Глава 9

Любовь

Разве сердце, которое уже давно ничего не ощущает, может испытывать боль? Мне казалось, я разучилась чувствовать, и эта мышца хоть немного функционирует только из-за Алиски. Так почему же сейчас мне больно даже вздохнуть?

Хорошо, что я уже много лет работаю моделью — контроль эмоций и мимики — это профессиональный навык, который не позволяет мне сейчас позорно разрыдаться при виде Вадима.

А у него, похоже, в жизни всё прекрасно, и он даже не вспоминает ту глупую девчонку, ногу которой обрабатывал под дождём, а потом клялся в любви и придумывал имена нашим будущим детям. Он говорил так убедительно, что я верила. Верила каждому его слову…

Интересно, у него уже появился сын, похожий на него, или лапочка-дочь с утонченными чертами той рыжей? Мне срочно нужно уйти отсюда. Я больше не могу держать лицо, мне хочется выпустить на волю всю скопившуюся во мне боль. А при Вадиме я точно не собираюсь этого.

— Любовь, — раздается рядом голос Алехандро, вызывая во мне внезапный прилив радости.

А я никогда не радовалась появлению этого мужчины на моём горизонте. Он мой самый верный поклонник, который очень давно добивается согласия на свидание с ним. И нет, он не вызывает у меня неприятных эмоций, просто мне всё это не нужно. Свидания, отношения — для чего? Сейчас, пока я ещё востребована, хочу работать. В принципе, это я и делаю, лишь на несколько месяцев вынуждено брала отпуск.

— Вы как всегда прекрасны, — улыбается он. Удивительно, что не целует мою руку. Обычно он делает именно так при встрече. — Когда я узнал, что вы будете в Москве, бросил все дела и сразу же прилетел.

Мне не хочется обманывать мужчину и дарить ему лживую надежду, но сейчас он именно тот, кто мне нужен. Улыбаюсь, немного заигрывая с ним. Глупо, но мне хочется показать Вадиму, что у меня всё прекрасно, что он не разбил моё сердце и не растоптал его на осколки. Что я перешагнула и всё забыла, расправила плечи и походкой от бедра пошла дальше.

— Очень приятно, Алехандро, не ожидала вас здесь увидеть. А как же ваш бизнес?

— За пару дней ничего критичного не произойдёт. Давайте поговорим наедине?

Наверное, я пожалею о том, что сейчас сделаю, но это будет потом. А сейчас хватаюсь за единственный реальный шанс покинуть зал с королевской грацией, а не убежать, поджав хвост.

Алехандро проходит вперёд, а я иду за ним, мысленно заставляя себя смотреть только вперёд и ни в коем случае не оборачиваться.

— Может, поужинаем? — спрашивает мужчина, когда мы находим более-менее тихий уголок.

— Я здесь с племянницей и оставить её никак не могу, — пожимаю плечами.

— Давайте возьмём и её.

Я очень хочу отказаться, мне сейчас бы домой. Закрыться от всего мира, завернуться в мягкий плед и предаваться воспоминаниям. Но отказаться не выходит, подошедшие Алиса и Денис с радостью принимают предложение.

Перекинувшись парочкой слов с Натаном, ухожу вслед за Алисой и мужчинами, которые уже ждут меня на улице. Пока иду к дверям, рассматриваю гостей, желая найти Вадима. Но его не вижу, а вот его рыжая спутница здесь. Звонко смеётся, привлекая внимание мужчин. Бросаю на неё последний взгляд и наконец ухожу.

Прохладный воздух холодит щеки, проветривает голову, словно насильно освобождая от ненужных мыслей, и немного остужает взбесившееся сердце. Пусть прошлое так и остается там, за закрывшейся дверью, а я буду идти вперёд.

— Как насчет итальянской кухни? — интересуется Алехандро.

— Ой, только не она, — слегка морщу нос. Теперь я ненавижу итальянскую кухню. — Может, французская или азиатская? Сейчас она в моде.

— Давайте азиатскую, — сияя улыбкой, просит Алиса.

— Раз молодежь хочет Азию, значит, будет она, — пожимает плечами Алехандро.

Мы усаживаемся в его машину, и водитель плавно отъезжает от бутика. А я до последнего смотрю в окно, словно ожидая, что сейчас на крыльцо выбежит Вадим и остановит машину. Естественно, этого не происходит, а я усмехаюсь своим бредовым мыслям. Какими же наивными и глупыми могут быть женщины. Даже самые умные из нас безбожно глупеют, когда дело касается любви.

Мы приезжаем в ресторан и занимаем самый уединённый столик. Вдали от посторонних глаз рассаживаемся на удобные стулья и делаем заказ. Алехандро выбирает какое-то умопомрачительное вино. Признаться, я не люблю этот напиток, но на удивление мне нравится.

— За этот вечер, — поднимает свой бокал Алехандро.

На удивление быстро втягиваюсь в беседу. Смеюсь над забавными историями и даже рассказываю что-то из своей профессиональной жизни. Вечер проходит хорошо, я бы сказала, даже слишком. Алехандро доставляет нас с Алисой домой и оставляет свою визитку. Беру её и точно знаю, что не позвоню. Хочу уже выкинуть карточку, но племяшка ловким движением выхватывает её.

— Ох, какой мужчина, — мечтательно закатывает глаза она. — Ты обязательно должна ещё раз с ним встретиться.

— Ты забыла, что завтра ночью я уезжаю?

— Он, готова поспорить, прилетит в любую точку мира, если ты позовешь.

— Но я не позову.

— Жаль. Очень-очень жаль. Но всё равно подумай.

Алиса скрывается в своей комнате, оставляя меня одну. Провожаю её взглядом. Она единственный дорогой и близкий мне человек, но даже она не знает всего о моей жизни.

Подхожу к зеркалу и, глядя на своё отражение, снимаю платье и украшение, смываю мицелляркой косметику, умываюсь. И, уставившись на своё отражение, пытаюсь разглядеть в нём себя семилетней давности. Но ничего не вижу… И дело даже не в другом цвете волос. А в том, что за эти семь лет та девушка обросла бронёй.

Эта ночь последняя рядом с Алисой, завтра меня ждёт самолёт и снова дикое расписание: ранние подъёмы и поздние возвращения в номер, а между ними съёмки, репетиции и миллионы шагов по подиуму. Я люблю свою работу, именно она в своё время не дала мне задохнуться от боли, но иногда мне кажется, что кроме неё у меня совершенно ничего нет.

Чемодан уже собран, вернее, и не особо распакован. Останется только взять документы, и я готова к перелёту. Спрятавшись в уютной фланелевой пижаме, оглядываю комнату, которая для меня больше похожа на ночлежку в мои редкие визиты домой. И понимаю, что сейчас как никогда я рада отъезду, иначе бы просто лезла на стены от вернувшейся в груди боли.

Как же это неправильно! Я же забыла! Отпустила! Пережила и перевернула страницу. Мне должно быть всё равно. Так какого чёрта это не так? Почему мимолетная встреча перемолола меня в труху? Я не должна ничего чувствовать. Не должна! Семь лет — огромный срок. Всё должно было истлеть. Я ведь сожгла всё, что хоть немного напоминало о нём, а пепел развеяла, похоронив вместе с ним воспоминания и боль.

Ноги внезапно перестают меня держать, и я опускаюсь на пуфик рядом с кроватью и начинаю плакать. Так давно не позволяла себе такого выплеска эмоций, что сейчас слёзы буквально прорываются через моё сопротивление, и остановить их нереально. Зажимаю рот кулаком, чтобы не испугать Алису своей истерикой. Как же я зла… Зла на него, что он посмел появиться в моей жизни после стольких лет. И зла на себя, что мне не всё равно.