Глава 22

Когда я вдоволь позагорала и поплавала, мы порталом вернулись в замок и расстались у дверей моих покоев. Князь галантно поцеловал мне кончики пальцев, заверив, что с нетерпением ждет вечера. Если учесть, что он мог переместить нас сразу ко мне в спальню, то такая учтивость была разительной переменой после ночного явления за супружеским долгом.

Я чувствовала себя словно пьяной. В голове шумело, и хотелось обнять весь мир. Умом понимала, что нужно вернуть себе трезвость мышления, но, если честно, не хотелось. Меня сегодня откровенно обольщали, и это было чертовски приятно. Максимилиан, наконец, вспомнил, что он умеет не только рычать и приказывать. И пусть это случилось после моего пинка, но все же. Ведь услышал и изменил свое поведение.

Открывшийся с новой стороны князь притягивал. День с ним оказался невероятен, фееричен! У меня в жизни не было такого романтичного свидания. А он устроил именно свидание: порадовал, удивил, рассказал о себе даже то, о чем я вряд ли спросила бы.

А в покоях все утопало в цветах. Вазы стояли на полу, на консоли, столе, на подоконниках. Все это создавало атмосферу праздника. Словно у меня был день рождения.

Пользуясь тем, что одна в комнате, я закружилась на месте, не сдерживая счастливой улыбки и вспоминая особенно яркие моменты. Первый день супружеской жизни получился незабываемым. Я думала – сильнее, чем утром, князь не сможет меня поразить, но ему это удалось. Хотелось сохранить эти крупицы счастья и безмятежного настроения подольше.

Максимилиан предупредил, что сегодня в замке будет праздник в нашу честь. Нужно позвать слуг и портних, чтобы подготовить платье для такого случая. Пошитое бальное я испортила, срезав камни… Но я прошла в спальню и рухнула на кровать, раскинувшись в форме морской звезды. Ничего не хотелось делать. Повернулась на бок, подгребая к себе подушку. И тут на ее месте увидела сложенный листок. Потянулась за ним с улыбкой, решив, что это Макс еще утром оставил стихи или любовную записку.

Развернула, но после первых же строк улыбка сбежала с лица. С недоумением перечитала послание без подписи.

Дочь моя, вспомни о своей бессмертной душе! Не позволяй тьме поглотить твой свет. Ты в шаге от того, чтобы совершить непоправимое. Опомнись! Еще немного, и станешь навеки проклятой, частью скверны, которую нужно искоренить на этой земле. Заклинаю, спаси свою душу!

– Что за бред?!

Повертела в руке листок, но больше ничего не было. Села на постели и пробежала глазами строчки еще раз. Может, не мне? Обращение «дочь моя» сбивало с толку. Отец Самиры давно умер, он был человеком. А это больше похоже на беспокойство родителя за своего ребенка. Может, служанке кто написал, волнуясь, что она работает и живет среди вампиров?!

Сегодня их столько в моей спальне собралось, когда занимались цветами, кто-то мог и потерять записку, перестилая постель.

Из прежних своих воспоминаний я знала, что люди опасались вампиров, и жрецы Саранты разжигали эту неприязнь. Их потом разогнали, верование запретили.

Но кто знает, во что верят сейчас простые люди. Похоже, просто чей-то родитель переживает, что дочь в услужении у вампиров.

Я скомкала листок и встала с постели. Лежать расхотелось, пора заняться гардеробом, если хочу вечером прилично выглядеть. Как раз у Таши спрошу про отношение людей к тем, кто работает у вампиров. Позвонила, вызывая служанку.

– Ваше сиятельство, – в комнату впорхнула сияющая Таша, и сделала книксен. – Как хорошо, что вы вернулись! Портнихи ждут, чтобы заняться платьем. Можно приглашать?

– Подожди. Ты чего вся светишься? – улыбнувшись, остановила ее.

– Вот! – со счастливым видом девушка вытянула руку, демонстрируя массивный браслет, по которому вился узор.

– Что это? Подарок?

– Эран сделал мне предложение!

– Подожди, это кто? Из моей охраны?

– Да! Он признался, что я давно ему нравилась. Но после того, как меня забрали на допрос, он места себе не находил. И понял, насколько глубоки его чувства.

– Ты его пара?

– Нет.

– Но как тогда? Ты же человек.

– Пару чувствуют только архивампиры. Эран меня обратит, чтобы я всегда была под его защитой.

– А ты не боишься? – заинтересовалась я.

– Чего? Наоборот, я счастлива! Буду жить столько же, сколько и Эран, не старея.

– А если его убьют?

– Сейчас нет войн, – отмахнулась Таша. – Князь дал нам разрешение на брак. Я такая счастливая!!!

Видя ее искреннюю радость, не стала больше одергивать. К тому же Макс мне объяснил про вампиров, в этом нет ничего ужасного.

– Значит, скоро ты покинешь меня? – спохватилась я и расстроилась. Девушка мне нравилась, я ей доверяла. – Насколько помню, охраняют меня не простые вампиры. Вряд ли муж согласится, чтобы ты и дальше работала служанкой.

– Ой… – Кажется, это только сейчас дошло и до Таши. Девушка на глазах помрачнела, но через мгновение с надеждой посмотрела на меня. – Эран высший вампир, вы правы. Но может, вы позволите мне быть вашей фрейлиной? Позволите и дальше служить вам?!

– Хорошо, – рассмеялась я, довольная таким простым решением. – Станешь моей первой фрейлиной. Скажи, а твои родители не испугаются, если ты будешь обращенным вампиром?

Тень набежала на лицо Таши, давая понять, что, как я и подозревала, не все так просто. Видимо, записка все-таки предназначалась ей…

Чуть подумав, девушка твердо произнесла:

– Я смогу им помочь, братья пойдут учиться.

– Ты станешь женой уважаемого вампира. Будешь госпожой, а не служанкой, – поддержала я, испытывая укол совести, что омрачила ее радость. – Ладно, зови портних, займемся туалетом, и пусть с тебя мерки снимут. Будет от меня в подарок свадебное платье.

– Княгиня! – едва не прослезилась Таша.

– Ерунда, – смущенно отмахнулась я.

Таша упорхнула, а я переваривала новость. Надо же, высший вампир и служанка, пусть и старшая. Кто бы мог подумать! Не типичный случай, раз охранник спрашивал дозволения князя. А Максимилиан одобрил. Не потому ли, чтобы и я не боялась становиться вампиром?

Все может быть. Макс начал осаду по всем фронтам. И что-то мне подсказывало, что с таким напором мне не долго держать мои бастионы.

* * *

Все оказалось не так печально, как я думала. Портнихи принесли уже готовые платья. Мне осталось выбрать одно, и уже его подгоняли по фигуре и доводили до ума. К сожалению, они учли мои прежние пожелания: всего и побольше, и на этот раз мы избавлялись от излишних украшений. Я не только в платье стоять хочу, но и свободно передвигаться, а не сверкать, словно новогодняя елка, на одном месте.

Смешно, что в этот раз главная портниха с помощницами не вопили, что у них мало времени, что они не успеют. Сняли с меня все детали наряда и с сосредоточенным видом пошли работать. А вот служанки, собирающие меня к вечеру, тут же раскудахтались, что мы ничего не успеем, и вообще начинать подготовку надо было едва ли не с утра. А теперь и маски все сделать не сможем, и волосы я морской водой испортила.

Я, конечно, шикнула на них. Честное слово, вывели. Князю я и с порозовевшей от солнца кожей нравилась, и с мокрыми после купания волосами, и без макияжа. Он ничего не испугался, так стоит ли переживать из-за того, что не безупречна?

И тем не менее суета вокруг меня вызывала волнение. Вчера все так быстро произошло, что я и понять не успела, как оказалась замужем. Теперь же в полной мере прочувствовала, что у меня свадьба, праздник. Служанки поздравляли, восторгались романтичным поступком князя, усыпавшего мою спальню цветами.

Меня удивило отсутствие Горгоны. И как это она не пришла проконтролировать, все ли правильно делается, и не убедилась, не опозорю ли я высокое звание княгини своим недостойным поведением? Даже спросила про нее.

– Леди Зоргана следит за подготовкой к празднику, – сообщили мне.

Все равно странно.

– Я слышала, князь запретил ей приближаться к вам. Сама видела, как она жаловалась лорду Дариону, – тихонько просветила меня Таша.

– Кому?

– Правая рука его сиятельства и старый друг.

– Не такой уж он и старый, – фыркнула одна из служанок. – Все знают, что между ними давний роман.

– Тогда почему он ей предложение не сделает? – удивилась я.

Надо же, и у Горгоны есть поклонник!

– Глупости все это, слухи, – сказала Таша. – Лорд Дарион управляет делами, когда его сиятельство в отъезде, поэтому общается с леди Зорганой. Будь что между ними, какая нужда скрываться? Князь бы одобрил их брак.

– Это да, если уж твой одобрил… – прозвучало с плохо скрываемой, откровенной завистью.

Да, девочки везде такие девочки, отметила я. И посплетничать любят, и позавидовать более удачливой подруге.

– Теперь тебе придется покинуть замок, – с притворным сочувствием вздохнула та же завистница, которая уже начинала мне сильно не нравиться.

Таких особ лучше держать подальше от себя.

– Ничего подобного. После замужества Таша станет моей фрейлиной, и продолжит следить за всем, но уже с высоты своего нового положения, – произнесла я.

Позабавило, как вытянулось лицо завистницы. Надеюсь, она не себя видела на ее месте? Может, поэтому стала все сплетни рассказывать, чтобы показать, что сумеет быть полезной.

Меня же взбудоражило другое. Неужели, и правда, Макс запретил Горгоне приближаться ко мне? Какое счастье! Я бы не выдержала, начни она опять толковать про оказанную честь и как важно соответствовать высокому статусу. А вообще было бы замечательно, окажись у нее и на самом деле поклонник.

Выдать бы замуж старую мегеру. Может, и подобреет тогда. А еще вдруг да уедет из замка куда-нибудь подальше… Жить рядом с ней будет тяжело, я уверена. Если это теперь мой дом, то и управлять им я хочу сама. Зоргана же начнет критиковать каждое мое распоряжение и не отдаст так просто бразды правления.

Но пока заглядывать так далеко вперед и портить себе настроение я не стала, сосредоточившись на предстоящем вечере.

Тут еще Максимилиан передал к моему платью ларец с украшениями, и все ахнули, когда я его открыла. Вначале взгляд приковала сверкающая диадема с крупными бриллиантами. Я ожидала увидеть к ней колье, но нет. Служанки достали и развернули украшение, и все ахнули от королевской роскоши. Мое платье с глубоким декольте оголяло плечи. Теперь же переливающаяся сеть из бриллиантов скрыла все. Среди блеска камней разглядеть мою шею и грудь было затруднительно. Все аханья служанок насчет того, как скрыть покрасневшую от солнца кожу, оказались напрасны.

И тут меня осенило. Князь заметил проблему и подумал о ней! Подобрал украшение, чтобы я чувствовала себя комфортно и выглядела безупречно. Камни приятно холодили разгоряченную кожу, а внутри все потеплело от заботы мужа.

Максимилиан пришел, когда я рассматривала свое отражение в зеркале. Наверное, служанки сообщили, что я готова.

– Надин! – воскликнул он и замер, словно громом пораженный.

Я и сама не узнавала себя в зеркале. Высокая прическа и диадема зрительно увеличили рост. Пелерина из камней заставляла держать идеальную осанку. Сияние камней и белое платье сделали меня похожей на драгоценную статуэтку. От этого темная вязь брачной татуировки на руке лишь сильнее бросалась в глаза. Перчаток не было, наверное, чтобы каждый видел: наш союз благословила Тьма.

Я выглядела величественно, совсем непохожей на себя. И не скажешь, что эта незнакомка и по тайным ходам ползала, и в лесу на земле ночевала, и еще недавно, словно русалка, плескалась в море.

– Мой князь.

Я плавно повернулась к нему и немного склонила голову в поклоне. Приветствуя как равного. Никаких реверансов.

– Моя княгиня, – шагнул он ко мне.

И от того, как произнес он это, дрогнуло все внутри. Безмерно восхищенно, по-собственнически и с желанием, огонь которого разгорался в глазах.

С понимающими улыбками служанки отступили и поспешили покинуть комнату без всяких напоминаний. Их уход я, любуясь князем, отметила лишь краем глаза. Парадный камзол с воротником-стойкой делал его строже. Распущенные волосы были уложены и блестели как воронье крыло.

«Интересно, Максу тоже сегодня выговаривали, что он испортил их солью?» – мелькнула мысль, и я улыбнулась, разбивая напряжение между нами.

– Надин… – с теплотой произнес князь и взял меня за руку, поднося ее к губам. – Ты прекрасна!

– Спасибо. – Я улыбнулась и решила вернуть комплимент: – Ты тоже очень хорошо выглядишь.

Хорошо – не то слово. В моей жизни на Земле таких красавцев рядом со мной не водилось. Я поторопилась прервать контакт, а то князь так и держал мою ладонь. Черт его знает, чем это могло закончиться. Ведь я не целомудренная девица, и все человеческое мне не чуждо. Одно плохо: слабость могут расценить как безоговорочное поражение, чего совсем не хочется.

– Там много людей? – спросила я, чтобы как-то заполнить тишину, потому что князь не торопился ничего говорить.

Только смотрел… Еще как смотрел! Щеки горели румянцем от его пылкого взора.

– Нет, Надин. Прием устроен в малой бальной зале. Будет моя свита и близкие люди, которых не так-то много, – последние слова он сказал с горечью. – Мне так жаль, что мама не может познакомиться с тобой! Уверен, ты бы ей очень понравилась.

Такое абсолютно непосредственное замечание, что я невольно улыбнулась. Маме бы понравилась… Почему-то вспомнилась мать бывшего мужа. Я содрогнулась. Вот где был тихий ужас под названием свекровь! Не повезло мне… Однозначно не повезло.

А еще я точно знала, что Макс не договорил, что продолжение его фразы: «Она непременно бы полюбила тебя».

Даже удивилась. Откуда во мне такое знание? Привет от темной богини? Может, я мысли супруга смогу читать?

Князь вдруг шагнул ко мне, осторожно сжал мои руки, как будто тактильный контакт ему был очень важен.

– Надин, мне жаль, что ваша встреча с моей тетушкой вышла отвратительной. Мне жаль, что мое поведение расценили неправильно. Я совершил ошибку, прося тебя забыть о прошлом, когда сам оставался под его влиянием. Сейчас я вижу, как был несправедлив к тебе, не договаривая и не доверяя. Я должен был сразу объяснить, почему не желал, чтобы ты выходила из комнаты. – Князь смотрел прямо в мои глаза, ни на секунду не отводя взгляда. – Я был сбит с толку, был напуган тем, что не готов к твоему пробуждению, и это в то время, когда должна прибыть делегация оборотней, которых нельзя назвать союзниками Отриалона. Это не оправдание, но обещание исправиться. Я хочу, чтобы ты доверяла мне, и сделаю все, чтобы у тебя и мысли не возникло, что я неискренен.

Я утратила дар речи. Меньше всего я ожидала услышать такие откровения и не совсем пока понимала, что должна ответить. Поэтому мои слова немного удивили меня саму:

– Совсем не умею танцевать ваши танцы. Зоргана пригласила учителей. Но мне с ними так и не довелось свидеться, – выпалила я и смутилась. – Не это я сказать хотела. Спасибо, Макс, за то, что пытаешься объяснить свое поведение. Мы попробуем, оба попробуем доверять друг другу.

Я улыбнулась.

– И начнем с танцев. – Князь вернул улыбку и медленно наклонился, видимо, давая мне решить, быть этому поцелую или нет.

Я не стала его отталкивать, но в итоге мои губы проигнорировали, остановившись на щеке. Кожу на месте поцелуя опалило жаром. Наверняка я опять залилась румянцем!

– Я умею танцевать, Надин. Этого достаточно. Позже, если ты захочешь, я сам всему тебя научу.

– Хочу, – кивнула я. – Но, если что, я предупредила, потом не жалуйся на отдавленные ноги.

– От тебя я приму все, даже отдавленные ноги.

Макс широко улыбнулся.

– Пора?

Я нервно поправила и без того безупречную прическу. Так, вид сделала, что поправляю. Машинально волос коснулась, если честно.

– Не волнуйся, тебе нечего бояться. С тетушкой ты уже знакома, а она не будет докучать тебе своим вниманием. С Кианом… – Тут князь взял паузу, а его лицо омрачилось. – С ним ты также знакома, остается Дарион, друг моего детства. Больше никого из близких у меня нет. Все остальные – твои подданные, Надин. Я хочу, чтобы ты насладилась сегодняшним праздником.

– Я постараюсь.

А что я еще могла обещать? Тетушка его мне докучать не осмелится, при Максе точно паинькой будет, но не станет же он все время со мной торчать. В любом случае пусть это она меня боится. А я вот бояться не собираюсь.

Супруг бережно взял меня под локоток, и нас поглотила тьма. Спустя несколько секунд я поняла, что мы находимся у дверей, которые тут же услужливо распахнули лакеи.

В глаза бросилась роскошь убранства. Зоргана постаралась на славу, украшая малый бальный зал. Все было безупречным, не вычурным, но при этом абсолютно не уютным. Не чувствовалось теплоты, что странно, если учесть, что Макс у нее единственный племянник.

Но меня ждал большой сюрприз: этим вечером мне предстояло быть мишенью для множества глаз, а не для обещанного скромного общества. Стало не по себе. Все же «немного гостей» мы с Максом явно понимаем по-разному. Зал оказался практически битком набит нарядными мужчинами и женщинами. Правда, у меня мелькнула мысль, что здесь все, кому Макс должен представить меня как свою жену.

В конце зала был накрыт стол, именно туда меня и вел Макс, пока гости склонялись в поклонах и реверансах. У самого выхода расположились музыканты, которые играли легкую, медленную мелодию, однако замолкли сразу же, едва мы остановились.

Но эти мысли улетучились, когда я увидела гостей, скромно собравшихся у стола. По сравнению с остальными у них явно было преимущество. Супруг не солгал, близких у него не так уж и много: леди Зоргана в окружении шестерых фрейлин, Киан, стоящий рядом с черноволосым мужчиной в камзоле с золотой вышивкой, еще восемь мужчин и столько же женщин.

Я вскользь подумала, что фрейлинам на танцы нечего рассчитывать, если, конечно, друг детства Макса – Дарион, кажется, – и Киан не станут танцевать с ними по очереди.

– Приветствую вас в этот замечательный вечер. – В полной тишине взял Макс слово. Я неосознанно сжала его руку. – С гордостью и радостью представляю вам мою жену, княгиню Надин!

Опять реверансы и низкие поклоны. А затем, выпрямившись, все произнесли слаженным хором голосов:

– Клянемся в верности княгине Надин!

Все так торжественно, что у меня по телу мурашки пробежали. Как будто не женщина простая, а королева перед ними.

«Княгиня», – мысленно одернула себя. Надо как-то ко всему привыкать. А к новому статусу особенно.

Пока я размышляла, слуги разлили по бокалам вино. У меня дрожали руки, и хотелось верить, что никто этого не замечает.

– За мою жену, за светлейшую княгиню Надин! – произнес тост князь, и все практически залпом осушили бокалы.

Я же лишь пригубила. Откуда-то взялись робость и смущение. Вроде была такой воинственной, а тут на тебе, стесняюсь, словно я снежинка на новогоднем утреннике в детском саду и, ну, никак не могу вспомнить стишок, а потому стою у елки и тихо становлюсь от стыда помидором.

Дальнейшее прошло для меня как в тумане. К нам подходили люди и поздравляли. Точнее, не так. К нам подходили вампиры, которые занимали положение на несколько ступенек ниже князя, затем на ступеньку ниже тех, кто уже подошел, и всех их представлял церемониймейстер. Честно, даже не волнуйся я так сильно, вряд ли запомнила бы и половину в этом калейдоскопе лиц.

Конечно, первой в числе поздравивших была леди Зоргана. Но меня ее приветливая улыбка не обманула. Не рада она мне, ни капельки. И за супруга моего не рада. Вот внутренне неприятна мне эта женщина. Сложилось впечатление, что ничего доброго в ней совершенно нет. И любви к племяннику в том числе. Я бы на месте князя услала ее обратно к родителям. И то странно, его мать давно умерла, а тетка продолжает мозолить глаза. Она вампирша, как и почившая княгиня, кто-то из родственников у нее точно еще жив. Чего она к князю прицепилась?

Только что я ему скажу?

Так и представляю разговор: «Дорогой, мне интуиция подсказывает, что твоя тетя тебя не любит и вообще себе на уме, как бы чего не стряслось». А супруг мне в ответ: «Надин, тебе что-то известно?»

Угу, «известно»…. Просто интуиция.

Даже я могу легко сделать вывод, что мое отношение сформировано нашим, скажем так, неудачным знакомством и общением. Так что князь вполне может решить, что я всего лишь отношусь с предубеждением к его властной тетке.

– Надин, позволишь? – Князь чуть поклонился, подавая руку, явно приглашая на танец. – Доверься мне.

Мне ничего и не оставалось. Тут столько гостей, все на нас смотрят, Горгона эта взглядом колючим вперилась, а мы танцевать будем… Танцы, которые мне неизвестны. Мелодия, правда, напоминала вальс, но будем откровенны, я и на Земле-то не особо с танцами дружила. Когда учиться, если ребенок мал и работать нужно?

Надо расслабиться. Просто расслабиться. Я не на экзамене, я на празднике в мою честь. Так что пусть все со своими этикетами идут по известному адресу. Тут рядом со мной мужик потрясающий, обещал, что выдержит мою тяжелую ногу.

И я улыбнулась. Пружина внутри меня, наконец, разжалась. Я вложила свою ладонь в руку князя и позволила увлечь себя на середину зала.

Первые движения вышли несколько скованными, но после того, как Макс наклонил ко мне голову, щекоча дыханием ухо, я напрочь забыла о том, что мы не одни. По телу словно электрические импульсы побежали. Так остро!.. Муж бережно вел меня по залу, приобнимая за талию и украдкой целуя шею, заставляя вспыхивать спичкой от его касаний.

– Макс, – протянула я, понимая, что так не пойдет, – мы или танцуем, или… танцуем.

Тихий смешок сорвался с его губ, а в следующее мгновение у наших ног заклубилась тьма, супруг легко приподнял меня над землей и закружил на месте. Тьма рваными сполохами прошлась по нашим телам.

И чуть позже, когда меня опустили на пол и продолжили вальсировать, я поняла, что тьма продолжает танцевать, копируя наши силуэты и на секунду застывая позади нас. Хотела бы я посмотреть на это чудо со стороны. Судя по восхищенным вздохам гостей, выглядело потрясающе.

Танец закончился на невыносимо лиричной ноте, чувственная флейта вторила скрипке, заставляя дрожать от переполнявших эмоций. Темный взгляд Макса, который словно проникал в душу, его горячие губы на моих губах и аплодисменты, обрушившиеся через несколько мгновений.