Глава 22. Первый шаг

Такси везёт меня сквозь утренние пробки. Я смотрю в окно и думаю, что даже город сегодня дышит тяжело. Небо пасмурное, серое, давит, предупреждая о скором дожде. Я впопыхах забыла дома зонтик, хотя и приготовила его. Но возвращаться не было времени, так как такси уже ждало у ворот сада.

Сегодня я без машины, потому что мама с папой попросили мою, чтобы съездить в горы за яблоками. У папы друг живет неподалеку от яблоневых садов, а сейчас как раз собирать урожай. Вечером точно уйду с двумя пакетами, буду варить компоты, делать шарлотку и может быть еще джем.

Амира я замечаю на крыльце ЗАГСа. Высокий, собранный, будто это не личное дело, а очередная рабочая встреча. Когда он видит, как я выхожу из машины, сразу спускает навстречу и останавливается в нескольких сантиметрах.

— Лена…

— Привет.

Он разглядывает меня, как однажды в баре, когда на мне было черное платье. Теперь строгая блузка и юбка-карандаш, но взгляд кажется мне таким знакомым, что я хотела бы закрыться от него.

— Привет. Идем?

— Да. Нас уже ждут.

Благодаря договоренностям Амира мы не сидим в очереди, а сразу входим в нужную дверь. Сотрудница проверяет документы, печати, паспорта. Мы пишем два разных заявления, отчего у меня внутри дрожит каждая клеточка. Совсем скоро он де юре станет отцом моего сына. Настоящим, законным. Вот какую петлю в воздухе сделала моя жизнь за столь короткое время.

Мы выходим на крыльцо, и в тот же миг по асфальту начинает барабанить дождь. Серый, плотный, по-осеннему холодный. Остановившись на ступеньках, растерянно смотрю вверх — ни у меня, ни у него зонта.

— Я вызову такси, — торопливо говорю, уже вытаскивая телефон.

— Не надо, — спокойно отзывается Амир. — Со мной поедешь.

Прежде чем я успеваю возразить, он быстрым движением снимает с себя пиджак и протягивает мне.

— Подними над головой, чтобы не промокла.

Я замираю на секунду. Смущение накрывает горячей волной. Его пиджак ещё тёплый от его тела и пахнет им. В груди всё сжимается так, что трудно дышать.

— Я… — начинаю было, но он уже смотрит так, что спорить бессмысленно.

Я поднимаю пиджак над головой и бегу к его машине, укрытая этим импровизированным «зонтом». Брызги летят в стороны, каблуки скользят по мокрому асфальту.

Амир идёт следом, на ходу открывает машину, и я быстро сажусь, но продолжаю наблюдать за ним. На его волосах блестят капли, рубашка темнеет от дождя. Красивый мужчина. Сильный. Настоящий.

Я подмечаю это и тут же одергиваю себя.

Стоп. Он женат. Он чужой. Думать о нём нельзя.

На моих коленях лежит его промокший пиджак, я провожу по нему ладонью и вздрагиваю, когда открывается водительская дверь и Амир садится в машину. Сердце бьется слишком быстро, и я не знаю, отчего вдруг. Он заводит автомобиль, включает печку. Все движения четкие, быстрые.

— Замёрзла? — его голос звучит низко, спокойно, но я чувствую, как каждое слово касается меня ближе, чем нужно.

— Нет, — отвечаю коротко.

Амир кивает, но взгляд не отрывает. Секунда, другая — и напряжение становится почти невыносимым. В салоне будто не хватает воздуха.

Я отворачиваюсь к окну, вижу, как по стеклу бегут ручейки воды. Пропустив “китайца”, он выезжает с парковки, а я сижу рядом и думаю, что знаю его и слишком хорошо, и слишком мало. А теперь он будет везде: и на работе, и дома.

— Лена, — неожиданно он прерывает молчание. — Спасибо, что ты без истерик и концертов все сделала.

— Пожалуйста, — повернув голову, отвечаю ровно. — И если тебя это успокоит, я не истеричка.

Ага, Лена. Заливай. Ты не истеричка, а своего врача довела до сотрясения и больницы.

— Это хорошо, — посмеивается он, внимательно следя за дорогой. — Я хотел предложить вам с Тимом погулять в парке в субботу.

— Посмотрим, — вздыхаю.

— Все еще не доверяешь мне? — хмыкает.

— Я не волшебник, я только учусь, — отшучиваюсь с серьезным видом, но потом вспоминаю наш с Тимом диалог и его просьбу. Она совсем детская, но он сказал об этом так, что я едва не расплакалась.

— Нормально все?

— Да. Просто… — все-таки решаюсь на этот шаг, — Тим вчера ночью попросил, чтобы ты забрал его с сада.

Он резко тормозит перед другой машиной и я машинально хватаюсь за дверную ручку.

— Прости. Серьезно? — смотрит на меня пристально.

— Да. Он сказал, что за его друзьями приходят папы, а за ним — нет.

— И ты мне разрешишь?

Вот сейчас он вообще не похож на биг босса, а скорее, на растерянного человека.

— Тим очень попросил, — пожимаю плечами.

— Понял, принял.

В этот момент нам сигналит авто сзади, требуя ехать дальше и оставшееся время в дороге проходит в молчании, потому каждый думает о своем.

Вскоре мы добираемся до бизнес-центра и спускаемся в подземный паркинг. Лампы под потолком светят жёлтым, ровным светом. Амир глушит двигатель, и наступает тишина. Я складываю руки на коленях, стараюсь не смотреть на него. Но чувствую его прямой взгляд.

— Лена, — хрипло зовет он в тишине.

— М? — поднимаю на него глаза.

— Просто хотел спросить. После той ночи ты обо мне вспоминала?

— Амир, у меня родился сын, похожий на тебя. Так что…

— Я немного не в этом плане, — перебивает он и поворачивается ко мне корпусом. Его глаза тёмные, напряженные. Я не могу в них смотреть и снова опускаю голову. — Ты думала обо мне, вспоминала ту ночь, меня? — недолгая пауза и он тяжело вздыхает. — Если боишься сказать, я первый скажу. Я долго не мог тебя забыть. Так, как было с тобой у меня никогда не было.

— У меня тоже, — отвечаю я тихо, но слова звучат слабо даже для меня самой. — Но Амир, пожалуйста, не надо вытаскивать то, чего между нами нет. Мы с тобой чужие.

Я все-таки решаю снова взглянуть на него и это большая стратегическая ошибка, потому что он наклоняется чуть ближе и говорит низко:

— Нет. Чужие так не смотрят друг на друга.

Я сглатываю, сердце громко стучит в этой тишине. Его рука ложится на мою шею — такая тёплая, уверенная, властная. Я не двигаюсь и не отталкиваю.

Он ждёт, словно оставляя мне выбор. Но я не делаю шаг назад. И когда его губы касаются моих, я закрываю глаза. Поцелуй короткий, осторожный, но в нём вся та сила, которую мы сдерживали слишком долго.

Я отстраняюсь первой, дыхание сбито. — Мы не можем, Амир. Ты женат.

Он смотрит прямо, твердо. — Я разведусь. Я обещаю.

— Нет, — поджав губы, мотаю головой. — У меня ничего не может быть с женатым. Все это — ошибка.

Открыв дверь, выскакиваю из машины и бегу к лифту. И слава Богу, Амир не бежит за мной, потому что мне нужно побыть одной.

Все зашло слишком далеко. Он ворвался в мою жизнь без спроса, очаровал моего сына, а теперь и я поддалась его чарам. Но это не сказка со счастливым концом.