Глава 15
После того, как изучила содержимое сундука и нашла длинное платье синего цвета, из нежнейшего материала, решила приватизировать его взамен порванного. Вышла из хижины и осмотрелась по сторонам. Решила не гневить судьбу и просто немного обследовать территорию и узнать, что к чему.
В основном везде был лес, что определенно пугало. Огромные деревья, напоминающие дубы, только ствол в десять раз толще и мощнее. Елки, такие как у нас, только цветом нежно-голубые и сиреневые, и иголки длиннее.
Двигаясь дальше, в глубь леса, услышала стоны. Ни боли, а интимного характера. Повернулась назад, но тут же услышала скулящий болезненный крик. Молодой, почти детский. Знала, что не стоит идти, но нет же, я пошла.
Это же варварская планета, где все издеваются над слабыми, и мне всем хочется помочь… на свою беду. До сих пор не могу повернуть себя в другое направление жизни, приспособляясь к установленным нормам этого мира.
Выйдя на поляну, я обомлела, поражаясь этому развращенному обществу. Картина маслом «Любовь альфы».
Молодая девушка, по возрасту примерно четырнадцати лет стояла на четвереньках и громко стонала, дергаясь телом, когда Лорган врывался в ее тело сзади, закрывая лицо ладонью, и я видела только рот. Жестко, с остервенением брал ее, что было похоже на изнасилование со стороны. Она такая маленькая и хрупкая, а он нереально огромный и мощный, пугающий своим внешним видом.
Стало страшно за юную шанарку, а ведь на ее месте могла быть и я… Мерзкий холод прошел по всему телу, и я застыла, смотря на лицо девочки. Она почти тряслась от боли, но, тем не менее, злорадно улыбалась, радуясь непонятно чему. А потом Лорган убрал руку с молодого лица и, положив на спину, медленно потянул по коже уже огромной медвежьей лапой с когтями, громко рыча. Кровь выступила из борозд, а девушка только лишь довольно захныкала, дергаясь телом, сильнее прижимаясь к паху мужчины.
Посмотрев на меня, оборотень хищно улыбнулся, и сильнее разодрал ей кожу на спине, на что она лишь громче застонала, опускаясь лицом вниз, выпячивая ему свой зад, предоставляя больше возможности, чем он и воспользовался, жестоко насаживая на себя.
Отвернулась, не в силах смотреть на такое безумие, желая поскорее уйти. Но только сделала шаг, как услышала громкий удовлетворенный возглас мужчины, а потом образовалась оглушающая тишина.
Когда я повернулась, в надежде помочь девочке, мужчина уже натянул брюки и, схватив девушку за длинные красные волосы, поцеловал в губы, тут же грубо откинув, как использованную вещь.
– Пошла вон, Сантара! Ты мне больше не нужна! – грубо рявкнул он, и направился ко мне.
Поравнявшись со мной, он хмыкнул, читая в моих глазах презрение и ненависть. Прошел мимо, а я медленно побрела к девушке, в полной уверенности, что мужчина разорвал или повредил ей половые органы, ведь она совсем ребенок.
Оказавшись рядом, присела на корточки, и спросила:
– Милая, давай я помогу тебе с ранами?
Чего не ожидала, так это того, что она с визгом набросится на меня, с яростной хваткой цепляясь за волосы, почти вырывая их, резко откидывая меня на землю, лицом вниз, при этом истерично рыча:
– Он мой! Только я могу удовлетворить его!
Почувствовав резкую боль от ее диких дерганий моих волос, резко схватила ее за одежду, пытаясь оттолкнуть, но безрезультатно. Со всего маху, не жалея сил, ударила затылком ей в нос.
Как только она громко застонала и отпустила мои волосы, я моментально повернулась к ней, замечая, как брызнула кровь из разбитого носа, одновременно почувствовав тепло энергии в ладонях, обжигающее ее тело через платье, разорванное во всех местах, и замерла.
Девочка зарычала и стала сопротивляться, пытаясь оттолкнуть мою руку, в ужасе уставившись на меня, а я процедила:
– Еще раз нападешь, идиотка, сожгу! Поняла?
Она закивала и, как только я ее отпустила, свалилась в сторону, с запуганным взглядом отползая назад. Вблизи ее спина представляла кровавое месиво. Даже страшно было смотреть.
«Больные животные! Садисты! Извращенцы! Психушка по таким плачет… Это же надо?! Я ей помочь хочу, а эта психопатка малолетняя волнуется, чтобы этот садист, альфа, никому кроме нее не достался. Ненормальная! Да кому кроме нее с ее нездоровой психикой он нужен???»
Переборола себя, и еще раз спросила у шанарки:
– Тебе помочь с ранами?
– Не-нет! Мне хорошо! Это свидетельство страсти и любви!
«Так… я не матерюсь. Да, я спокойно реагирую и не выражаюсь, хотя стоило бы объяснить этой озабоченной бл…, что она очень даже нездорова!»
Тяжело вздохнула и, поднявшись, отряхнула платье от листвы и земли. Окинула девушку внимательным взглядом и предупредила:
– Я тебя не собираюсь учить уму разуму. Вижу, что бесполезно. Но… посмотри на себя. Ты похожа на бешеного зверька!
– Я настоящая дикая шанарка!
«Конечно, кто бы сомневался… Но с намордником будет понятней…»
Последний раз посмотрела на нее и, увидев старые шрамы, поняла, что у нее это вместо украшений.
«Мамочки, я хочу к тайхарам!!! Шанары вообще ненормальные…»
Медленно пошла в ту сторону, откуда пришла, но остановилась, услышав крик девушки:
– Даже ваш священный обряд ничего тебе не даст. Только я ему нужна!
«Скальпель в руки и вперед! Дура!»
Даже не повернулась, не считая себя должной отвечать на такой бред. Сколько шла – не знаю, пока не оказалась на той дорожке, где в первый раз встретилась Милена с Лорганом… в моем сне. Немного постояла и, закусив губу, направилась по дороге, в полной уверенности, что выйду к озеру.
Стоя на помосте, я смотрела на прозрачно-голубую гладь и размышляла. Меня смущала девушка во снах. Я знала, что она мне снится не просто так, и это что-то значит, как и сны. Только бы понять, что именно: прошлое, настоящее или будущее. Скорее всего, последнее, потому что я выяснила, что Милена не из прошлого и не настоящего. Лорган уверенно заявил, что я не напоминаю ему никакую знакомую девушку с черными волосами. Да и нет у них таких, как впрочем, и у тайхаров.
А если подумать, что будет еще одна «гостья» в этот кошмарный мир, чего я искренне никому не желаю, то тогда что?! Она та, о ком говорится в пророчестве? Но с другой стороны, почему сны проходят через меня, и я чувствую связь с Миленой?! Как это понять и чего ожидать в будущем?
Возможно, со временем станет ясно, и я все пойму, а пока схожу с ума от страшной участи, если Тарлан не спасет меня. Надеюсь, что он не просто так дал мне этот амулет… а что-то ко мне чувствует. А я?
Не знаю… для меня все так дико: мои желания и потребности раздирают на кусочки мои взгляды, критерии и понятия. Возможно, я «перерастаю» в настоящую жительницу этой суровой планеты, и, если честно себе признаться, испытываю неимоверное желание к вораю, желая его видеть рядом с собой, в себе… А что из этого выйдет, я не знаю.
Раньше бы я сказала, что это похоть и страсть. Но сейчас, чувствуя, как меня что-то грызет изнутри, переворачивая наизнанку, как только я вспоминаю о нем, я задумываюсь о нежных чувствах. Наверное, это и есть любовь для этого мира.
Но если так… как же нежность, взаимопонимание, уважение и любовь??? Неужели только все на основе инстинктов?
Усевшись на мостик, сняв свои чешки, окунула ноги в воду, ощущая прохладу и удовольствие. Раньше у меня не было времени на такое маленькое счастье, считая, что это не так важно и можно обойтись, а сейчас только в маленьких крупинках удовольствия и испытываю восторг. Действительно, когда лишаешься всех удобств и благ, то учишься ценить все по-новому.
Ополоснула лицо водой, и просто сидела, думая о Тарлане и своих малышах. Особенно переживала за детей, не представляя, что с ними будет, если я не вернусь, а также безумно волновалась за жизнь мужчины, если он все же придет за мной.
***
Пустыня ворхов
Тарлан
С ненавистью вглядывался в проклятые просторы мерзких чудовищ, забирающих жизни моих людей. Раньше их не было столько, единицы, прятавшиеся в пустыне, а потом Тайхара прокляла две расы, наказывая еще и монстрами, уничтожающих всех.
На закате прибыли в черные леса и знатно поохотились. Еще несколько дней, и можно будет вернуться домой, на время, забывая о дремучих лесах. Недовольно поморщился и подумал, что правильно сделал, решив обойтись без добычи бревен, только охота, что позволит вернуться домой скорее.
Чувство грозящей опасности не проходило, висело в воздухе, удушая, не давая возможности свободно дышать. С того момента как уехал из поселения, оставив Светлану одну, меня пожирало ощущение тревоги и беды. Сжал кулаки, чувствуя, как когти зверя рвут ладони, ощущая ярость во всем теле, но я не мог поступить по-другому. Чтобы жить, нам нужно убивать, впрочем, как и ворхам, чтобы не сдохнуть, питаясь нами.
Они дожидаются нас и нападают, поедая на месте. В отличие от шанаров, живущих в своих лесах, где достаточно пищи на их землях, но большую часть провизии они могут добывать в ипостаси зверей, мы же вынуждены ходить в черные леса через пустыню ворхов.
Светлана… светлая и добрая девушка, не подходящая для нашего жесткого мира. Тут выживают только сильнейшие, бесстрашные и жестокие. Правило жизни. А она… странная и непонятная, желающая всем помочь, что для нас неприемлемо и не допустимо.
Тайхара привела ее из другого мира, и теперь у нее нет пути назад…но если и был, я не дал бы ей такой возможности.
Сжал песок рукой и откинул его в сторону, рассеивая по ветру. Отчетливо чувствовал, как мой зверь начинает выходить из себя, реагируя на мои размышления о дери и мысли, что светлая девочка может исчезнуть из нашей жизни.
Аромат ее тела целые сутки рвал меня изнутри, пока я не пришел к пещере, где она находилась вместе с Сунтором. Тайхар вышел нам навстречу и рассказал о том, что произошло, когда они пошли за добычей, разделившись с нами. Поведал о нападении ворхов, и что самое непонятное и выводящее меня из себя, с ними находился мужчина, управляющий ими, и когда он увидел, что Сунтор пытается скрыться, бросился в погоню и ударил его в спину топором.
«Откуда взялась эта мразь и почему именно сейчас? Очередное испытание Тайхары? Наказание?!»
Этот неизвестный предводитель ворхов – неприятная новость, и я уверен, что он рано или поздно покажет себя, наскучив сидеть в тени своей власти.
А Светлана… хрупкая, маленькая, но смелая, с того момента поселилась в моих мыслях. Возбуждение горячей волной омывало тело, и я готов был взять ее перед всеми, но держался, понимая, что она нужна Тайхаре, и если обижу, лишусь силы. Не узнавал себя в тот момент, сатанея от ее взгляда, аромата, сдерживаясь из последних сил, учитывая, что девочка была обнаженной, и тонкая ткань постоянно сползала с груди, и оголяла ягодицы.
Беспощадный зверь, запертый в моем теле, с первой секунды нашей встречи реагировал на нее с невыносимой одержимостью, и поэтому я пытался держаться от нее подальше, но как только темнело, стоял у ее дома, не в силах бороться с яростным желанием быть рядом с ней.
Девчонка свела с ума, что даже красивая жена не возбуждала, а только раздражала. Не мог выносить ее горячих и призывных взглядов, откидывая от себя в сторону. И когда она прибежала в слезах, что шанарка ее хотела убить, взбесился, вдолбив ее в стену и прорычав, чтобы держалась подальше от целительницы.
В последний год я стал испытывать к жене необъяснимую страсть, что меня удивляло, а иногда неконтролируемую, лютую ненависть, и в такие моменты я готов был ее убить. Не понимал своего состояния, а зверь просто лютовал, мечтая растерзать ту, что угнетала его.
Когда появилась Света, перестал пытаться успокаивать зверя в хорошие моменты своего настроения по отношению к Наите, и полностью подчинился зову оборотня, атакуя своим бешеным напором маленькую целительницу. Старался подстроить девочку под себя, что не получалось.
Ревность, страсть, желание кипели во мне, и я готов был рычать от неудовлетворенности. Забота о ее благополучии, а также приемных детях, которых она признала своими, теперь являлась важной целью для меня, отвергая все другое, что я ценил превыше всего.
Тайна зверя, несколько лет назад появившегося у меня, теперь так не коробила, а раньше осознание рвало на части. Я был в неописуемом гневе, крушил все, что видел, проклиная магию Тайхары, так жестоко со мной поступившей.
В тот момент я был не в себе и, не выдержав, задал вопрос священному огню, услышав в ответ шепот, удивляясь синей волне, появившейся из каменной чаши. Она показала младенца, мальчика, лежащего под магией, а когда ребенок вырос в мужчину, она превратилась в зверя. Фрагменты молчаливого рассказа закончились тем, что ворай уходил в долину смерти к ворхам, не желая раскрывать свой секрет. Как я понял, она поведала мою историю, и других вораев.
Долго сидел на полу, глуша горе в вине, а потом свечение вновь открылось, и увидел золотую дымку, а оттуда простирался светлый лучик, постепенно превращающийся в силуэт девушки. Раздался леденящий шепот, закладывающий уши:
«Защити ее… Защити!»
С того дня меня как будто подменили, я ожидал неизведанного и крушил все, приходя в бешенство, что оно не сбывается, но так сильно воздействует на меня. Не понимал намеков Тайхары, но когда увидел девушку, осознал, что это ее я должен защищать от всех.
«Но кто ее защитит от меня?!»
Я больше не могу ждать, терпеть, смотреть издалека, и больше не намерен держаться от нее в стороне. Мне она нужна, как женщина и пара моему зверю. Хочу врываться в нее, заставляя кричать от моих яростных движений. Желаю вдыхать ее запах, ощущая сладкий вкус во рту. Поглощать ее соки и доводить до безумия.
Наита смирится… если хочет жить, мне все равно. Но девочка будет принадлежать мне…
Зверь внезапно зарычал внутри меня, и я насторожился, смотря по сторонам. Почувствовал огонь в груди и мгновенно снял железное снаряжение и рубаху, откидывая в сторону. Татуировка медведя светилась золотой нитью, обводя черный рисунок, и через секунды медведь ожил.
Зверь на груди яростно заревел, раздирая когтями мое тело. Сознание увлекло в белую мглу, где появлялись фрагменты происходящего, где альфа шанаров нападал на Светлану, пытаясь овладеть.
Лютая ненависть и буйство подчинили сознание, и я отключился от этого мира, превращаясь в медведя и перемещаясь в кулон, подаренный своей женщине.
Невидимой силой, представляющий собой для них, откидывал оборотня, пока он не ушел. Лишь когда Светлана успокоилась, меня мгновенно перенесло в свое тело.
Резко поднялся, хотя меня до сих пор рвало от боли после перекидывания, и направился к Гавору.
Мужчина валялся на песке с закрытыми глазами, но не дремал, мгновенно поднявшись:
– Ворай, что случилось?
– Светлана находится у Лоргана. Я отправляюсь за ней по другой части пустыни, а ты остаешься здесь за главного.
– Нет, это я должен ее защищать! И к тому же я намерен…
Лерок не договорил, услышав неистовое рычание моего зверя. В бешенстве, я легко поднял мужчину за грудки в воздух, цедя каждое слово:
– Она моя женщина! Посмеешь подойти ближе, убью.
– Тарлан, ты… женат! – задыхаясь, хрипел Гавор.
– Это решаемо и уже неважно… – буркнул я, отпустив друга на песок, и накинув свою кольчугу на тело, сухо произнес:
– Постарайся вернуть всех здоровыми.
– Хорошо, – проворчал лерок, держась за горло, а потом добавил: – Не дай девочку в обиду!
Громко зарычал, но ничего не ответил. Не до разбирательств. Главное, успеть вовремя, чтобы ничтожный шанар не обидел мою женщину!