Глава 44

Вадим

Новый день наступает слишком быстро. В голове целый ворох мыслей: от восторженных о Любе до максимально приземленных о бизнесе. Приняв душ, делаю себе двойной эспрессо. Игнорирую завтрак и выбираю темно-синюю рубашку и чёрные классические брюки.

У меня чувство, что я смертельно устал от всей этой мышиной возни. Появляется даже желание махнуть на всё рукой и уйти с пустыми руками. Но потом вспоминаю, что отдал этому бизнесу много сил и ещё больше времени. А ещё благодаря ему мне предстоит построить будущее, в котором будут Люба и их дети, и тогда во мне закипает злость.

Я не отдам им ни копейки, принадлежащей мне. Чёрта с два они будут пировать на моих костях.

— Соберись, всё движется к финалу, — говорю самому себе, глядя в зеркало.

Подхватываю с кровати папку с копиями всех документов, подтверждающих махинации нашей фирмы.

Идея раззадорить партнёров пришла ко мне спонтанно. Но она совершенно не понравилась Дмитрию, вернее, привела его в ужас. Он долго ругался и негодовал, но так и не смог меня переубедить.

— Я категорически против! — заявил Дмитрий, расхаживая по своему кабинету. — Это очень опасно, и не факт, что они клюнут. Ещё и будут действовать так, как нам надо.

— Я хочу попробовать, — упрямо стоял на своем.

— Ты понимаешь, какой это риск? Они могут выйти из-под контроля и стать неуправляемыми.

— Я хочу попробовать!

— Это глупо! Это рискованно! И неоправданно.

— Ты должен мне верить.

— Я верю, но это не отменяет того факта, что я боюсь за тебя. Хищник, загнанный в угол, становится неуправляемым.

Он, конечно, прав, но мой внутренний бунтарь против того, чтобы идти по правилам. Ждать, когда Вано или кто-то из них ошибётся, нет времени. Мне нужно их спровоцировать, чтобы они начали действовать и допустили ошибку. Тогда у меня появится больше места для манёвров.

Знаю, что Дмитрий мечтает свернуть мне шею, потому что я в очередной раз отклоняюсь от плана. Но он терпеливо выполняет всё, о чём я его прошу. Более лояльного адвоката мне не найти. И пусть он выгнал меня из кабинета с громким ворчанием, я знаю точно, он первым придёт мне на помощь, уж такой он человек.

Вчера у нас состоялась первая встреча, на которую я взял заветную папку, наплевав на предостережения Дмитрия. Под предлогом срочного телефонного звонка покинул конференц-зал, оставив парней наедине с документацией. А там есть на что посмотреть.

Исходя из этих записей становится понятно, что все четверо по самые гланды в дерьме.

Я бродил под дверью конференц-зала, изображая бурный разговор. А сам тем временем смотрел в окно, наблюдая за тем, как вчерашние друзья шныряли по файлам. Они изучали документы и бурно обсуждали каждую строчку.

Спустя пять минут решил, что у них было достаточно времени, чтобы изучить содержимое папки. Ворвался в кабинет и, не останавливаясь, опустился в своё кресло.

— На чём мы остановились? — спросил, словно не видел их лицемерных улыбок.

— Пока ты решал личные дела, — заявил Вано. — Выяснилось, что у нас остались срочные нерешенные дела. Так что мы вынуждены перенести встречу на завтра.

Я ожидал чего-то подобного, поэтому с легкостью им подыграл.

— В это же время? Здесь же?

— Я думаю, твой бывший кабинет подойдет нам намного лучше.

Мы прощаемся до завтра. А меня не отпускали мысли: почему мой кабинет подойдет? Чем же он лучше? Небольшое замкнутое пространство с одним столом и тремя стульями лучше, чем огромный конференц-зал?

Было ясно как день, что они что-то задумали, но никак не мог понять, что именно. Дмитрий предполагал, что меня попытаются убрать. Нет партнера, и его акции так и деньги делятся между теми, кто остался. Но не будут же они в меня стрелять средь бела дня?

— В чём их план? Я не понимаю, — психовал, сидя напротив Дмитрия. — Зачем устраивать встречу в кабинете?

— Это ловушка. Тебя загоняют в угол. Завтрашняя встреча должна стать последней. И ты не должен выжить.

Ну вот и всё. Игры в сторону. Завтра поставят финальную точку. Но это будет сделано на моих условиях.

Хотите встречу в моем кабинете? Ок. Пути отхода через туалет знаю только я. Так оставим это сюрпризом для всех.

Я не был в своём кабинете, наверное, уже месяц. А может и того больше. Странно, но меня не накрывает ностальгией. Это место мне кажется чужим и неуютным.

Швыряю пресловутую папку на стол и обхожу кабинет по периметру, изучая корешки папок. Всё настолько скучно и однообразно, что глазу совершенно не за что зацепиться.

Слышу осторожные шаги за дверью кабинета и превращаюсь в слух. Это точно не походка мимо проходящего сотрудника. Шаги, очевидно женские, громко стуча по плиткам набойками шпилек, останавливаются аккурат у дверей моего кабинета.

Пять минут тишины, и шаги начинают быстро удаляться. Неужели мои партнеры возложили грязную работу на хрупкие женские плечи? Ну а что? Очень похоже на них — делать всё чужими руками.

Подхожу к дверям и резко дёргаю их на себя. Закрыто. И почему же я не удивлён? Мне всё ещё интересно, каким же образом мои партнеры решили избавиться от меня. Неужели убийство? Так топорно и грубо? Не хочу в это верить.

Вдруг под дверь начинает проникать удушливый газ. Много газа. Я должен умереть от него?

— Пора уходить, — говорю сам себе, заходя в туалет.

В стене, отделанной кафельной плиткой, находится потайная дверь. Я всегда задавался вопросом: зачем она там нужна? Что за тайны мадридского дворца? Но сейчас мне на руку её наличие.

Последний раз осмотрев кабинет, нажимаю на фальш-панель и вхожу внутрь. Закрыв дверь, иду по длинному коридору прочь.

Куда ведёт этот коридор, я успел узнать неделю назад. И это было ещё одним открытием. Интересно, во всех кабинетах есть такие потайные двери или мне так повезло?

Выхожу на первом этаже, замечая небывалую суматоху.

— Вызвали пожарных? — кричат одни, пробираясь сквозь толпу.

— Да, они уже в пути, — отвечают другие.

— Ну ты доволен? — интересуется Дмитрий, оказавшийся за моей спиной.

Игнорирую недовольный тон своего адвоката. Всё моё внимание приковано к витрине с журналами. Там на обложке какого-то известного издания изображена моя Люба. Пока я вчитываюсь в заголовки, Дмитрий продолжает отчитывать меня. Но мне плевать. Весь мир в который раз сужается до одного человека. Любовь — лишь её благополучие меня волнует.

— Значит, твой миллионерешка устроил войну? Он плохо знает, с кем связался, — бормоча, читаю заголовки на обложках журналов.

Меня не интересует, почему на меня кричит Дмитрий. Прав он или нет. Меня волнует, что Люба осталась одна. Мне срочно нужно к ней!

Спешу на выход, игнорируя адвоката и охрану. Кидая на ходу:

— Разберись во всём сам. Теперь у нас есть доказательства подлости моих партнеров. И дальше тебе не нужна моя помощь.

— Ты куда? — рычит мне в спину Дмитрий.

— К Любе. Я нужен ей.

На улице останавливаюсь и оборачиваюсь на здание. Из окон, где раньше был мой кабинет, валит черный дым. Выходит, они решились на поджог. Тем хуже для них. Но сейчас мне нужно в аэропорт. Меня ждет моя любимая. Я больше не оставлю её одну.