Глава 18

ИГОРЬ.

— Ты нервничаешь? — лежу на диване и с интересом наблюдаю, как мышонок мельтешит перед глазами и упаковывает наши вещи в спортивную сумку.

— Нет. — ведёт плечом и прикладывает больше силы, утрамбовывая мой спортивный костюм.

Врёт. Нервничает и ещё как.

Я специально тянул до последнего и только вчера известил Алису о поездке в загородный дом Барсовых.

Реакция была предсказуемая.

Глаза на выкате, нервная дрожь и неразборчивая речь с важным глубоким посылом, что ей там делать нечего.

Разбил все её старания в пух и прах.

Надо, Алиса, надо.

С этих слов девушка проглотила язык и в темпе вальса понеслась готовиться к неизбежному. А мне оставалось лишь занять место почётного зрителя и наслаждаться тем, что хозяюшка сама решает какие трусы и носки мне с собой брать и уже твёрдой рукой копошится в моём шкафу в поисках приличной одежды.

Давно хотел проверить свою реакцию на это и ничуть не прогадал.

Я довольно ревностно отношусь к своему пространству и впускать каждую вторую никогда не собирался.

За Алисой же пришлось побегать и делать вид, что я немощный и недалёкий. Меня нужно собирать на работу, как в школу.

Но мышонок этот хитроумный план быстро раскусила и огрёб я брюками по спине под громкое улюлюканье Гоши.

Теперь этот засранец при любом удобном случае повторяет Алисины слова: «Так тебе и надо, Березин!»

Это слегка угнетает. Где поддержка? Где любовь?

— Хватит прохлаждаться, Березин! — доносится из спальни. — Отнеси Гошу соседке!

Утро только настало, а уже запрягают по полной.

Эх, как мне этого не хватало. Присутствия той самой женщины, чей запах окутал каждый угол дома, а голос заполнил безжизненную тишину, которую я возненавидел всей душой. Если Алиса ещё и скалку в руки возьмёт, то нога моя за порог больше не выйдет.

Послушно выполняю приказ хозяйки дома и несу попугая доброй пожилой тёте, что с радостью согласилась приглядеть за нашей находкой для шпиона.

По возвращению от Барсовых мы точно обнаружим, что милая соседка знает многочисленные термины женской и мужской физиологии и даже громкость нашего дыхания, когда мне улыбается удача и мышонок попадает в мои руки.

— Там будут твои подруги. — обнимаю её сзади и трусь носом об затылок. — Марк Миронович не из тех, кто третирует пугливых девочек.

— Там помимо него будут другие влиятельные люди… а ты берёшь меня в качестве своей девушки, Игорь. — рывком застёгивает молнию на сумке и на выдохе прижимается ко мне спиной.

— И очень этим горжусь. — прячу кончик своего носа за мягкой мочкой её уха и всей грудью вдыхаю сногсшибательный аромат женских духов.

— Я начинающий рядовой архитектор, к тому же работаю на тебя… — не разделяет моего спокойствия Алиса.

— Что за принижение своих достоинств, любовь моя? — поворачиваю её лицом к себе, обхватываю пухлые щёчки и убеждающе смотрю в глаза. — А сейчас расценим тебя по-другому. — вижу колкую неуверенность и с гордой улыбкой начинаю её стирать. — Молодая, умная, самостоятельная, перспективная, грамотно начинающая свою карьеру, успешно её устраивающая… — на миг задумываюсь. — Про красивую, сексуальную и милую говорить? — очерчиваю большими пальцами контуры любимого лица и восхищённо оставляю лёгкий поцелуй на выступившей на щеке ямочке.

— И это всё за твой счёт… — всё же сомневается Алиса.

— Какой счёт, радость моя? Я ничего в тебя не вложил!! Ты мне уже готовая досталась! — недоумеваю над такими странными выводами и прижимаюсь губами к её смущённой улыбке. — И то с боем…

— А может ты и прав… — игриво шутит мышонок, ласково зачёсывая мне чёлку на бок. — Я же у тебя такое… как ты меня ночью назвал?

— Сокровище! — опускаю ладони на женские округлые ягодицы, сильно сжимаю и поднимаю любимую на руки, впитывая в себя каждый звук её звонкого смеха. — Люблю, когда ты расслабленная! — покружив вдоволь девчонку вздыхаю я. — И я вместе с тобой спокоен. — жмурю от блаженства веки, когда Алиса прикасается губами к уголкам моих глаз, к местам, где уже начинают проявляться морщины, о которых я дурак по глупости сболтнул, рассматривая себя с утра в зеркало.

— Я просто хочу, чтобы ты не оглядывался на меня, а был в своей тарелке, Березин… — обвивает она руками мою шею и прикладывает висок к моей макушке.

— Ты и есть моя тарелка, мышонок, и я с тебя глаз не спущу! — строго предупреждаю я, неся свою ношу в коридор, чтобы поставить её около двери и велеть немедля обуваться. — Не тошнит? — на всякий случай спрашиваю я, поглаживая своё счастье по спине.

— Нет. — приподнимает одну бровь Алиса. — С чего бы?

— Ну я ж тебя сейчас кружил… вдруг укачал! — так тупо я себя давно не чувствовал, но другое на ум не пришло, значит буду и дальше улыбаться, и делать вид, что говорю этот бред серьёзно.

— Всё хорошо! — не улавливает лукавства наивный женский мозг. — Повтори этот вопрос, когда мы приедем к Барсовым…

— Не волнуйся! — подхватываю наш багаж и открываю перед Алисой дверь. — Там будут все свои, так что классно проведём время! — и в качестве горячей поддержки, мимоходом щипаю её сочную задницу.

Пропускаю мимо ушей возглас возмущения и веду трусиху в машину. Там убеждаюсь, что ей комфортно, пристёгиваю ремнями безопасности, вручаю ей в руки баночку с соком и в приподнятом настроении отъезжаю от дома, в полной уверенности, что этот корпоратив запомнится нам недолго.

Ну вот кто знал! Кто знал-то, что мне категорически не стоило трепать языком, чтобы в нетерпеливом ожидании случайно не сглазить удачу?

Будет мне уроком на будущее… если выживу от двойного удара…

— Игорь? — также меняется в лице Алиса, когда мы въезжаем на территорию частного посёлка и останавливаемся перед домом Барсовых.

Глушу двигатель, поднимаю отвисшую челюсть, смотрю в упор на причину нашего поникшего настроения и стискиваю от раздражения кулаки.

— Прости, любимая, я не знал…

По спине пробегает холодок и расползается скребущим плохим предчувствием.

В совпадения не верю.

Это чёртов заговор, чтобы лишить меня смысла жизни.

Как ещё объяснить это бесчинство? Что они себе позволяют? Почему бы им не жить в своё удовольствие, но по отдельности от меня и Алисы? Почему обязательно надо вмешиваться в чужое счастье, а не строить своё?

Сраный беспредел!

Взгляд находит Яна и Милу. Хмурые лица, направленные на мою машину говорят за себя. Чужаки на территории не по согласию Барсова-младшего. А когда он чувствует ущемление своего мнения и силы, то становится вот таким как сейчас — перекошенной злой статуей, убивающей взглядом в один прицел.

— Алис, это правда не входило в мои планы… — видя её поникшую голову, гипнотизирую презренных личностей через тонировку лобового стекла. — Я собирался расслабить тебя и ещё больше сблизить со своими друзьями…

— Не оправдывайся, Игорь. — дарит слабую улыбку мышонок. — Ничего не изменилось. Только в наших силах не дать другим испортить эти маленькие каникулы…

— Моя разумная девочка! — отстёгиваю ремень безопасности и припадаю губами к её пухлой щёчке. — Всё будет так, как ты захочешь! Можем пойти в спальню и спать, пока проблемы не уйдут сами, а можем организовать оргию и затем спалить дом, чтобы не оставить доказательств наших грязных утех!

— Березин! — восклицает девушка, покрываясь милым румянцем.

— А что сразу Березин? — с наслаждением целую её сладкие губы, которые так и норовят растянуться в задорную улыбку. — Будто я не знаю, что ты прячешь в этой тёмной головушке!

— Не суди по себе, извращенец! — шутливо отталкивает меня любимая и у меня ощутимо легчает на сердце.

Ещё не всё потеряно и мы можем спасти наш отдых. Выкинем из головы все препятствия и просто окунёмся в те моменты, когда друзья с лихвой заполнят собой всё пространство.

Краем глаза вижу, что Мила не выдерживает ожидания и суетливо направляется к нашему автомобилю.

— Давай договоримся? — помогаю Алисе собраться с мыслями. — Никто и ничто не встанет между нами! Если будет что-то гложить, то сразу делимся этим. Озвучиваем все вопросы и не прячемся за ширмой недоверия, понятно?

— Тебя это тоже касается… — выпаливает мышонок, ёрзая на сидении и стараясь не смотреть на причину переполоха.

— Я верю тебе безоговорочно! — в поле видимости возникает Вольская, а за ней с повелительным видом тащится Ян. — Но на будущее предупреждаю — не нужно доводить меня до тюрьмы! — вкладываю во взгляд всю мощь своего собственничества и резко перевожу его на Милу, открывающую со стороны Алисы дверь. — Привет, красавица! Ещё не устала жить с тираном?

— Ты меня с кем-то путаешь, Березин! — фыркает девушка, затягивая мышонка в свои объятия и типа незаметно что-то шепча ей на ухо. Алиса моментально напрягается и кидает острый взгляд на суть всех бед. Но если женщины предпочли скрытничать и всё обсудить наедине, то Барсов такого положения дел не придерживается.

— Придумал как будешь разгребать это? — останавливается он возле своей невесты и заглядывает в салон машины. — Тройное попадание, Березин.

— С чьей подачи? — спрашиваю напрямую и успокаивающе беру за руку Алису.

— Он не в теме, Березин. — защищает отца Ян. — Ваши любовные интриги его не касаются.

— Чего ты несёшь? Он прекрасно осведомлён о моих отношениях с матерью… — в резкой форме кидаюсь на друга. — Так какого хера она здесь делает?

— Ты и без меня знаешь, как она ловко приседает мужикам на уши. — парирует Барсов. — Наплела с три короба, что скучает по своему сыночку и отец поплыл, помогая сохранить семью.

— О какой семье речь?! — рявкаю я, удивляя самого себя, что теряю контроль за считанные секунды.

— Игорь… — утешающе шепчет Алиса, перебирая в своей руке мои пальцы.

Маленькая моя. Она ещё совсем не знает, что её ждёт. Даже не в курсе, кто ей досталась в качестве свекрови. Ладно бы героиня анекдотов, так нет, тут собирательный образ из всех страшилок.

— Окей, а эти двое что здесь забыли? — брезгливо морщу лицо и киваю головой в сторону двух помех справа.

— Выгул подопечной. — пожимает плечами Ян, косясь на Алису сочувствующим взглядом.

— Это омерзительно и бестактно! — озвучивает общую мысль Мила. — Я бы могла по-тихому поговорить с Марком Мироновичем, но…

— Не смей лезть в это! — обрубает на корню Ян. — Мне своих забот хватает! Отдирать от тебя этих… — спотыкается на грязном выражении друг, бросая на меня взор полный неловкости. — Это не наша война, Мила! Пока не попросят, не нужно кидаться грудью на амбразуру…

— Я тебе уже сказала, Барсов, если эта Стелла хоть пальцем тронет Алису, то разговор с твоим отцом будет короткий! — запальчиво отвечает наша подруга и я восторженно и широко улыбаюсь:

— Да ты ж моя прелесть! Только скажи в какую руку тебе вложить пистолет и я это сделаю!

— Березин! — грозно произносит Ян.

— Бери с неё пример, неудачник! — шутливо огрызаюсь я и освобождаю Алису от ремня безопасности. — Выползай, любовь моя! Теперь я за тебя спокоен! Твоя воинственная подруга не даст тебя в обиду, пока я буду отлучаться в туалет!

— Вы чего тут столпились? Кто кого обижает? — незаметно подходят к машине Гена и Ксюша. — Вы про Травицкого?

— Умеешь поднять настроение, Рыжий! — ядовито отзываюсь я и встречаю друга болезненным рукопожатием. — Поверь, мне достаточно и того, что перед лицом будут маячить их рожи… Есть хоть одна хорошая новость?

— Да, суд постановил нас невиновными в том обвале лестницы! Можешь больше не волноваться! — радостно оповещает адвокат и спасибо ему, это и правда помогает взбодриться.

— Ксения, вы сегодня прекрасно выглядите, впрочем, как и всегда! — приветствую я улыбчивую подругу Алисы и Милы.

— Как ты это терпишь, Алис? — слышу, как возмущается Вольская, помогая мышонку копошиться в багажнике. — Я бы убила Барсова, если бы он отвешивал комплименты всем подряд…



— Я бы сам умер. — усмехается друг, нежно обнимая свою невесту. — У меня нет столько сил и фантазии, как у этого идиота.

— Этот идиот утверждает, что он однолюб! — смеётся мышонок и я удостаиваю друзей благодарным взглядом.

Моя девочка успокоилась и среди своих чувствует себя комфортно.

Когда Алиса шутит, значит всё хорошо и переживать о второстепенных тяготах сейчас будет лишним.

— Он всю свою жизнь пустословит, просто отсеивайте основную белиберду и тогда поймёте, что с ним-таки иногда можно поговорить серьёзно! — вставляет умное слово Леванов и я уже нацеливаюсь дать ему по уху, как за спиной слышатся приближающиеся голоса Барсова-старшего и нескольких наших коллег.

— Куда столько накупили, Игорь? Холодильники забиты до отвала! — сетует генеральный, протестующе указывая на пакеты в руках Яна и Гены. — Давайте-давайте, скорее в дом! Располагайтесь и познакомлю вас с остальными! — махнув рукой на набитый багажник, подходит ближе к нашим девушкам и радушно улыбается. — Девочки, я для вас нанял лучшего кондитера в области! Никаких диет! Много шоколада и хорошего настроения! Задача выполнима?

— Ещё как! — загорается блеск в женских глазах.

Переглядываюсь с Яном и потешно ухмыляюсь. Идея прикольная, но потом нам предстоит выслушивать, что удивительным образом весы показывают больше обычного.

— Спасибо, Марк Миронович. — робко благодарят Алиса с Милой, и мужчина окидывает нас торжествующим взглядом.

Старый угодник! Махом всех женщин зацепил!

— Парни, через двадцать минут жду на разговор. — говорит он напоследок и уводит гостей в сторону своего сада.

— Ну что? Корпоратив объявляется открытым? — весело оглашает Гена, забирая из рук Милы мелкие пакеты. — Будем делать ставки, кто первый нажрётся как свинья?

— Суходоев из программистов! — бросает через плечо Ян, первым направляясь к дому.

— А я думаю, что наш Березин! — шутит в ответ рыжий, следуя за Барсовым.

— Какая свинья? Алиса здесь… — захлопываю багажник и киваю девчонкам подбородком, чтобы не теряли время и шли за мужиками.

— Вот именно! — долетает до меня подковырка и я, сделав шаг ко входу в дом, понимаю о чём идёт речь.

Травицкий падла, как стоял на крыльце в ожидании моей Фадеевой, так и стоит, высматривая её издалека.

Мозг растекается по углам, никак не понимая, от кого воротит меня больше.

От урода, что подкатывает к моей женщине, от невыносимой матери, что ломает мне жизнь с самого рождения или от бывшей любовницы, что плетёт паутину вокруг моего мышонка?

— Ну наконец-то, сынок! — идёт навстречу маменька, равнодушно огибая всех, кто попадается на пути. — Ты долго добирался!

Исключительно «ты»… Алисы для неё и вовсе не существует!

Предсказуемо до чесотки в заднице.

— Здравствуй, мама. — сухо здороваюсь я, даже не задумываясь подставлять щёку для поцелуя. — Какими судьбами? — притворно улыбаюсь, не выставляя все бушующие эмоции на обозрение любопытным гостям.

— Маленький сюрприз! Захотелось разделить с тобой праздник! — и столько фальши, что никакое прикрытие не поможет. — Мне известно, что значит для тебя работа и как ты любишь праздновать корпоративы!

— Птички напели или сама догадалась? — понижаю голос, склоняясь над её наглым лицом.

— Игорь! — раздаётся зов Алисы, ожидающей на входе. — Поможешь донести тяжёлое? — и приподнимает в руках лёгкую коробку.

Ах ты ж, моя проказница!

— Иду, любовь моя! — кричу я и задержав на матери испытующий взгляд, тихо указываю. — Держи свою сучку подальше, если не хочешь быть опозоренной перед возможными спонсорами…

Убеждаюсь, что послание достигло глубины и с триумфом прослеживаю за тенью злости в глазах женщины.

— Безумно счастлив, что мамочка рядом… — бубню себе под нос и спешу к своему мышонку, игнорируя по пути присутствие Стеллы.

Девушка и не торопится меня задержать, на удивление держа дистанцию и лишь наблюдая издали.

— Не вздумай таскать тяжести! — предостерегаю Алису, принимая невесомую ношу.

— Хорошо! — с лёгкостью соглашается она, избегая смотреть в сторону своего воздыхателя Травицкого, что следит за ней, даже участвуя при этом в разговоре с людьми.

— И на лестнице аккуратно, не торопись! — беглым взглядом выявляю в доме опасности. — И одна не ходи по дому!

— Ладно! — и в этот раз принимает мои условия Алиса.

Решаюсь попытать удачу и рискнуть продвинуться дальше:

— Ты знаешь, а меня действительно задело, что меня считают упившейся свиньей, не умеющей держать себя в руках…

— Задело? — ползут Алисины брови вверх. — Ооо, какая тонкая душевная организация у Березина… — отвешивает мне сомнительный комплимент и старается не упустить из виду друзей, удаляющихся на кухню.

— Ещё бы! Я оскорблён и унижен! — поджимаю губу и жду сочувствия. — Они бросили мне вызов и ты должна мне помочь, мышонок!

— Я? Как? — вопрошающе взирает девушка.

— Давай устроим им бойкот и совсем не будем пить! Вот прям ни капелюшечки в рот! — для усиления эффекта самоуверенно задираю голову и подталкиваю потеряшку в нужном направлении — к холодильнику.

— Назови мне хоть одну причину, почему я должна из-за тебя придерживаться сухого закона? — освобождает мои руки от нагрузки пьянчуга.

— Ты… — в красках представляю, как держу на руках своего новорождённого малыша и довольно улыбаюсь. — …меня любишь и сильно расстроишься, если я предстану перед тобой и остальными в неопрятном виде!

— Скучно без водки-то! — влезает между нами угорающая морда Леванова.

— Пшёл нафиг! — гаркаю я и придавливаю мышонка требовательным взглядом.

— Ты не отстанешь, да? — закатывает она глаза.

— Нет! — сияю, как начищенный башмак.

— Ладно, твоя взяла… — сдаётся девчонка и ворчливо фыркая, отходит к подругам, спрашивая, какие грандиозные планы нас ждут в этот вечер.



— Да я пошутил, Гошан! — недоуменно произносит мне на ухо Гена. — Вы заявлены как пара! Он не рискнёт подходить к ней при тебе…

— Осторожность не помешает. — называю совершенно иную отговорку, чтобы не употреблять алкоголь, но сам инстинктивно оглядываюсь, выискивая до скрежета зубов надоевшего соперника.

— Я уверен, что кто-то из троицы подложит свинью… — размышляю я, смотря, как наши девушки заводят разговор с обслуживающим персоналом, уточняя график трапезы и подачи блюд. — Держу пари, начнёт маменька.

— Березин, если сейчас заведёшь с отцом тему о ней, то будь готов, что он будет на стороне хрупкой женщины, желающей наладить отношения с сыном. — добивает несправедливостью подошедший Ян.

— А смысл? — вздыхаю я. — Он уже не вышвырнет её.

— Если хочешь узнать моё мнение, то пережди и уже после корпоратива обоснуй то, что ты собираешься за это время натворить… — включает адвоката Гена.

— Учти, Березин, даже Мила нас всех не спасёт, если ты накосячишь! — предостерегает Барсов и властно подзывает к себе пацана-официанта. — Через пару часов я подам тебе знак и в моей спальне должна быть клубника со сливками. Это ясно?

— Да. — принимает заказ паренёк и с разрешения Яна убегает по другим делам.

— Чего ты ждёшь? Подробностей? — встречается он с заинтересованным взглядом Леванова.

— Обойдусь. — горделиво хмыкает рыжий. — У меня свои приёмы. — и тряхнув несуществующей чёлкой, натягивает улыбку и встревает между подругами, уводя за собой Ксению.

— Это стоило ожидать! — заключаю я, расставляя руки, приглашая к себе мышонка. — Счастье моё, давай по-быстрому убедимся, что стены в нашей комнате звуконепроницаемые и я пойду к Марку Мироновичу!

Пока Ян увлечён Вольской, беру за руку Алису и веду на верхний этаж.

— Пожалуйста, держись рядом с подругами, пока меня не будет! — сыплю по пути правилами. — Сейчас уже начнут подавать аперитив и мне не хотелось бы волноваться о том, что ты одна среди распалённых мужиков!

— Запрусь в комнате и буду ждать тебя! — бурчит девчонка, когда я запираю за нами дверь и зажимаю её в сторону большой кровати.

— Идеально! — понимаю, что возбуждаюсь и притянув любимую для поцелуя, стараюсь включить мозг, чтобы не попасть впросак перед коллегами.

— Не дождёшься, Березин! Я не буду сидеть в четырёх стенах из-за Родиона и твоей любовницы…

Опа! Какие заявления! Да тут пахнет ревностью!

— Ты про Стеллочку, роковую красотку, что ждёт меня внизу? — вывожу из равновесия маленькую непоседу и упиваюсь тем, как её накрывает жажда владеть мной без остатка.

— Нет, про того жеребца с мускулистым телом, что ждёт внизу меня! — подстрекает она меня к аффекту. — Будет чем заняться, пока ты на встрече с начальством…

— Дошутишься сейчас! — накрываю ладонями её наливную упругую грудь и глядя в игривые женские глаза, сильно сдавливаю до хриплого надрывного выдоха. — Я ведь могу и заставить…

— Покажи как… — соблазнительно прикусывает губу Алиса и спускает лямки своего топа, обнажая торчащие розовые соски.

Рот наполняется слюной и я судорожно сглатываю.

— Хотя… — прикрывает грудь ладонями, вызывая у меня настоящее возмущение. — …очень жаль, но у нас уже не осталось времени… — и зазывно улыбается ещё. — Тебя ждут…

Ну твою ж мать, уволят меня к чертям собачьим за неповиновение…

— Придётся справляться самой… — ложится на кровать проказница и медленно расстёгивает на джинсах молнию.

— Алиса… — ошарашено шепчу я, не отрывая глаз с постепенно оголяющейся женской кожи. — Кажется, я убил в тебе всю беспорочность…

— Это плохо? — стягивает она с себя трусики и бесстыже разводит ноги разные в стороны.

Пропускаю через себя сокрушительный сердечный удар, становлюсь перед кроватью на колени и рывком подтягиваю Алису к себе:

— Очень…

