Глава 11

Любовь

В самолёте я всегда сажусь у окна. Люблю смотреть на небо, на пушистые облака, на то, как рождается новый день или завершается старый.

Когда я была маленькой, думала, что облака сделаны из сладкой ваты и на них живут маленькие ангелы. Эти воспоминания вызывают на моём лице улыбку. Насколько же в детстве всё казалось проще: никаких тебе забот, никаких сильных переживаний.

Хотя и сейчас у некоторых в жизни всё пучком. Натан, развалившись в соседнем кресле, спит сном невинного младенца. И как у него это получается? Я же не могу уснуть, как ни пытаюсь.

Весь рейс он проспал, а я читала наискучнейшую книгу. Шея затекла, и я с огромным удовольствием потянулась, когда мы наконец-то приземлились.

Опять аэропорт, такси, гостиница. Сообщение Алисе, что я долетела, с обещанием отписаться позже. Сегодня остаток дня потрачу на расслабляющую ванну, масочки и воспоминания. Куда же без них? Особенно после случайной встречи.

А завтра снова в бой в стае голодных модных львиц, готовых загрызть любого за место под солнцем.

— Хочешь, поедем ко мне? — вдруг спрашивает Натан у дверей моего отеля.

— Зачем? — непонимающе спрашиваю его.

— Не хочу оставлять тебя одну, — пристально глядя мне в глаза, отвечает агент. — Что-то произошло, пока мы были в России. В тебе что-то поменялось, и я не знаю, хорошо это или плохо.

— Тебе показалось, Нат, — тепло улыбаюсь от проявленной заботы. — Всё прекрасно. Езжай домой, тебя ждёт Жизель и малышка Диззи.

— Поехали, они будут рады тебе... Ты же знаешь.

— Натаниель, — я практически никогда не называю его полным именем. Как-то мы сдружились с первых минут знакомства, и официоз нам был не нужен. — Я не стану красть время у твоей семьи. Ты и так редко балуешь их своим присутствием. До завтра.

Целую его в щёку и, забрав из его рук чемодан, направляюсь в отель. Знаю, что он будет стоять, пока я не исчезну в дверях. Нат мне очень дорог, он помог мне не захлебнуться в боли и самобичевании в самые страшные моменты моей жизни, таскался со мной по кастингам и был моей жилеткой. Но, что удивительно, я никогда не смотрела на него как на мужчину, хотя он очень красивый.

Натан для меня всегда был, есть и будет как старший брат, которого у меня никогда не было. А я его младшей сестрой. Другие модели до сих пор шепчутся у нас за спиной, приписывая бурный роман. Но им не понять того, что происходит между нами.

Я была рядом, когда Нат познакомился и влюбился словно мальчишка в Жизель, я была подружкой невесты на их тайной свадьбе. Я была рядом, когда на свет появилась Диззи и огласила своим криком всю палату. Нат не просто мой друг, он часть моей семьи. Он со мной здесь, в чужой стране, и не дает скучать.

Он мне очень дорог, но сегодня я хочу остаться одна.

Захожу в очередной безликий, но идеальный номер. Я не снимаю себе постоянное жильё специально, чтобы не привязываться. Мой дом там, где Алиса, на моей родине и только там. Поэтому только гостиницы — пожила сколько нужно и съехала.

Чемодан закатываю в спальню и скидываю туфли. Распахиваю окно и делаю селфи на фоне ночного города. Отправляю племяшке, пишу пару слов о том, как долетела, и узнаю, как дела у неё.

Ответ получу теперь только утром, поэтому, отложив телефон, направляюсь в ванну.

Включаю воду и усаживаюсь на бортик. Замечаю напротив напольное огромное зеркало. В нём я вижу успешную и красивую девушку, но как давно эта девушка была по-настоящему счастлива? Не как тётя или состоявшаяся личность, а как любимая и любящая, как женщина?

И ответ меня заставляет горько усмехнуться. Такой период был в моей жизни, когда я порхала от любви и считала себя самой счастливой на свете. Правда, это было единожды — семь лет назад…

Семь лет назад

Возвращаюсь от сестры, где была с племянницей, пока Нина отдыхала в спа-салоне. Алису я обожаю, несмотря на приличную разницу в возрасте. Мы с ней словно на одной волне, чем иногда доводим мою старшую сестру.

Игры в настолки, просмотр мультфильмов и поедание мороженого в огромном количестве — наши любимые занятия.

Нина вернулась часа в четыре, отдохнувшая и расслабленная. Мы втроём выпиваем чай с ягодным пирогом, и я ухожу домой. Решаю прогуляться, отказываясь от общественного транспорта, хоть мы и живём на приличном расстоянии друг от друга. Когда до дома остаётся совсем немного, начинается ливень.

Я обожаю летний дождь! Сильный, с крупными каплями, который начинается мгновенно и потом также резко проходит. Поэтому, полностью игнорируя суету вокруг, скидываю обувь и, пританцовывая, иду вперёд босиком прямо по мокрому асфальту.

Не замечаю ничего вокруг, поэтому, не заметив осколок от бутылки, режу ногу. Пока пытаюсь разглядеть порезы на ноге, появляется незнакомый парень. Как он позже представился — Вадим.

Честно? Он ужасно напугал меня. Слишком сильно был похож на бандюгана и слишком напорист. И я бы убежала, но с порезанной ногой особо не побегаешь. Да и он был слишком ловким и быстрым — мгновение, и я уже у него на руках.

На удивление он оказался нежным и внимательным.

Что я чувствовала, пока его ладони держали мою ногу? Смущение и неловкость. А еще какое-то незнакомое ощущение внутри. Тепло…

Когда он появился на пороге моей квартиры следующим утром, я была поражена, думала, что больше его не увижу. До его появления я считала нашу встречу просто приятным, но случайным эпизодом, одним из многих, о которых потом можно вспоминать спустя много лет.

Но Вадим решил по-другому. Мы провели вместе весь день. И уже дома, за закрытой дверью, когда Вадим уходит, я вдруг осознаю — я влипла.

Как можно влюбиться в человека, зная его меньше суток? Не знаю, случалось ли такое с кем-то. Но я смогла. Этот брутальный парень с наглой ухмылкой на лице покорил меня почти сразу.

Он выглядит так, что хорошие девочки должны со всех ног бежать от него прочь к своим строгим мамочкам. Но несмотря на это, мне хотелось бежать к нему…

Я всегда была рисковой, думаю, это досталось мне от родителей — любителей экстремального отдыха. Карабкаться в горы или нырять на глубину меня не привлекало, а вот сотворить что-то такое, отчего у окружающих глаза на лоб полезут, — это да.

Поэтому, когда на следующий день после окончания рабочего дня уже знакомая машина въезжает во двор, я прыгаю в салон и, не давая себе ни секунды на раздумья, целую Вадима.

Он, кстати, цепенеет лишь на секунду — когда мои губы касаются его. В это мгновение нас обоих коротит. Но уже в следующий миг я оказываюсь на коленях Вадима, а его руки аккуратно, но настойчиво прижимают меня к его телу. Напор ошеломляющий, кажется, если я сейчас не позволю ему углубить наш поцелуй, он умрёт.

Обхватываю ладошками его щеки, чтобы контролировать процесс, периодически отрываясь от желанных губ, чтобы перевести дыхание, и возвращаюсь назад. В тот вечер мы так никуда и не попали. Просидели в машине, целуясь как два ненормальных.

Наутро дико болят губы, и на работу приходится краситься яркой помадой, чтобы хоть немного скрыть их припухлость.

Но разве от моей сестры, которая ко всему прочему является ещё и моей начальницей, можно что-то утаить? Она зажимает меня на перерыве в самом дальнем углу офиса и буквально под пытками щекоткой выведывает все подробности. Которые тут же передаёт своему мужу. И теперь эти двое великих сводников ходят с таким гордым видом, словно Вадим — творение их рук и именно они его послали ко мне.

Естественно, я психовала, а Вадим лишь усмехался и целовал меня в нос:

— Ты когда психуешь, похожа на героя мультфильма.

— Какого? — спрашиваю, косясь на него с подозрением.

— Головоломка, — хитро улыбнувшись, отвечает Вадим.

— И кого же я тебе напоминаю? — спрашиваю, уже зная ответ, и начиная злиться ещё больше.

— Гнев, конечно. Жаль, не пускаешь огненные струи, можно было бы пожарить маршмеллоу.

— Я тебя сейчас поджарю, — прошипела, надвигаясь на него.

Правда, поздно понимаю, что это был хитроумный план, чтобы я сама попалась ему в руки. И как только это происходит, он подхватывает меня и, крепко сжав в объятиях, кружит. А после мы падает на траву и снова целуемся, пока нас не обрызгивает водой автоматический автополив газонов.

Взвизгнув, подскакиваю с травы и, взяв Вадима за руку, бегу под струи. Мы бежим и смеёмся в голос, а прохожие косятся на нас, словно мы ненормальные. Останавливаемся мы лишь полностью промокнув.

— Ты сумасшедшая, — с восхищением в голосе говорит Вадим. — И я так кайфую от тебя. Где же ты была всё это время?

— Гуляла под дождём? — отвечаю ему, вновь целуя.