Глава 19

Любовь

Забегаю в уборную, прикрыв за собой дверь, и облокачиваюсь на неё спиной. Дышу так, словно пробежала марафон.

Я не узнаю сама себя. Почему спустя столько лет и столько обид моё глупое сердце так реагирует на его близость? От его запаха кружится голова и подкашиваются ноги.

Всё, что я испытывала к этому мужчине, давно похоронено под пластом времени, остыло и забылось. Мне плевать на то, как он смотрел на меня, плевать, как прижимал к себе и как шептал на ухо весь этот бред! Но больше всего мне плевать на его слова.

Слова — это вообще ничто. Мне нужно сосредоточиться и помнить то, что он сделал. Он бросил тебя без объяснения причин! Исчез, не удостоив даже жалкой смс.

Запускаю руку в волосы, прихватывая их чуть у корней, чтобы остудить разбушевавшееся сердце лёгкой болью. Люба, приди в себя! Если тебе и этого мало, вспомни, как вернулась из той поездки и что увидела.

Семь лет назад

— Они не прилетели, — сквозь слезы говорю сестре. — Я так и осталась одна.

— Любаша, — успокаивает она. — Произойти могло что угодно, не гадай и не накручивай себя. Устрой себе каникулы. Ты вернешься домой уже через четыре дня и сразу же пойдёшь к Вадиму, чтобы узнать, в чём дело.

— Не могу… Сердце не на месте. Мне плохо. Я буквально задыхаюсь.

— Дыши, моя малышка. Это нервы, ты себя уже и без того накрутила. Выдыхай. Сейчас от тебя ничего не зависит.

Легко сказать: «Выдыхай». Да только как это сделать? Если я всё время думаю, что поступила неправильно, что должна была остаться и ехать к нему. А что, если что-то произошло? А я, получается, улетела и бросила его…

Решаю лететь обратно, как только понимаю, что он не приедет. Но билетов не было и нет. И теперь я словно тень брожу по отелю и жду, когда смогу улететь домой.

Даже природные красоты, что так мечтала увидеть своими глазами, меня не радуют, я их даже и не замечаю.

Мне физически не хватает воздуха. Грудь постоянно словно стянута тугим кольцом. Я не могу нормально спать, мне снятся кошмары, пропал аппетит и ничего не радует.

Бесцельно провалявшись в кровати три дня и пропустив начало нового года, всё же нахожу в себе силы выйти на улицу.

Люди веселятся и отмечают праздник. Повсюду развешаны гирлянды, и, кажется, сам воздух пропитан весельем и счастьем. Туристы и местные жители ходят группами, что-то весело напевая. Разряженные аниматоры развлекают собравшихся, а продавцы в ларьках раздают имбирный чай.

Стою в стороне и наблюдаю за людьми, но до моего сердца не доходит ни грамма всеобщего веселья. Мой максимум — едва заметная улыбка.

— Можно вас сфотографировать? — звучит рядом со мной вопрос на чистейшем английском.

Оборачиваюсь на голос. Рядом стоит высокий, молодой мужчина и выжидающе смотрит на меня.

— Простите? — переспрашиваю также на английском.

— Вы очень красивая, можно вас сфотографировать? Вы не волнуйтесь, я не какой-то маньяк. Я модельный скаут, вернее, агент.

— Фотографируйте, — пожимаю плечами.

Мужчина обхватывает руками фотоаппарат, висящий на груди. Судя по всему, очень крутой. И делает несколько снимков. Затем смотрит результат, улыбается и, закрыв затвор, опускает камеру.

— Меня зовут Натаниэль, — говорит мужчина, протягивая мне визитку. — Вы потрясающая. Хочу предложить Вам работу.

— Какую работу? — непонимающе интересуюсь.

— Моделью, естественно.

— Оу, вынуждена отказаться.

Протягиваю визитку обратно, даже не взглянув на неё. Работа у меня уже есть, да и дома меня ждут.

— Не отказывайтесь сразу, — поднимает руки, демонстрируя отказ забирать обратно визитку. — Подумайте и позвоните мне, как решите. Хорошего дня.

А затем он разворачивается и скрывается в толпе отдыхающих. Убираю карточку в карман, сразу же про неё забыв.

Вернувшись в родной город, первым делом закидываю чемодан домой и направляюсь к Вадиму. Но не застаю его дома, телефон, который все эти дни молчал, так и не отозвался ни на один мой звонок.

Сижу под дверью несколько часов, а потом плетусь по улице. Иду, разглядывая прохожих, глупо надеясь встретить Вадима. Естественно, среди случайных прохожих его нет.

Проходя мимо бара, в котором мы частенько зависали с его друзьями, решаю заглянуть внутрь.

Глаза не сразу привыкают к полумраку, царившему в заведении. Делаю несколько шагов вглубь, осматриваюсь и замираю на месте.

Секундный ступор сменяется сильнейшей радостью. За дальним столиком сидит Вадим. Перед ним стоят бутылка виски и стакан. Он сидит, смотря куда-то в сторону, и периодически берёт стакан, отпивает и ставит назад.

Делаю пару шагов в сторону его столика и останавливаюсь. К нему подсаживается какая-то незнакомая девушка и буквально виснет на нём. А потом целует его в щеку. Вадим поворачивает голову и наклоняется к незнакомке.

Кажется, у меня только что вырвали сердце. По ощущениям именно так. Разворачиваюсь и, не глядя на развернувшуюся передо мной сцену, бросаюсь прочь из бара, ничего не видя перед собой из-за скопившихся в глазах слезах.

Истерика случается на улице, когда до дома остаётся всего пара кварталов. Захожу в переулок, скрываясь от лишних глаз, плюхаюсь на снег и там же начинаю рыдать так, что дворовые кошки в ужасе разбегаются в стороны.

Ощущение, что внутри меня раскурочили огромную дыру, которая мешает мыслить и чувствовать хоть что-то, кроме боли. Мне не хватает воздуха и сил встать и просто принять сложившуюся ситуацию. Мне кажется, что меня предали, обваляли в грязи и пошли дальше. Только что я сделала? Чем заслужила такой подлый поступок?

Реву долго, размазывая по лицу слёзы. В себя прихожу, если можно так сказать, когда замерзают ноги. Поднимаюсь, даже не отряхиваясь от снега, и направляюсь домой.

После душа, когда наконец у меня получается взять себя в руки, вытаскиваю визитку, о которой уже успела забыть.

Помимо номера сотового и электронной почты, здесь был указан ник в соцсети. Туда-то я и захожу, быстро найдя Натаниэля, и, не давая себе возможности передумать, пишу.

Пока набираю текст сообщения, проскальзывает мысль, что это бред. Но я упрямо печатаю букву за буквой, а после того, как нажала «отправить», направилась на кухню. Мне нужно чем-то себя занять, чтобы не думать, чтобы не переживать.

Холодильник был пустой, как и морозилка. Нахожу только банку апельсинового джема, крекеры и бутылку вина.

Я не люблю алкоголь, пью его крайне редко. Но сейчас эта бутылка кажется мне спасением. Вытаскиваю пробку, беру бокал, ложку, прихватив джем с крекерами, и иду в комнату. Удобно устраиваюсь на кровати и начинаю пить.

Сегодня у меня начался новый этап в жизни. С разбитым сердцем и без любимого мужчины, но где закрываются одни двери, там открываются новые. Не так ли?

Забавно, пока я ломала голову и накручивала себя, думая, что же случилось с Вадимом, он прекрасно проводил время в компании левой девицы.

Ответ от Натана приходит быстро. Он всё ещё приглашал меня в своё агентство. Мысль, что это дичайшее безумие, не отпускает меня ни на секунду, но я упрямо шагаю вперед. Уволиться с работы было просто, о квартире договариваюсь с сестрой, которая не одобряет моего решения уехать в неизвестность.

Но я никого не слышу, и через две недели в аэропорту Лос-Анджелеса меня встречает Натаниэль под руку с моей новой жизнью.

Настоящее

Отхожу от двери к раковинам. В отражении вижу девушку со слезами в глазах и сразу же злюсь.

Что я за размазня такая? Парочка красивых слов, крепкая рука на пояснице, его запах в лёгких, и я уже всё забыла? Как захлебывалась своей болью снова и снова, как самая настоящая мазохистка, представляя его с той незнакомкой.

Открываю кран с холодной водой и, слегка смочив руки, прикладываю их к щекам. Хорошенько промаргиваюсь и, приведя себя в чувства, выхожу из уборной.

Едва появляюсь в зале, как рядом со мной материализуется Вадим. Он с тревогой смотрит на меня, не смея прикоснуться.

— Всё хорошо? — тихо интересуется.

— Прекрасно, — отвечаю с ядом в голосе.

А затем замечаю ту рыжую незнакомку, с которой видела его на открытии бутика. Девушка разглядывает нас с любопытством, но не предпринимает никаких попыток вмешаться. Настолько выдрессирована или верит ему также безоговорочно, так же, как и я когда-то?

— Кажется, тебя потеряли, — усмехнувшись, указываю за его столик и, не дожидаясь ответа, направляюсь к своему.

В моей жизни нет места бывшему неверному возлюбленному, он остался позади, как и все мои чувства. И пусть я сама в это не верю, но знать об этом другим не обязательно.