Глава 16
АЛИСА.
— Да, мам, сдвиги на работе небольшие, но есть… — делюсь я минимальной информацией, чтобы не волновать женщину ненужными мыслями. — Прости, что не приезжаю… всё не хватает времени… — протяжно вздыхаю, сожалея о своей трусости встретиться с братом и отчимом лицом к лицу.
Почувствовав даже толику свободы, хватаешься за неё зубами и ногтями, стараясь избегать прошлого груза, тянущего тебя на дно. Вырвавшись из дома и распахнув глаза на внешний мир, душа робко, совсем шёпотом, но всё же умоляет не лишать её того глотка воздуха, что с трудом удалось сделать.
Оглядываясь назад, на страшные воспоминания моего вынужденного заключения в той квартире, единственное, что по-настоящему хочется — просто забыть.
Но я не могу себе этого позволить.
Любовь к матери, воющая совесть и долг ребёнка перед родителем перекрывают любые, порой нестерпимые приступы бросить всё и выбраться на волю.
Утешаю себя лишь видимостью свободы, но даже это бодрит и побуждает прозорливо выглядывать то счастливое будущее, что возможно когда-то у нас наступит.
— Ну что ты, Алис! Мы с Серёжей очень рады, что ты всего добиваешься сама… — отвечает мама и я сконфуженно мычу в трубку, чувствуя знакомую натянутость при упоминании отчима.
— Пусть не переживает, вложений в меня не требуется… — всё же вылезает наружу колкость.
— Ну что ты в самом деле! — причитает женщина. — Ему и правда интересно знать, как ты там устроилась… только сегодня спрашивал о твоих успехах…
Прикрываю на миг глаза, чтобы сконцентрироваться и не дать разъедаемому язык яду выплеснуться на маму. Успехи ему важны… как же! Дань с меня собрать он хочет. Заберёт всё до копейки, как делал раньше. Ни одной монеты не оставит, наплевав на моё пропитание.
Лицемерная рожа!
Ничуть не стесняясь лгал сослуживцам в лицо, мол я просто на диете сижу из-за своих молодёжных заморочек, поэтому такая худая.
Хорошо, стипендия позволяла плотно кушать в универской столовой, и я избежала проблем со здоровьем.
А к двадцати и вовсе вес набрала, став похожей на нормальную девушку. Мама у меня женщина в теле, так что комплекцию я переняла у неё. Голодай — не голодай, а формы не спрячешь.
— Мы очень гордимся тобой, Алис. — слепо повторяет мама, вновь выставляя вперёд их союз с Серёжей, как нечто непререкаемое. Мужчина настолько вбил ей в голову, что без него она ничто и сломается при первой же возможности, что бедную женщину переклинило и она боится остаться без него. Что лучше с… таким, чем одной. Что без его силы, порядка и строгости, жизни за дверью квартиры не хватит на долгое время.
Моя бедная-бедная мамочка… настолько она сломлена внутри после смерти папы, что бездумно загубила и наши жизни.
Ну ничего! Я дочь своего отца и добьюсь той крепости, что защитит и укроет нас обеих. Потенциал проглядывается, неиссякаемое желание есть, цель вижу ясно.
Дело за малым — выжить.
— Я горжусь тобой… — тихо добавляет мама, понимая, что означает моё молчание. Знает, как трепыхается моя душа за стиснутыми зубами. Видит, всё чувствует. Но осчастливить меня может только едва различимой материнской любовью. Мягкие добрые фразы, сказанные глухим голосом, короткие нежные объятия и взгляды, наполненные теплотой. И всё это тайком или на момент хорошего настроения отчима.
Иначе нельзя…
Иначе я стану избалованной иждивенкой, не знающей границ и контроля.
Эх, моё милое детство… аж внутри всё сжимается.
Хоть сейчас готова сесть и написать мемуары.
А потом сжечь, чтобы больше не вспоминать.
— Спасибо, мам… — голос подводит и выдаёт хрипотцу. — У меня всё хорошо… и надеюсь, что будет ещё лучше.
— Пусть будет именно так… — слышу, как она слабо улыбается и моё сердце начинает привычно ныть.
В который раз даю себе обещание, что справлюсь со всем ради неё и смотрю грустным взглядом на свою дрожащую ладонь.
— Береги себя, мам. Мне пора. — перевожу глаза на тёмную улицу за окном и прислушиваюсь к внутреннему голосу, намекающему, что я порядком засиделась у Милы в квартире.
— И ты себя… не пропадай, Алис… — просит мама и меня накрывает волна жалости. Я бросила её там совсем одну.
Не в силах больше терпеть давку в груди, молча отключаюсь и щипаю себе щёки, чтобы встряхнуться.
Проверяю на телефоне время и ненадолго задумываюсь. Березин требовал, чтобы я дождалась его с работы, но я управилась с коробками намного раньше. Вещи упакованы, а ждать ещё несколько часов желания нет. Лучше доберусь до дома сама и сварганю что-нибудь к ужину. Не люблю просиживать без дела.
Осмотрев последним оценивающим взглядом содержимое коробок, что потом должен забрать Игорь, спешу на улицу выветрить из головы вязкие мысли о положении мамы.
Распахиваю железную подъездную дверь и даю привыкнуть глазам к полутьме и яркому свету фонаря.
Не сразу понимаю, что силуэт стоящего неподалёку человека начинает двигаться в мою сторону. Осознать его приближение удаётся уже, когда мой путь преграждают и я интуитивно отпружинившую назад.
— Фадеева Алиса? — вглядывается в моё лицо молодой мужчина.
— Нет. — стараюсь не выдать страха.
На вид незнакомец выглядит совершенно обычным прохожим и не вселяет никакого подозрения, но голос и интонация передают всю силу его дурных намерений на мой счёт.
— То есть обознался? — ничуть не веря в свои слова произносит он и продолжает испепелять меня удерживаемым взглядом.
— То есть обознались. — вкладываю в звучание фразы всю непоколебимость, что смогла откопать в себе откопать и невозмутимо делаю шаг в обход этого странного типа.
Сердце заходится в районе горла, конечности трясёт от ужаса, в голове идёт целый перебор страшных догадок, но на лице бесстрастная маска.
— Ну иди. — отклоняется в сторону мужчина и я, не заставляя его ждать, от греха подальше ускоряюсь.
Изначально планировала вызвать такси, но сбившись с намеченного, семеню ногами на автобусную остановку.
Затылком чувствуя провожающий взгляд недоброжелателя, роюсь в кармане в поисках телефона.
Нащупав его вибрирующими от паники пальцами, снимаю блокировку и отвлекаюсь на поиск номера Березина. Задержав палец над кнопкой вызова, напоследок оборачиваюсь, но того мужчину уже не обнаруживаю. Лишь вдалеке несколько непримечательных прохожих. Застыв на месте, судорожно размышляю над происходящим и всё-таки набираю номер Игоря.
Пристально осматриваю улицу и вместе с этим испуганно слушаю женский голос, вещающий, что абонент любимого сейчас недоступен.
Кошмар на кошмаре.
Спокойно, Алиса. Преследователей вроде не наблюдается, можно потихонечку двигаться дальше.
Или обратно вернуться?
Нет. Я в ту сторону больше не пойду. Вдруг он в дом Милы и пошёл?
Покрутив головой, решаю не ждать топор палача и осторожно двигаюсь вдоль припаркованных машин к главной дороге.
Напрягая изо всех сил слух, чтобы в случае догоняющих шагов дать дёру, сжимаю в руке мобильный и отгоняю мысли о Владе.
Ненавижу ублюдка! Каждой клеточкой ненавижу!
Когда уже дойду до чёртовой остановки?
— Держи её! — вдруг раздаётся вдалеке и из мирно выглядящей машины выбегает щупленький парень с недобрым пронизывающим взглядом.
Только не это!
— Попалась! — выкрикивает он, хватая меня за одежду и напористо толкая к автомобилю.
Потеряв способность дышать и различать ясность происходящего, начинаю брыкаться и случайно задеваю парня телефоном по голове, вынуждая его от меня отцепиться.
Шум в ушах стоит такой громкий, что его крик негодования кажется мне мышиным писком.
Замечая боковым зрением, что к нам стремительно летит тот странный мужчина, зачем-то снова бью его хилого друга по башке и толкаю обратно к машине.
На чистом адреналине срываюсь с места и бегу в противоположном направлении, отдаляясь и от дома, и от остановки.
Рук и ног не чувствую вообще. Бегу с такой скоростью, что позавидовал бы любой спортсмен.
Люди вокруг удивлённо смотрят, но ни один не задумывается узнать причину такого истеричного бега и предложить свою помощь.
Неравнодушных в моей жизни было мало, но всё равно мои проблемы — это мои проблемы…
Которые достигли уже таких масштабов, что меня пытаются похитить прямо на глазах у других…
Заприметив впереди вывеску супермаркета, уже порядком задыхаясь, направляюсь туда.
Только уже войдя в светлое помещение и увидев, как много народа ходят возле прилавков с тележками, начинаю всецело ощущать пережитое. В полной прострации прохожу внутрь, не уделяя внимания тому, что забыла взять корзинку или тележку, и встаю перед целым рядом кофейных напитков. Неосознанно тянусь к банке арабики и пустым взглядом смотрю на яркую этикетку.
Что же мне делать? Как поделиться всем этим с Березиным? Что я скажу ему? Как подвергну его опасности? Он же полезет в самый главный клоповник, где восседают все эти упыри с Владом впридачу. Отморозкам ничего не будет стоить подкараулить Игоря за углом и проломить ему череп. А Серёжа потом с лёгкостью отмажет от уголовки. И во всём буду виновата я.
— Давай я заберу это у тебя. — чувствую прикосновение к своим рукам и туманным взглядом наблюдаю, как у меня уверенно забирают банку кофе. — Кстати, он не очень вкусный…
Небрежно вскидываю голову и встречаюсь глазами со знакомым женским лицом.
— Простите, я задумалась… — подавляя поток слёз, хриплю я маме Родиона Тане и пытаюсь спрятать эмоции, отворачиваясь к случайным продуктам.
— Я так и поняла. — улыбается женщина, видя меня насквозь. — Алиса, верно?
— Да…
— Тебя в последнее время не видно. — продолжает разговор женщина, бегло блуждая взглядом по моей одежде.
Неужели я выгляжу так, что вызываю любопытство и сочувствие?
— Переезжаю. — проглатываю ком в горле и втягиваю поглубже воздух.
— Ммм… — выставляет подбородок вверх женщина и неожиданно бережно обхватывает мою руку. — Не против познакомиться поближе?
В ступоре от такого предложения просто молчу.
— Вы же с Родионом теперь вместе работаете, да? — напоминает она. — Он сегодня должен заехать к нам, вот я и зашла прикупить тортик к чаю. Не хочешь присоединиться?
— Я… я бы с радостью, но… — в замешательстве бубню я.
— Планы на вечер? — догадывается Таня.
— Да… — мешкаю я, оглядываясь на стеклянные двери магазина.
— Эх, жалко, но что поделаешь… — не двигаясь с места говорит женщина. — Мои мужчины были бы очень рады тебя увидеть… Родион всегда отзывается о тебе с улыбкой…
— Спасибо ему. — от благодарности незаметно для себя приподнимаю уголки губ.
— На улице похолодало, да? — прослеживает мой взгляд Татьяна. — И темнеть уже начинает раньше…
Согласно киваю головой, раздумывая над тем как добираться домой.
— Женя сейчас должен за мной заехать, может быть тебя подвезти? — будто читает мои мысли женщина.
В любое другое время я вежливо бы отказалась, но сейчас меня так трясёт от неизвестности, что меня совершенно не нужно уговаривать.
— Спасибо… я была бы признательна. — облегчённо выдыхаю я, чувствуя в этих людях искренность и ощущая некую защиту.
— Тогда пошли! — вижу, как проскальзывает радостный блеск в женских глазах и позабыв о том, что я иду на кассу без покупок, рассеяно следую за мамой Родиона.
Пока женщина расплачивается за свои товары, кидаю взгляд на часы. До того момента, когда Березин закончит работу ещё уйма времени, я сто раз могу съездить туда-обратно, но одной быть я сейчас точно не хочу.
— О, Алиса? — восклицает приветственно отец Родиона, выходя из машины навстречу жене, чтобы забрать из рук пакеты. — Какая неожиданная встреча!
— Здравствуйте, Евгений! — застенчиво киваю я, останавливаясь перед авто.
— Встретила Алису в магазине! — сообщает Татьяна, мягко подталкивая меня в спину. — Теперь уламываю её зайти к нам в гости на чай! Родион скоро приедет и вот… — прикусывая губу, она кивает на меня подбородком и открывает передо мной пассажирскую дверь.
— Аа… — дальновидно тянет Евгений. — Алиса, не отпустим тебя, пока не поужинаем все вместе!
На мужском лице проскальзывает точно такое же упрямое выражение, как и у Родиона, и я насмешливо качаю головой.
Яблоко от яблони недалеко падает.
— Только если ненадолго… — сдаюсь я, мысленно прикидывая реакцию Березина.
— Смотри-ка, а мне отказала! — усмехается Татьяна, усаживаясь рядом со мной и похлопывая меня по коленке. — Мы давно хотим тебя в гости позвать, но Родион сказал не приставать.
— Вот он сейчас удивится! — весело произносит Евгений, отъезжая от магазина, а я внимательно смотрю в окно, исследуя местность на наличие моральных уродов.
В дом вхожу тоже с дикой опаской, что преследователи до сих пор на стороже.
— Сын уже здесь! — заключает Евгений, поворачивая ключ в замке и пропуская меня вперёд.
— Вы куда пропали? — появляется в коридоре Родион и резко тормозит, увидев меня.
Мгновенно осознаю, что зря сюда пришла. На место чувства защищённости приходит сообразительность, что я на территории соперника Березина. Что стою вся такая скромная, хлопаю глазками и медленно краснею, а в это время Родион расплывается в счастливой улыбке, делает ко мне уверенный шаг и наклоняется близко к лицу:
— Добро пожаловать, Алиса.
И в один миг внутри просыпается голос рассудка, а сзади с громким щелчком захлопывается дверь квартиры.