Глава 19

Опешившая от напора князя и происходящего, я замерла на месте, дико вытаращившись на жреца, которого окутало черное пламя. Мне не надо было смотреть по сторонам, откуда-то я точно знала, что и остальные жрецы укутаны тьмой. Боже, что здесь вообще происходит?

Я оцепенела, когда после череды неразборчивых молитв жрец перед нами протянул Максу одну из чаш, а затем полоснул ладонь князя, сцеживая алую кровь прямо в кубок.

Судя по тому, что здесь имелась и вторая золоченая чаша, мне предстояло пройти ту же процедуру.

– Не дам! – выкрикнула я, правда, почему-то получился писк. Руки я спрятала за спину. – Не подходите!

Да кто б меня спрашивал! Я моргнуть не успела, как князь не только вытащил мои руки из-за спины, но еще и позволил жрецу полоснуть клинком мою ладонь и сцедить кровушки.

– Уроды… – прошипела я и осеклась, потому что порез на ладони моментально затянулся, осталась только бледно-розоватая линия.

Что за ерунда?!

Еще больший шок я испытала тогда, когда после фразы жреца: «Да благословит союз богиня», Макс одним махом осушил чашу с моей кровью.

– Нет!.. – не выдержала и закричала я. – Не стану этого делать! Вы больные! Не приближайся!..

Это я уже Максу орала, потому что он невозмутимо подходил с чашей, в которой была его кровь.

– Я не стану пить эту гадость! Не трогайте меня!..

Наверное, я бы еще много чего могла сказать, однако не позволили. Макс не только удержал меня на месте, но и держал крепко, не давая дернуться. Очень быстро он влил в мой рот содержимое чаши и заставил проглотить.

Подступившая к горлу тошнота исчезла, а князя вдруг заволокла чернильная плотная тьма. В следующий момент я поняла, что тьма закрыла собой абсолютно все.

– Не поняла, – выдохнула я, сообразив, что меня давно никто не держит. Да и вообще, кроме меня, никого нет. – Макс?

– Рада снова тебя видеть, Самира, – вдруг произнес женский голос, напугав меня до чертиков и заставив резко обернуться. – Или лучше называть тебя Надей?

– Кто вы? – вырвалось у меня.

Тьма рассеялась до сумрака, являя женскую фигуру. Незнакомка в черном платье, длинный шлейф которого не имел четких очертаний, словно клубилась сама тьма. Лицо красивое, ни молодое, ни старое. Можно было дать и двадцать и пятьдесят, в зависимости от того, как ложились тени. Я никогда раньше не видела эту женщину. А она считает, что мы встретились снова.

Я вглядывалась в незнакомку и не могла понять, что меня насторожило. Но интуиция буквально вопила: женщина опасна. Вряд ли она меня сейчас убьет, просто чувство такое, что с ней лучше не связываться. Вот совсем.

– Надя, я – богиня Тьмы, покровительница вампиров. А ты – избранница одного из моих сыновей. И видимся мы с тобой не впервые.

Она улыбнулась, поднесла ко рту ладонь и дунула в мою сторону, словно бы невидимую пушинку убирала.

Вот только с ее действием меня будто по голове чем тяжелым огрели. Правда, длилось это недолго, но то, что произошло дальше… Я вспомнила то, чего со мной просто не могло быть!

После того как отец Самиры получил титул, их положение разительно изменилось. Они вознеслись, и многие из тех, кто раньше презрительно воротил нос от девушки, теперь взглянули на нее другими глазами. Неожиданно вокруг Самиры стали виться кавалеры, заваливая цветами, стихами и комплиментами, кружа голову…

А тут еще движение против вампиров набрало обороты. Среди людей на каждом углу шептали, что они – скверна, а те, кто связывается с ними, навсегда теряют свою душу.

Все чаще Самира задумывалась о том, как бы избежать навязанной помолвки. Однажды в порыве чувств посетила Храм Тьмы и умоляла богиню образумить ее сына, объясняла, что не подходит ему и не желает этого брака. Самое удивительное, что лепет невесты князя был услышан и богиня явилась.

– Это не мои воспоминания, а память тела, ведь я – землянка, – наконец вынырнув из омута чужой памяти, произнесла я, качая головой. – Я не просила вашей милости и избавления от вампира. Это не я невеста Макса, а Самира, в теле которой я оказалась.

Но почему-то сама же себе не верила. Какая-то часть меня чувствовала, что та девушка, вдруг ставшая парой вампира и пришедшая к богине Тьмы молить о помощи, не просто близка, а имеет ко мне прямое отношение.

– Ты и Самира – один и тот же человек, точнее душа, – словно читая меня как открытую книгу, произнесла богиня. – Ты перерождалась трижды, последний раз став Надеждой в мире Земля. По факту ты можешь называть себя Надей. Это не будет ложью. Ты действительно жила и умерла на Земле.

– Умерла? – пробормотала я.

– Конечно, – кивнула богиня. – Раньше срока. Но ты искупила свои грехи, а потому я вернула тебя в твое прежнее тело.

– Что-то я совсем ничего не понимаю…

– Ты помнишь, что я говорила тебе тогда? Почти сто пятьдесят лет назад.

– Не мне, – поправила я, отказываясь верить ее словам, – Самире. Что напрасно князь так пугает меня. Архивампир, встретивший свою пару, становится любящим, внимательным заботливым. Он мир положит к ногам своей пары. Никогда не обидит, не поднимет руку, в отличие от человеческих семей, где мужьям позволено поколачивать жен.

Даже среди аристократов жена – собственность супруга и в полной его власти.

– Он убьет любого, кто посмеет не так посмотреть на избранницу, и… – Тут я запнулась, потому что информация, имевшаяся у меня, расходилась с действительностью.

– Ну что же ты, договаривай…

– Слушайте, ну это же ложь! Он ее чуть не убил за измену и меня стал настойчиво менять под свои вкусы, буквально ломал. Где заботливость?

– Он уже меняется, Надя. Все именно так, как я сказала тогда, поверь. Но ты, будучи Самирой, решила, что тебе все дозволено, князь все простит. Хотя не стоит отрицать того, что тебе умело запудрили мозги. Однако есть одно «но»…

– Он отправил девушку в стазис из-за измены, – выдвинула я свой аргумент. – Какое уж тут прощение?

– Не стоит меня перебивать, девочка, – спокойно сказала богиня, но так, что я моментально закрыла рот. – Все, что было мной сказано, – истина. Однако полная связь устанавливается после ритуала. Теперь даже на расстоянии он будет чувствовать тебя.

– Я теперь его жена? – убито произнесла я.

– Еще нет, я не объединяла вас тьмой. Сложно не услышать того, кто так яростно не желает предначертанной судьбы. У тебя есть выбор. Или ты становишься его женой, или умираешь.

– Но это отсутствие выбора! – возмутилась я.

– У моего сына его тоже нет, – жестко напомнила богиня. – Ты была предначертана ему. Твое жизнелюбие, нежность и мягкость принесли бы свет в его жизнь и уравновесили темную сторону. У тебя были все задатки стать хорошей княгиней, умеющей вести себя в высшем свете и знающей нужды простых людей. Но ты упорно отрицала свою судьбу, наделала много ошибок, мстила ему непонятно за что и считала, что тебе за это ничего не будет. Что ж, я могу дать тебе долгожданную свободу и отправить ваши души на перерождение.

– Души?! – переспросила я.

Почему-то я посчитала, что смертью угрожают только мне.

– Да. Вы пара, умрет один, второй тоже уходит. Забыла? Обещаю, в следующей жизни вы не встретитесь. Миров во вселенной много, окажетесь в разных. Решай! Твой выбор…

Да чтоб тебя! Охренительный выбор. Помимо своей жизни распорядись и чужой. Я, конечно, Макса в мужья себе добровольно никогда бы не выбрала, но и смерти ему не желала.

– Объединяйте.

– Я не расслышала. Что ты сказала?

– Объединяйте нас!

– Звучит как приказ.

Кажется, надо мной просто издевались. Стиснула зубы и как можно спокойнее напомнила ее же слова:

– Вы дали выбор. Я выбираю жизнь с ним.

– Уверена?

– Более чем.

Следующая жизнь, еще неизвестно когда и какая. Еще червяком меня сделает, вот радость-то будет! Расставаться с этой я не готова, и так, можно сказать, второй шанс получила.

– И больше никаких глупостей?

– Такое трудно обещать, но даю слово, что больше вас жалобами на свою судьбу не побеспокою.

Ага, себе дороже тревожить. Насколько поняла, к стазису и перерождению на Земле богиня Тьмы приложила руку. Я буду просто счастлива, если она забудет обо мне!

– Что ж, я принимаю твой выбор.

Шлейф платья взметнулся, и все поглотила чернильная тьма. Я инстинктивно зажмурилась, Ощущение было, словно меня резко утянуло под воду. Даже когда глаза открыла – жадно глотнула воздух.

– Миледи, вы очнулись! Радость-то какая! – услышала я рядом и повернула голову на голос.

– Таша? – изумилась я.

Не только потому, что не ожидала увидеть ее рядом, но и вообще после побега не думала, что князь оставит в замке мою служанку.

– Миледи! От всей души вас поздравляю! Мы так все за вас рады!

«А уж я-то как рада…» – мысленно съязвила я, а вслух спросила совсем другое:

– Где мы? И где Ма… мой муж?

Я осторожно села на кровати. Та-а-ак, а ведь знакомая обстановка. Мне тут уже доводилось бывать – покои княгини, те самые, смежные с покоями Макса.

– Вы в княжеских покоях, миледи. Его милость приказал подготовить вас к брачной ночи. Он будет позже. – Девчонка очаровательно покраснела. – Но, возможно, вы желаете перекусить прежде, чем мы начнем?..

Если мне и хотелось бы, то сейчас кусок в горло не полезет.

Брачная ночь! Посмотри, какой шустрый! Я ему покажу брачную ночь! Меня такая злость взяла, что я рывком встала с кровати, напугав служанку.

Таша дернулась и вдруг низко склонилась.

– Простите меня за недостойное поведение, – пробормотала она.

– Чего? – удивилась я, а потом сообразила: Таша решила, что ее речь была фривольной.

Впрочем, на лбу служанки и так большими буквами были написаны ее мысли. Действительно фривольные. Ай, и ладно! Думать сложно запретить.

– Я не злюсь на тебя, наоборот, рада, что князь приставил тебя ко мне после того, как я прогулялась без его ведома.

– Ох, миледи, как же вы всех напугали! Нас в допросную отправили, думали мы вас… вам… – Таша запнулась. – Мы все вами восхищаемся. Если бы вы не ушли гулять, кто знает, когда бы князь на вас женился?

Вашу ж мать! Я уставилась на служанку и впервые не знала, что сказать. Они всем скопом решили, что я сбежала, решив подтолкнуть князя к активным действиям? Что у них в головах?!

– Простите, я опять не то говорю.

Шеки девушки покраснели.

– Что именно вы должны сделать перед брачной ночью?

– Помочь вам навести красоту, – живо откликнулась она. – Расслабляющая ванна, массаж, натирание душистыми маслами и…

– Понятно, – оборвала ее. – Есть я пока не буду, приступайте… к подготовке.

Ташу не пришлось дважды упрашивать, она позвала служанок, и мы вместе отправились в купальню. А я расслабилась. Самое страшное уже случилось – я вышла замуж за Макса.

То, что он себе нафантазировал, его проблемы. Ночь ему брачную подавай. Фигу ему, а не ночь любви!..

Ждет его знатнейший сюрприз.

Богиня сказала, что он мне не сможет вред причинить? Отлично, больше на моем незнании он не сыграет.

Да и память Самиры мне на руку. Богиня в ту встречу ей многое о архивампирах и их парах рассказала. Думать о себе, как о Самире, пока все равно не получается. Да и не она я, несмотря на одну душу. Трижды перерождалась как-никак…

Я позволила служанкам себя раздеть и вдруг заметила их заминку: они с таким почтением и благоговением смотрели на мою руку…

Естественно, я тоже посмотрела и обомлела. По правой кисти шла черная вязь: красивый, на самом деле, узор, словно бы татуировка, но аккуратная…

«Наверняка подарочек от богини» – подумала я, не став заострять на этом внимания.

На Земле брачные кольца, а здесь вот чернильные узоры.

Служанки отнеслись к своей миссии со всем тщанием. Откровенно скажу, что я пребывала в нирване, пока они разминали мое тело, натирали его ароматическими маслами, промывали волосы, потом сушили их и делали незамысловатую прическу. Надеть мне предложили прозрачный пеньюар, к которому теплой накидки не полагалось. И больше одежды в покоях не было. Это я у Таши уточнила.

Ну, что ж…

– Мы принесем вино и закуски, – произнесла Таша, когда служанки закончили со мной. – Его сиятельство скоро придет.

– Какие закуски? Ужин неси! – возмутилась я.

Несколько часов меня мучили, конечно, я проголодалась.

– Но…

– Ужин, Таша, полноценный нормальный ужин. И быстро! – приказала я.

Спустя пятнадцать минут я наслаждалась едой. В одиночестве. А еще любовно поглядывала на поднос, который отвоевала. Княгиня я или кто? Надо пользоваться преимуществами своего положения.

– Ну, и где он? – вслух спросила саму себя, когда закончила ужин и даже успела заскучать.

Князя все не было. Я даже подумала, что уже и не придет. Ан нет. Как только я расположилась в кресле и поставила сбоку поднос так, чтобы удобно было достать, смежная дверь отворилась.

Явление их сиятельства народу, не иначе!

В спальне царил полумрак, служанки постарались, даже несмотря на то, что я собиралась есть. В любом случае еду мне было хорошо видно, как и Макса, который походкой победителя шел к кровати. Серьезно? Он реально думал, что я его на ложе ждать буду?

С моего места оказался прекрасный обзор. Не знаю, кто и для какой цели поставил в спальне у окна кресло, но я однозначно была ему благодарна. Я находилась у изголовья кровати и при этом оставалась в тени.

Ни страха, ни злости я не испытывала. Ощущала себя обмякшим шариком, из которого разом выпустили воздух. Мне было просто любопытно, что же Макс собирается делать и, главное, каким образом исполнять супружеский долг, учитывая, что его невеста ни женой, ни тем более любовницей быть не желает. Спортивный такой интерес.

Князь остановился у подножия кровати и потянулся к поясу, но почему-то передумал раздеваться. Вместо этого он оперся коленом на матрас и проникновенным шепотом позвал:

– Надин.

Понятное дело, я не отозвалась.

– Надин, – его руки скользили по покрывалу, – ты меня слышишь?

Смешок сорвался с губ.

– Слышу, слышу, – тоненьким голоском Клары Михайловны Румяновой отозвалась я и рассмеялась в голос.

В роли зайца мне еще быть не приходилось. Князю в роли волка, видимо, тоже. Честно, я не хотела выдавать себя ни звуком, ни тем более смехом, но… Оно само как-то получилось.

– Надин?

Слух у вампира оказался великолепным. Конечно же, он сразу отследил мое местоположение.

– Надя, – поправила я. – Если уж богиня согласна с тем, что я Надя, то и вам, – не удержалась я от иронии в голосе, – муж мой, с этим придется смириться.

– Надин… – Вот же баран упертый! – ложись в кровать.

– И что же я там буду делать? – с сарказмом спросила я.

– Мы будем делать, – педантично и с хрипотцой в голосе поправил меня Макс. – Заниматься любовью.

– Э, нет, ваше сиятельство, с этим справляйтесь без меня. Мне и здесь неплохо.

– Мы женаты. – Макс давно слез с кровати и надвигался на меня медленно и неотвратимо, а еще при этом расстегивал пояс на талии. – И для закрепления ритуала нам необходима близость. Ты станешь вампиршей…

– Не интересует. Мне и человеком комфортно.

– Не упрямься, глупенькая.

Вампир оказался неожиданно близко. Так близко, что я зажмурилась, на миг испугавшись его стремительности. Вроде только что лениво шел ко мне, давая себя рассмотреть, а сейчас вытяни руку – и можно дотронуться до подтянутого торса.

– Разводов в нашем мире нет, ты моя. А я – весь твой.

– Сомнительное приобретение, – фыркнула я и нащупала поднос.

Если он думает, что от созерцания его обнаженного тела у меня мозги откажут и слюна потечет, то его ждет сюрприз. Дырку от бублика ему, а не Надежду Раевскую!

Видимо, придя к такому же выводу, Макс решил идти в наступление, и я вдруг ощутила сильное притяжение к мужчине. Знаете, есть такое утверждение, что в природе существует животный магнетизм, когда человек передает другому свои флюиды и влияет на него. А может, он магию какую, например вампирскую, применил. Потому что буквально несколько секунд назад ничего подобного я не ощущала. Какое там притяжение и симпатия?.. Разделить с ним постель ну никак не входило в мои планы.

Я по-настоящему разозлилась.

Князь нагнулся ко мне, нежно провел по щеке, с явным намерением поцеловать, и прошептал:

– Иди ко мне, моя строптивая девочка…

Я не мешкала и со всей силы огрела его подносом.

– Я тебе покажу «твою девочку»! – прорычала, вскакивая из кресла, и снова замахнулась на него подносом.

Но он отшатнулся, гад.

– И как это понимать?! – пророкотал разозленный супруг.

Близкое знакомство с подносом пришлось не по нраву. Но пусть лучше так, чем патоку в уши льет.

– Понимайте, как нежелание делить с вами постель!

– Ты моя жена!

– Согласие на брак я вам не давала. Вы действительно считаете, что после того, как вы со мной обращались, я смиренно упаду в ваши объятия?

– Ты моя пара.

– И вы сделали все, чтобы я сожалела об этом каждую минуту нашего знакомства! – разозленно прошипела ему в лицо. – Знаете что, Самира заплатила за свои ошибки чередой перерождений. Я не помню предыдущие жизни, но моя была не сахар, с лишениями, бедностью, предательством, унижениями. Подозреваю, и другие не лучше. А что сделали вы, чтобы исправить свои ошибки? Простили меня? Так можете подавиться своим прощением! Я в этом не нуждаюсь! Изменили свое поведение? Стали лучше относиться к невесте? Нет. Ничего подобного. Как и прежде, отвратительно высокомерны. Заперли, унижали, дали понять, насколько я не отвечаю вашим требованиям. Но позвольте, я в княгини не метила и высокого положения не искала. Вы же посчитали ниже своего достоинства ухаживать за невестой, показать себя с лучшей стороны, уделить внимание. И ждете исполнения супружеского долга? Да только троньте, и я буду плевать вам в лицо и кричать о том, как вы мне отвратительны!

– Отвратителен? – севшим голосом переспросил он.

Я очень надеялась, что остальную часть моей пламенной речи князь все же услышал. Так и подмывало сказать «да», но я сдержалась. Мне нужно, чтобы он услышал меня, изменил свое поведение.

Взяв себя в руки, уже более спокойно ответила:

– Насилие отвратительно. А вы не сделали ничего, чтобы я пришла к вам по своей воле. – Чуть поколебавшись, решила быть более откровенной. – Там в храме, когда потеряла сознание, я встретилась с богиней Тьмы. Она сказала, что череда перерождений в другом мире – это ее наказание за мои ошибки, но я их искупила. И мне был дан выбор: умереть и обрести долгожданную свободу от вас в другом мире или остаться здесь и прожить эту жизнь с вами.

Глаза Максимилиана удивленно расширились. Не ожидал?

– Я не горела желанием быть с вами, но умри я, и вы бы тоже ушли из жизни. Я решила дать шанс нам и нашему браку, не заставляйте об этом жалеть.

– Как это решение согласуется с тем, что ты отказываешься делить со мной постель?

– Самым прямым образом. Я вас знаю не с лучшей стороны, а другие вы мне не показывали. Сейчас мы в браке, я больше никуда не убегу, так докажите мне, что я приняла верное решение. И начинать следует точно не с постели.

– И с чего же мне следует начать?

По Максу было не понять, как он отнесся к моему спичу. Мои слова он выслушал с каменным выражением лица.

– С общения, – предложила я разумный вариант.

– Общение, значит, – повторил за мной князь, словно пробовал на зуб это слово, и оно не сильно ему нравилось. – Только знаешь, драгоценная, все, о чем я могу думать в данный момент, когда свет от луны делает прозрачной твою одежду, это как обнять тебя и испить сладость губ.

Рывок, и он выдернул меня из кресла, прижал к себе и обжег губы поцелуем. Напористым, страстным, немного злым. Но стоило мне протестующе замычать, как поцелуй стал бережным, сладким, трепетным, а объятия нежными. Ко мне прикасались, будто я самое ценное и дорогое в жизни…

Поднос выпал из ослабевших пальцев и со звоном приземлился на пол, разрушая волшебство.

Князь отстранился и, подняв меня как пушинку, вновь посадил в кресло.

– Примерно так, драгоценная. Это самое малое, что я желал бы сделать. Вынужден признать, что на данный момент я не готов к тому общению, которое ты от меня ждешь. Не буду мешать твоему спокойному сну в одиночестве, раз ты его так жаждешь. Добрых снов, жена моя.

И, развернувшись, прошествовал в свою спальню, тщательно закрыв смежную дверь.

Вот кто бы объяснил, почему мне хотелось расплакаться и швырнуть ему вслед поднос?