Глава 31

Я просыпаюсь от жуткой, просто невыносимой жажды.  Человек состоит на восемьдесят процентов из воды? Сейчас у меня такое ощущение, что во мне не наберётся и маленькой чашки. Сушит так, что язык прилипает к нёбу. Даже носоглотка вся иссушена и горит при каждом вздохе.

Открыв глаза, чувствую ужасное головокружение и из-за этого мне тяжело ориентироваться в пространстве.

С большим трудом приподнимаюсь на локтях и осматриваю комнату. Макса рядом нет. И я не знаю, радоваться мне этому факту или огорчаться.

Я помню абсолютно всё, что было между нами прошлой ночью. Каждую мелочь. И то, как я трогала себя в машине, и то, как приставала к нему, умоляя меня погладить, и то, что он в итоге помог мне справиться с моим состоянием…

Морщусь от резкого прострела в висках и, схватившись за голову, падаю лицом в подушку. И не смотря на то, что мозг сейчас болезненно пульсирует, в нём сами по себе вспыхивают воспоминания вчерашней ночи, и то, что происходило на этой самой постели каких-то несколько часов назад.

Я до сих пор не могу поверить в то, что это случилось. Мы с Максом были вместе. Он довёл меня до оргазма. Я даже сама не делала этого с собой раньше. Мне всегда казалось это каким-то неправильным.

От этих мыслей мне становится душно, и тело бросает в жар. Боже, я даже боюсь представить, что Макс обо всём этом думает. А вдруг теперь он пожалеет о том, что попросил меня стать его фальшивой девушкой? Решит, что я надеюсь на что-то большее и станет меня избегать.

И как быть после всего случившегося? Как это скажется на нашей дружбе? А вдруг Макса поэтому и нет сейчас рядом? Потому что он просто не хочет меня видеть, после всего, что я тут устроила вчера. Если я потеряю его, то сойду с ума. Я не хочу без него! Я… я не хочу без него…

Чувствую, как в груди нарастает паника, и сердце начинает стучать быстрее. Наверно это побочка от наркотиков, которыми меня накачал чёртов Богданов. Урод. А ведь Макс предупреждал меня на его счёт.

От мысли о том, что я сама во всём виновата мне хочется плакать. Я всё испортила. И Макса ещё втянула. Больше всего на свете мне сейчас хочется залезть с головой под одеяло и провести так целые сутки. А ещё лучше несколько. Но чувство жажды становится уже просто невыносимым, и, к тому же, я понимаю, что прятаться в комнате – это не выход из положения.

С титаническим усилием поднимаюсь с постели и снимаю со стула висящие на спинке спортивки. Всё тело дрожит и руки трясутся. Мне с трудом удаётся одеться. Во всём теле ощущается дикая слабость. Хочется упасть и не вставать, а ещё лучше сдохнуть.

На ватных ногах дохожу до двери и чуть приоткрываю створку, стараясь по звукам понять, чем занят Макс, однако в квартире совершенно тихо. Это немного настораживает. Может, он ещё спит? Хотя он всегда встаёт рано, даже в выходной...

Дохожу до кухни и упираюсь взглядом в собранное кресло. Макса в квартире нет, и единственное, что говорит о том, что с утра он всё же был дома – это стакан воды и таблетки активированного угля на столе. Хватаю мобильный и прокручиваю журнал вызовов, но ни пропущенного звонка, ни сообщения от него не нахожу.

Получается, он просто молча ушёл, не дожидаясь моего пробуждения и даже не стал разговаривать…

В груди расползается неприятное чувство. Сердце начинает колотить в висках, и я чувствую, как к горлу подступает тошнота.

Дрожащими руками тянусь к стакану и залпом осушаю его полностью. Становится немного легче, но, всё же, недостаточно для того, чтобы вновь почувствовать себя человеком. В голове стремительно мечутся мысли, разрывая и без того уставший мозг.

Почему Макс ушёл? Стоит ли мне позвонить ему или лучше дождаться, когда он вернётся? Я несколько раз достаю телефон и нажимаю кнопку быстрого набора, на которую поставила его номер, но каждый раз сбрасываю вызов раньше, чем начинают идти гудки.

Не могу. Я не знаю, что буду говорить ему, если он ответит.

В этот же момент слышу из прихожей звук проворачиваемого ключа и открывающейся двери, и по моему телу проходит волна нереального облегчения. Однако, не успеваю я обрадоваться, как на его место снова приходит волнение от предстоящей встречи. Боже, эти чёртовы перепады настроения меня доканают.

– Привет, – Макс с хмурым выражением лица проходит на кухню, неся в руках пакеты из супермаркета, и ставит их на столешницу рядом с плитой. Стараясь не смотреть в мою сторону, начинает вытаскивать содержимое, раскладывая его рядом. – Я тебе тут продукты купил на сегодня. Надо больше свежих фруктов есть, рыбу, воду пить как можно чаще. Ты уголь выпила? – спрашивает, кинув на меня мимолётный взгляд через плечо.

– Н-нет, – выдавливаю из себя. Горло тут же начинает першить из-за сухости – Я… забыла.

– Соня, – тяжело вздохнув, Макс всё же поворачивается в мою сторону и, взяв со стола стакан, снова наполняет его до краёв водой – Тебе нужно токсины вывести из организма. Я ещё в аптеку сгонял, купил тебе всякой дряни, будешь сегодня пить. Но для начала начни с угля.

Беру у него стакан, и наши пальцы соприкасаются. Меня как будто током бьёт в этот момент. Не физически, как иногда бывает при прикосновении, а как-то… внутренне чтоли. Перед глазами тут же всплывает воспоминание о том, где были эти пальцы сегодня ночью, и я чувствую, как моё лицо начинает пылать. Тут же одёргиваю руку, но Макс обхватывает мою ладонь, притягивая меня к себе.

– Сонь, – произносит низким голосом, отставляя стакан в сторону – Я хотел извиниться за вчерашнее. Я не должен был этого делать.

Его пальцы сильнее сжимают мою руку, словно он боится, что я выдерну её и уйду. И это приносит мне такое нереальное облегчение, что даже моё отвратительное состояние уходит на второй план по сравнению с тем, что Макс на меня не злится.

– Макс, это я должна извиняться, шепчу, опуская взгляд в пол – Это я не должна была к тебе приставать. Ты наверно думаешь, что я… Боже, я даже боюсь представить, что ты обо мне думаешь.

Меня снова начинает трясти от волнения. Чувство стыда, неловкости и страха смешивается в одно целое, разрывая меня изнутри. Я даже не могу заставить себя посмотреть Максу в глаза, бубня свою бессвязную речь себе под нос.

– Я не думаю ничего из того, что не думал о тебе раньше. Всё хорошо, Соник. Из всего, что произошло вчера, я жалею только о том, что не сломал этому ублюдку хребет…

Его рука перемещается на мою талию, поглаживая поясницу, а второй он поддевает мой подбородок, запрокидываю голову вверх. Всматриваюсь в его лицо и только сейчас замечаю на виске и скуле ссадины от ударов.

– Макс, что это такое? – хватаю его руку и вижу, что костяшки на ней тоже разбиты, что подтверждает мою догадку. – Вы подрались вчера? Это Богданов тебе врезал?

Чувствую, как внутренности сводит от спазма и к горлу снова подступает тошнота.

– Врезал? – Макс поначалу растерянно смотрит на меня, но вскоре взгляд его снова становится спокойным – Да, наверно пропустил пару ударов. Что поделать, Соник. И у чемпионов бывают неудачные дни.

Он слегка улыбается, пожимая плечами, но это как-то слабо помогает.

– Боже, это я виновата! Макс, прости меня, пожалуйста. Я должна была послушать тебя, когда ты говорил к нему не подходить. Но он так настаивал, чтобы я уделила ему несколько минут… Говорил мы просто посидим немного за столиком, и потом он поможет мне найти Марину. Мы потерялись в клубе, и…

– Соник, успокойся, – Макс обхватывает меня за плечи и слегка сжимает их. – Ты ни в чём не виновата. Ублюдок Богданов ещё мало получил. Надо было ему кишки вырвать. И без меня ты больше никуда не ходишь, ты меня поняла? Парень я тебе, в конце концов, или нет?

– Это же всё не по настоящему…

– То, что было между нами вчера, было более чем настоящим, – улыбка вмиг сходит с его лица. Руки скользят вниз по моим плечам, достигая талии и сжимаясь на ней. Меня вновь обдаёт волной жара, и я чувствую, как внизу живота снова скручивается узел, тот самый, что я ощущала вчера, когда была под таблетками.

– Макс, я… – осекаюсь, встретившись с его потемневшим взглядом. Кожу начинает приятно покалывать, когда его руки проскальзывают под мою футболку.

– Сейчас ты не под кайфом, – низкий голос не спрашивает, а утверждает – Что ты чувствуешь в данный момент?

– Макс…

– Просто ответь Соня.

Мне не хватает воздуха, дыхание становится частым и прерывистым, и, кажется весь мой вид без слов кричит о том, что я сейчас испытываю, потому что Макс слегка улыбается и, наклонившись, касается губами моего горла.

– Я хотел этого всё чёртово утро.

Его голос вибрирует на моей коже, разнося по телу волну мурашек, и я не выдержав, прикрываю глаза, чувствуя как по телу растекается приятное тепло, концентрируясь в груди и внизу живота. И в тот момент, когда его пальцы поддевают край моей футболки и начинают медленно тянуть наверх, рядом с нами раздаётся звук мобильного.

– Блять, – отдёрнув руки, Макс хватает со стола телефон и снимает вызов. – Я слушаю.

Стараясь справиться с дрожью в теле, перевожу взгляд на Макса и замираю, когда вижу, что раздражение на его лице сменяется бешенством.

– Я понял, – коротко бросает неизвестному собеседнику – Сейчас подъеду.

– Макс, что такое? – растерянно смотрю на него, когда он отшвыривает телефон на кресло.

– Чёртов ублюдок накатал на меня заяву за побои.