожую природу с драконьей, когда тело человека трансформируется в тело ящера, но было и существенное различие — второе тело некроманта формировалось в момент первого призыва второй формы и конструировалось не из ничего, а из подходящего материала, который в этот момент находился поблизости. Именно поэтому чаще всего вторая ипостась Лорда Тьмы представляла собой костяного человека и именно поэтому инициацию проводили на кладбище или запасшись необходимым строительным материалом, служащим проводником некротической энергии. Здесь такого не было. Керт не знал, к чему приведет активация его второй формы и из чего она будет строиться здесь, на изнанке, но выбора у него все равно не было.

Словно подбадривая своего хозяина, посох в его руке сложился в кулак, и Керт обратился к силе.

В то, что происходило дальше, Ворт с Лантом поверили не сразу. Показалось, мир на мгновение замер, а потом тело Керта засветилось ярко-зеленым светом и вспыхнуло так, что резануло глаза даже сквозь зажмуренные веки. А когда удалось проморгаться и взглянуть на друга, парни испытали благоговейный восторг, замешанный на ужасе.

Перед ними стоял не привычный им Керт и даже не состоящая из костей человекоподобная фигура, каким они однажды видели своего императора, а перевитый жуткими чернильно-черными жгутами мышц гигант трехметрового роста. В руке он держал такой же огромный черный посох, основание навершия которого было по-прежнему украшено фиолетовой бабочкой.

От потрясения друзья не сразу обратили внимание на то, что теней вокруг не стало. Вообще. И только тогда до них дошло, из чего сформировалась вторая ипостась Керта.

— Ничего себе… — потрясенно выдохнул Лант.

Ворт выразился более емко и от переизбытка эмоций вцепился пятерней себе в волосы на макушке. Черепушка на его посохе тоже впечатлилась и вцепилась в его косу, нервно задвигав челюстями.

Внезапно по изнанке разнесся тихий вздох, и перед ними снова появился призрак дочери ректора. Она смотрела на Керта с такой надеждой, что Ворт с Лантом недоуменно переглянулись.

— Ты — Лорд Тьмы-ы-ы-ы, — тихо выдохнула она.

— Да, я стал им здесь, — раздался почти неузнаваемый голос Керта.

— Лорд Тьмы из тене-е-е-й, — восторженно протянула она. — Лорд Теней-й-й!

— Тени… что они такое?

— Тени — это тени. Они повсюду на изна-а-анке. Отец считал, что это некие слепки душ, погибших когда-то в этом пространстве. Не ду-у-уши, а их слепки, их тени. Изнанка — очень странное место.

Керт покрутил перед собой своей черной рукой-лапой, внимательно ее разглядывая:

— Они не исчезнут в реальном мире, если я приму там свою вторую ипостась?

— Не-е-ет, — улыбнувшись, покачала головой девушка, с интересом его рассматривая. — Теперь они — твое тело, часть тебя, твоей второй формы. Хотя-я-я я бы не отказалась посмотреть на тебя в реальном мире. Возможно, какие-то изменения все же произойдут. — Она прикусила губу, и внезапно почти вплотную приблизилась к Керту и выдохнула ему в лицо: — Освободи-и-и меня! Освободи-и-и! Только ты сможешь это сделать! Прошу! Я сойду с ума одна на изнанке и скоро стану не хуже тени!

— Как я могу это сделать? И почему я?

— Ты — Лорд Тьмы-ы-ы! Только у тебя хватит сил снять его с меня, — она положила руку на кулон на своей груди.

— Он не дает твоей душе отправиться на перерождение?

— Д-а-а-а… А еще он запечатывает некромантское крыло в изнанке и меня в нем. — Девушка отлетела чуть дальше и печально продолжила: — Отец слишком сильно меня любил и не смог бы жить дальше, если бы я не осталась рядом хотя бы такой. Но сейчас я уже не хочу тут оставаться, мне это незачем. Тогда отец хотел сберечь мой ду-у-ух до своего возвращения и спасти знания некромантов — изнанка на удивление хорошо сохраняет магические книги и свитки. Но сейчас его не-е-ет.

— То есть чтобы тебя освободить и вернуть некромантское крыло в реальность, нужно лишь снять с тебя амулет?

Керт уже давно понял, что это тот самый амулет, о котором им говорил император. Но хотел ли он, чтобы крыло некромантов снова вернулось в реальный мир и их знания стали доступны бывшим врагам?

— Ты — Лорд Тьмы. Ты поймешь.

Смотреть в глаза призрачной девушке, которая парила напротив и без слов умоляла об избавлении, было тяжело. Керт очень хотел ей помочь, но должен был думать о последствиях своих действий. И чем больше он думал, тем тяжелее становилось на сердце. Сведения, которые хранились в некромантском крыле, слишком ценные, чтобы ими делиться. Император никогда бы не дал ему добро на это. Летта — страж этого места, без нее и ее амулета оно не сможет остаться в изнанке. С другой стороны… Керт получил задание принести Его величеству амулет. Вот только император вряд ли точно знал, кто и как его хранит…

— Не смотри-и-и-и так, — подлетела к нему Летта и, с горечью глядя ему в глаза, произнесла: — Отец тоже так на меня смотре-е-е-ел перед тем, как оставить здесь… Брат не пришел за мной, потому что подумал тогда так же, как ты-ы-ы-ы сейчас! — А потом вздернула подборок и с вызовом кинула: — Но, в отличие от них, у тебя нет выбора! Свеча-а-а-а здесь горела не зря, и вместе с ней угасла ваша возможность вернуться, даже если с той стороны проход снова откроется, вы в него пройти не сможете! Тебе нужно вернуть э-э-это место в реальный мир. Или со временем изнанка пополнится еще тройкой тене-е-е-й.

Керт смотрел на девушку и понимал, что она врет. Бедняжка так хотела избавиться от бремени потусторонней жизни, что готова на все. Он видел это в ее глазах, понимал и… не мог принять окончательное решение.

Внезапно их диалог прервало громкое клацанье зубов. Обернувшись, некромант увидел до глубины души возмущенного Ворта и валявшийся у его ног кончик косы, который явно был только что отгрызен впечатлительным черепом с его посоха. Или это череп так замысловато намекал на коронки?

Стелла… Это ведь ее стараниями его друг сейчас имеет такой… необычный посох. Воспоминания о ведьмочке внезапно заставили взглянуть на ситуацию под другим углом. Ведьмы — они такие, даже на расстоянии много чего могут.

— Ах ты, скотина… — глядя на упавшие перед ним волосы как-то почти по-детски обиженно произнес Ворт.

Летта тоже заинтересовалась случившимся, выглянула из-за плеча Керта и уставилась на клацавший зубами череп.

— Хотя-я-я… с вами будет нескучно. Какое-то время я могу и подожда-а-ать… Коронки успею этому красавчику примерить, — снова заговорила девушка, почему-то тоже желая украсить посох таким необычным способом.

А Керт вдруг улыбнулся и… решился. Хватит уже тайн и разобщенности. Хватит бесконечных интриг. Некромантам пора открыть новую страницу в общении с бывшей родиной. И что если не совместное освоение знаний из былых эпох этому поспособствует? И разве не ради налаживания связей они сюда прибыли? Умолчать о находке некромантского крыла не выйдет ни у одной из сторон, им все равно придется договариваться! К тому же… Он ведь всего лишь выполнит приказ императора — найти и доставить амулет.

Больше медлить Керт не стал. Без труда пройдя пальцами сквозь тело призрака, ухватился за вполне материальную цепочку и потянул.

И понял, что тянет не обычную цепочку, а, похоже, целое некромантское крыло. Но теперь он был не простым некромантом, а Лордом Тьмы, а значит к его услугам был целый океан силы, которым он не преминул воспользоваться.

Ощущения были нереальными! Сила лилась через него бурным потоком, и в какой-то момент Керт чуть в нем не утонул. Но ставший невероятно холодным амулет в его руках, в который уходила сила, как вода в песок, отрезвил и заставил собраться. В момент, когда цепочка подалась и амулет оказался в руках Керта, изнанку снова озарила яркая вспышка, послышался счастливый смех Летты, которая «обманула» упрямого некроманта и наконец стала свободной. А Керт понял, что истощен настолько, что не может оставаться в своей новой ипостаси, и принял человеческую форму.

Переход получился почти мгновенным, но с непривычки он на несколько секунд потерял ориентацию в пространстве и еле устоял на ногах. И только поэтому не сразу осознал, что находится в академии. Вернее, коридор и все некромантское крыло, бывшее еще секунду назад в изнанке, снова стали частью реальности и академии.

— Керт! — услышал он полный неверия и такой желанный голос. И увидел заплаканное лицо Стеллы. — Керт! — Она бросилась к нему в объятия. Но вместо того, что обнять, начала несильно бить его кулаками по груди и приговаривать срывающимся голосом: — Безответственный, бессердечный некромантище! Как ты мог остаться в изнанке без меня?! Как ты мог?!.

— Стелла! — опешивший поначалу Керт не сопротивлялся, а потом перехватил ее руки и взгляд и тихо произнес: — Тэль… Моя Тэль, — и накрыл ее губы поцелуем.

— Н-да, похоже, мы лишние на этом празднике жизни, — поднимаясь с пола и держа посох на вытянутой руке, произнес Ворт.

— И не говори, — хмыкнул Лант.

Керта внезапно повело, и Стелла, вскрикнув, еле успела его поддержать.

— Что с ним?

— Устал, — насмешливо хмыкнул Ворт, припоминая, через что его другу только что пришлось пройти.

— А ты с чего такой бодрый? — Стелле не понравилась его ухмылка — будто он знал что-то такое, что ей, недалекой, не дано.

— Между прочим, кто-то только что стал Лордом Тьмы, — с гордостью за Керта ответил тот и выпятил грудь колесом.

Но вместо того чтобы обрадоваться, ведьма как-то вмиг побелела, перевела потрясенный взгляд на Керта и спросила, почему-то тыкая пальцем в Ворта:

— Он что… стал Лордом Тьмы? Первый? Значит, он… он…

— Что он? — нахмурился Керт, чувствуя, как от слабости путаются мысли — первый оборот выдался не самым простым.

Но тут их самым бесцеремонным образом прервал раздраженный женский возглас:

— Да что ж вы все такие живучие?!