Глава 21

Любовь

Он всё-таки уходит. Щелчок замка сообщает, что я осталась одна.

Подхожу к окну и отодвигаю в сторону тяжёлую штору. Вид в этой комнате как раз на подъезд, так что мне будет видно, как Вадим выйдет на улицу.

Спустя полминуты его фигура появляется во дворе. Он уверенно идёт к огромной чёрной машине. Я даже не удивлена, что у него именно такая. Доходит, поворачивается и, достав из кармана сигареты, прикуривает. А затем начинает осматривать окна. Меня находит практически сразу. Он смотрит так пронзительно, что даже на таком расстоянии я ощущаю этот взгляд как прикосновение.

Обхватываю ладонями щеки, которые почему-то пылают, и продолжаю просто смотреть. Облизываю губы, и он зеркалит моё действие.

Мне нужно отойти от окна, закрыть шторы и продолжить просмотр фильма. Но я стою, не в силах пошелохнуться, и продолжаю наблюдать за тем, как он курит.

Почему это выглядит так эротично? Чёрт! Не нужно было позволять ему меня целовать, теперь в моей больной голове крутятся только взрослые картинки. Представляю, как он собственнически прикасается к моей коже, оставляя за собой мурашки и пылающие следы.

Он заразил меня собой. Как такое может быть? Почему я как какая-то безвольная тряпка в его руках? Нужно ещё раз напомнить себе, как было больно, когда он исчез. А лучше и вовсе ни на секунду не забывать. Но как же было сладко в его объятиях…

Вадим ещё раз глубоко затягивается, выпускает в воздух колечко дыма, а потом просто подмигивает мне.

Отлетаю от окна и задергиваю шторы. Нервно расхаживаю по комнате, не зная, куда деть свои руки: то начинаю гладить плечи, то запускаю их в волосы, окончательно портя свою домашнюю прическу.

Если Вадим знает, где я живу, то непременно вернется завтра и будет приходить каждый день. Не в его правилах отступать, так что мне не выйти победителем. Хотя хочу ли я этого?

Глупый вопрос, конечно, хочу. Я оставила прошлое далеко позади, Вадя сам решил исчезнуть из моей жизни. Я это приняла, пережила, отпустила и начала жить дальше. Сейчас у меня всё отлично: работа, которая мне нравится, неплохой мужчина, на которого все засматриваются. Всё хорошо.

«Подумаешь, что с этим мужчиной ты не ты, а упрощенная версия себя, чтобы мужик не надорвался, пытаясь тебя вывезти», — противно усмехается внутренний голос.

Глупости, это тоже я, просто взрослая и изменившаяся. Невозможно всю жизнь оставаться взбалмошной и сумасшедшей.

«Вадим может», — парирует моё второе я, чем неимоверно меня бесит. Я стараюсь перестать о нём думать, о том, как он совсем недавно целовал меня в этой комнате, а я вырывалась, но не хотела, чтобы он отпускал. Как же я испугалась своих собственных мыслей…

И есть чего. Я боялась, что сейчас в воспоминаниях пронесется калейдоскоп самых ярких и счастливых воспоминаний с Вадимом, и я в очередной раз осознаю, что Грег не тянет даже на его бледную копию.

Наша любовь с Вадимом была сумасшедшей, яркой и всепоглощающей. Мы вели себя как пубертатные подростки, а не как взрослые и адекватные люди. В нашу личную переписку нельзя было заглянуть, чтобы не покраснеть до корней волос. Настолько горячим и непристойным было наше общение.

Со мной такого не было ни до, ни тем более после Вадима. Я позволяла себя рядом с ним терять голову и не думать, а просто чувствовать.

Мы устраивали ночные заплывы в какой-то малознакомой речке, а потом любили друг друга до самого утра, шокируя случайных рыбаков. Наплевав на правила приличия, целовались в театре, пока нас не выгонял администратор. Ломали диван в его квартире и стол в моей.

Мне было его катастрофически мало всегда. Хотелось, чтобы он обнимал меня, прикасался, ласкал, целовал в конце концов. Мои глаза светились от счастья, а его горели огнём. Я обожала ходить по краю, проверяя на прочность его нервную систему, а потом с удовольствием получала за это наказание.

Прошлое

Ночи стали холодными, а скоро и вовсе начнутся дожди. Сегодня Вадим обещал мне что-то невероятное. В предвкушении собираюсь на встречу с ним. Чёрное кружево и чулки, банально, но дико сексуально. Обожаю его реакции на свои маленькие шалости. Поэтому, повесив обратно в шкаф платье, надеваю тренч. Завязываю поясок, беру ключи, сумочку и покидаю квартиру.

Вадим уже ждёт у своей машины. Он поворачивается на звук открывающейся двери подъезда и, отбросив недокуренную сигарету, направляется ко мне. Вместо «привет» впивается в мои губы страстным поцелуем, словно это единственное, что ему нужно, чтобы продолжить жить.

Хорошо, что местные бабушки уже спят, а то нам пришлось бы выслушать целую лекцию об отвратительном поведении молодёжи и ужасных нравах.

— Привет, — шепчу ему в губы, упираясь своим лбом в его.

— Привет, — улыбаясь, отвечает он и разворачивает меня в сторону машины.

Мы сразу же выезжаем со двора. Я не задаю вопросов, куда мы едем, хотя сгораю от любопытства. А Вадим не спешит делиться информацией, уверено ведя машину.

Мы выезжаем на центральные улицы города. Они ещё заполнены автомобилями, но никаких пробок нет, поэтому Вадим увеличивает скорость. Включаю плейлист на телефоне и подключаю его к стереосистеме машины.

— Куда мы едем? — спрашиваю, когда мы выезжаем за пределы города.

— Кататься.

Этот ответ мне ни о чём не говорит, но я больше его ни о чём не спрашиваю.

Мы отъезжаем от города на приличное расстояние, заезжаем на автодром, и он глушит машину.

— Зачем мы здесь?

— Буду учить тебя водить машину.

— Ооо! — восклицаю от радости.

Сначала меня одолевает безумная паника и страх, я путаю педали и не с первого раза трогаюсь. Хорошо, что на автодроме кроме нас никого нет и никто не видит моего позора. Вадим терпеливо меня обучает и заразительно смеется, когда я чертыхаюсь из-за очередной неудачи.

— Всё, я больше не могу, — хнычу, когда в очередной раз у меня не получается тронуться с места.

Мы меняемся местами, Вадим оказывается за рулем и легко приводит машину в движение. Он едет по импровизированной дороге. Раз поворот, два, съезд и резкий разворот. В моей крови бурлит адреналин, и я делаю ужасную глупость, за которую мне потом прилетит — аккуратное вождение главное правило Вадима.

Отстегиваю ремень и, подавшись вперёд, ловлю губами мочку его уха, слегка прикусывая, чем вызываю его стон. Он запускает руку под мой тренч и переводит взгляд на меня. В салоне автомобиля темно, но блеск его глаз невозможно не увидеть.

Машина резко тормозит, слышится щелчок — Вадим отстегнул ремень безопасности, отъехал на сиденье, а в следующую секунду я оказываюсь на его коленях. Развязывает пояс и снимает с меня тренч, оставляя в одном нижнем белье. А потом снова целует страстно и очень горячо.

— Ты сумасшедшая, — шепчет мне в губы.

— Такая же, как и ты, — отвечаю ему в тон.

Вадим целует мою шею, спускаясь всё ниже и ниже, а я расстёгиваю его куртку и стаскиваю её с плеч.

Кажется, температура в салоне растет с невероятной скоростью, а от жарких прикосновений кружится голова.

Рука Вадима гладит внутреннюю сторону бедра, запуская мурашки по всему моему телу и вызывая пошлый стон. Никогда не думала, что от простых касаний можно вот так сходить с ума и плавится словно воск.

Мы оба возбуждены и теряем контроль над собой. Его футболка летит на заднее сиденье, а следом за ним отправляется и ремень. Спускаю джинсы и боксёры по ногам, насколько это возможно. А потом, сдвинув в сторону мои трусики, Вадим усаживает меня сверху.

— Чёрт, — шепчет он, прикрыв глаза.

Ухватив его плечи, слегка раскачиваюсь и начинаю движение вверх-вниз снова и снова. Вадя хватает своими руками мои ягодицы, сжимая на них пальцы. Завтра, скорее всего, будут следы, но мне сейчас так хорошо, что ни о чем думать не хочется.

— Ты потрясающая, — целуя в губы, говорит он, когда все заканчивается, но я продолжаю сидеть на нём, крепко прижавшись к его телу. — Я люблю тебя, Любовь. Со мной такое впервые. Хочу, чтобы мы всегда были вместе.

Настоящее

Безрассудная Люба осталась здесь, в России, как и все воспоминания о Вадиме. За океан улетела взрослая, спокойная и рассудительная Огнёва, которая не верит в любовь и в своё сердце пускает лишь избранных.

Наверное, поэтому я и связалась с Грегом, так как максимум того, что чувствовала рядом с ним, была симпатия. Любовь больше не затмевала мой разум и не заполняла душу. Не уверена, что вообще способна ещё испытывать эти чувства.

Вадим обязательно придёт и будет ковыряться в прошлом, но я не хочу больше боли. Лучше жить без эмоций, но с целым сердцем. А поэтому нужно сбежать туда, где он не сможет меня найти. Пока я в России, можно уехать с Алисой на базу отдыха, а потом сразу же улететь. Отличный план!

Беру телефон и захожу в поисковик. Сейчас праздники, но, может, мне повезет, и я найду местечко, где смогу переждать оставшиеся несколько дней до моего возвращения в агентство.