Глава 13

— Амелия? — с удивлением проговорил правитель. — Где вы были? — Обратив внимание на мои руки, нахмурился и, оставив свою спутницу, пошёл ко мне. Взяв мои предплечья, стал разглядывать, после произнёс: — Идёмте в лечебницу немедленно, царапины могут воспалиться.

Прихватив меня за талию и, продолжая держать за одну руку, мужчина повёл меня из парка. Уходя, я успела обратить внимание, какое недовольное лицо было у подруги. Она даже не пошла за нами. Так и осталась стоять одна в центре небольшой поляны.

Его Величество привёл меня в лазарет, где тут же стали бегать и суетиться представители благородной профессии. Я сидела на кушетке и только успевала вертеть головой, следя за действиями медсестёр. Мне обработали раны каким-то шипучим средством и наложили повязки с целебной мазью.

— Ай-яй-яй, такую тонкую, нежную кожу надо беречь, — приговаривала пожилая медсестра, закрепляя бинт. — В шиповнике что ли лазила?

— Да, — призналась я и, посмотрев на императора, продолжила: — Увидела в парке Сармуми, захотела с ней поговорить. Но она так быстро убежала.

Правитель, глядя в одну точку, задумчиво произнёс:

— Не удивлён. Всевидящая в последнее время странная. Она даже меня избегает. Надо будет всё же добиться от неё объяснений. Народ жалуется, она совсем перестала принимать посетителей.

— Может, проблема в том, что Сармуми по какой-то причине потеряла магию? — зачем-то сказала я.

Ну а что? Пусть самозванка не надеется, что будет долго водить всех за нос. Когда-нибудь все догадаются, что она не всевидящая.

— Скорее всего так и есть, — проговорил император, вновь задумавшись. — Тогда тем более она должна была сообщить об этом! Маиавэльфа пока нет в столице, но его помощники должны ей помочь. Надо будет заняться этой проблемой вплотную. — Обратив свой взор на меня, улыбнувшись, поинтересовался: — Как себя чувствуете?

— Спасибо, уже лучше.

— Тогда давайте вернёмся в музыкальный зал, ведь утром нам помешали.

— С большим удовольствием, Ваше Величество.

Император учтиво предложил свою помощь, подав руку, которую я с благодарностью приняла, поднявшись.

Не успели мы выйти, как в лечебницу зашёл придворный лекарь. Поздоровался с императором, затем, увидев мои забинтованные предплечья, обеспокоенно поинтересовался:

— Что опять произошло?

— Опять? — удивился правитель.

— Беатрис недавно повредила ногу, — поспешила я оправдаться, взглядом дав лекарю понять, чтобы он молчал про отравление.

— Вижу, вы с подругой любите приключения, — засмеялся император и повёл меня дальше.

— Позже я хотел бы лично осмотреть ваши раны, — успел сказать мне вслед Тим, на что я ответила ему кивком.

В музыкальном зале у нас на удивление быстро и легко получилось подобрать мелодию к стихам Амелии. От приятных звуков музыки и от того, с каким восхищением смотрел на меня правитель, в душе растекалось блаженство. Надеюсь, ему нравится не только наше совместное творчество, но и я сама. Тут же испугалась своих мыслей. Ведь я не за этим здесь! Вовсе не желаю быть фавориткой повелителя!

— Амелия, что с вами? Вам нехорошо? — обеспокоенно спросил мужчина, оставив музыкальный инструмент и подойдя ко мне ближе.

— Нет-нет, всё в порядке.

— Но вы так резко изменились в лице. Вы утомились? Или болят руки? — мягко произнёс он, аккуратно взяв меня за забинтованные предплечья.

— У меня ничего не болит, Ваше Велич…  — я вмиг забыла все слова, так как его лицо вдруг неожиданно оказалось близко с моим.

— Когда мы наедине, зови меня по имени, — вдруг перешёл император на «ты» и…

Его губы уже практически коснулись моих, когда из-за дверей послышались возня и шепотки. Правитель выпрямился и устремил внимание в ту сторону. Взгляд его был, как у хищника, готового к атаке. Дверная щель тихонько прикрылась. Выпустив меня, император быстрым шагом направился к выходу, резким толчком руки распахнул настежь двери, вышел в холл, в котором уже никого не было, огляделся и громко усмехнулся.

Вернувшись ко мне, возмущённо высказал:

— Просто немыслимо! Нигде нельзя уединиться. Везде шпионы!

— Не будьте так суровы, Ваше Величество. Слугами руководит банальное любопытство. Всем интересно знать, чем занимается правитель в свободное от государственных дел время.

Глаза императора повеселили и более спокойным тоном он проговорил:

— Я просил звать меня по имени. Ведь сейчас мы точно одни, — чтобы убедиться в своих же словах, мужчина с опаской обернулся.

Раскрытые двери демонстрировали нам часть пустого от любопытствующих людей холла.

— Надо будет и сюда охрану поставить. Нечего лишним ушам и глазам здесь делать. — Деловито произнёс император и вернул своё внимание ко мне: — Амелия, почему ты раньше не появилась в моей жизни? Только теперь я понял, насколько она была скучна.

Его слова целебным бальзамом растеклись по моему сердцу, даже не думала, что слушать комплименты так приятно. Тем более, когда они исходят из уст самого красивого и мужественного императора на свете.

— Раньше это было невозможно, я лишь недавно стала совершеннолетней, — ответила ему, улыбнувшись.

— Ах да, уже забыл, что я значительно старше тебя, — засмеялся повелитель.

— Не так уж и значительно, — тоже засмеялась я. — Вы ещё очень молоды, Ваше Величество.

— Ну я же просил, — мягко упрекнул он, снова приблизившись.

— Простите… — попыталась вспомнить как правильно произносится его безумно длинное и сложное имя.

— Карим, — подсказал он мне. — Самое простое сокращение от моего имени. Близкие зовут меня именно так.

Я, конечно же, знала, что его так зовут родные и друзья. Он — Карим, а его брат — Амир. Но я не могла позволить себе так его звать. Всё произошло так быстро и неожиданно, что я растерялась и была в замешательстве. Безусловно рада, что нравлюсь Его Величеству настолько, что он перешел со мной на «ты», но всё же — это портит все мои планы.

— Карим, — выдавила из себя, с трудом справляясь с волнением, ведь сейчас он опять находился ко мне непозволительно близко. — Позвольте…

— Позволь, — поправил правитель, приобнимая меня за талию и прижимая к себе.

— Позволь мне удалиться в свою комнату, я немного устала, — решилась-таки обратиться к нему по-свойски и слегка отстранилась от вновь приближающихся губ.

Лёгкое разочарование мелькнуло в его лице, но взгляд по-прежнему сохранял теплоту. Выпустив меня из объятий, император ответил:

— Конечно, я провожу. Надеюсь, к ужину успеешь отдохнуть?

— Постараюсь.

Пока мы вместе шли по коридорам дворца, по пути никого не встретили. Но краем глаза я успевала уловить любопытные взгляды слуг из-за того или иного угла. Как бы ни был суров правитель к «шпионам» они всё равно будут. Тем более это такая редкость, чтобы император в открытую ходил с девушкой под руку по всему дворцу. В последние годы так близко с женским полом император общался только в гареме. Даже на балах ни с кем не танцевал, ненадолго появлялся в официальной части, потом быстро уходил. От этого всего мне снова стало не по себе. Ведь очень скоро ко мне прилипнет ярлык фаворитки, пускай я даже ею не являюсь.

Попрощавшись с Его Величеством у дверей моей комнаты, я зашла внутрь. Задержавшись немного у порога, постаралась прислушаться к своим чувствам. Они были смешанные: с одной стороны хотелось петь и танцевать от счастья, а с другой — что-то идёт не так.

Пройдя вглубь комнаты, как и ожидала, увидела Беатрис. Брюнетка лежала на моей кровати, сложив руки на груди и смотрела в потолок, не мигая. На пару секунд я испугалась: жива ли она? Обратив внимание, что грудная клетка девушки поднимается и опускается, я легко выдохнула.

— Ты так спишь или просто лежишь, — спросила её, усмехнувшись.

— Лежу, — спокойно ответила она. — Думаю, почему всевидящая только с тобой общается, а меня даже близко подпускать не хочет?

Так вот в чём дело! Всё ещё обижается на меня. Немного подумав, я ответила:

— Сармуми и мне ничего не сказала.

— Разве? — Девушка приподнялась на локтях и зло сверкнула взглядом. — Тогда почему она только с тобой встречи ищет? Может, вы с ней заодно?

— О чём ты?

— Тебе лучше знать, — ответила она, встав с кровати. — Подозреваю, что во дворце ты не случайно.

Стало как-то нехорошо от недоброго взгляда Беатрис. Казалось, сейчас вынет из меня душу.

— Ты тоже здесь не случайно, — смогла вымолвить я.

Девушка принялась смеяться. Успокоившись, произнесла:

— Да! Хочу стать женою императора! Я и не скрывала своей цели! А вот какова твоя цель? Ты же сама говорила, что не собираешься соблазнять правителя, хотя всячески притягиваешь его внимание к себе. — Начав нервно ходить по комнате туда-сюда, заламывая себе руки, брюнетка продолжала излияния: — Сегодня в парке думала, что тебя разорвёт от злости, когда увидела меня с Его Величеством. А ведь сама просила его отвлечь! В чём дело? — остановилась передо мной. — Почувствовала во мне соперницу?!

«Фух!» — выдохнула я про себя. — «Ну слава Богам! Я чуть не решила что она меня в заговоре каком подозревает.» — Да! Ты меня раскусила. Тоже хочу стать женою императора. Довольна? — проговорила я вслух и с трудом сдержала смех.

Девушка смотрела на меня какое-то время молча, затем резко подорвалась в ванную со словами:

— Так нечестно! Нечестно!

Из ванной комнаты вновь послышались всхлипывания и звук льющейся воды. Ну вот что мне с ней делать? Обречённо вздохнув, я села на кровать.

Шум воды прекратился, и из ванной вышла улыбающаяся подруга.

— Я так рада за тебя, — произнесла она как ни в чём не бывало. — Император явно увлечён тобой. Это очень хороший знак. Слышала, как вы пели. Это было потрясающе красиво! Что? Что ты так на меня смотришь?

Я и правда пристально смотрела на неё, так как снова поразилась резкой перемене настроения.

— Потому что ты опять странно себя ведёшь, — не стала я скрывать.

— Что значит “странно”?

— Не ты ли сейчас возмущалась и ревела по поводу несправедливости?

— Да, я завидую тебе. Но это не мешает за тебя ещё и радоваться. Мы ведь всё-таки подруги.

— Вот это и странно. То плачешь, то радуешься, как будто в тебе сидят две личности.

— Ха-ха, ну ты скажешь тоже! Я просто очень эмоциональна от природы. Вот и всё, — спокойно ответила девушка, поправляя свою причёску у зеркала.

— А как же «стать женою императора»? Ещё будешь к этому стремиться?

— Конечно, буду. Но и тебе палки в колёса вставлять не собираюсь. Это уж, как говорится: «Кому повезёт». Сейчас правитель увлечён тобой, а потом, спустя какое-то время, может и мной увлечься. Ты ведь слышала Розали, он быстро меняет любимиц.

— Но, однако, ни одна любимица не стала императрицей, — подметила я, по-доброму улыбнувшись.

— А вот я стану! — Девушка по-хозяйски уперла руки себе в бока и начала чинно прохаживаться по комнате.

— Да почему ты так в этом уверена? — спросила, не сдержав смеха.

Я просто не могла до сих пор понять, по какой причине эта девушка так убеждена в своей исключительности?

— Не уверена, а просто знаю и всё. — Немного помолчав, дополнила: — Во сне видела.

Тут мне и вовсе стало смешно. Чтобы не обидеть девушку, я успокоилась и попыталась объяснить, как она ошибается:

— Сны не всегда отражают реальность. Иногда в сновидениях мы видим свои желания. Или страхи.

— Но это мне не грозит. Ужасы снятся тем, у кого нечиста совесть. Так ведь? — вдруг произнесла брюнетка, остановившись и с укором на меня взглянув.

По коже пробежали неприятные мурашки, потому что сейчас на меня испытующе смотрела опять другая Беатрис. Как будто она видела мою душу! Даже появилось ощущение, что девушка знает все мои мысли. Теперь понимаю, как чувствовали себя люди рядом со мной, когда я была всевидящей.

Взяв себя в руки, я ответила:

— Не всегда так.

Уже приготовилась объяснять дальше, как девушка вдруг сменила серьёзное выражение лица на беззаботное и с нотками веселья в голосе проговорила:

— Подошло время ужина. Скоро нас должны позвать. — Подойдя к туалетному столику, взяла расчёску и, показав на пуфик, добавила: — Садись, причешу как следует, а то пока ты в шиповнике лазила, все волосы растрепала.

Почему-то мне стало страшно. Очень не хотелось садиться к ней спиной. Ещё день назад я ей практически безоговорочно доверяла, но сейчас…

— Спасибо, не надо. Я сама.

Беатрис немного постояла, повертела в руках расчёску, после вернула её на столик и произнесла:

— Ладно. Не задерживайся.

Ещё раз оглядев себя в зеркале со всех возможных сторон, девушка бросила на меня надменный взгляд, улыбнулась и пошла к выходу. Только когда за ней плотно закрылась дверь, я смогла выдохнуть и расслабиться. Что мне делать? Я реально её боюсь. В ней, похоже, и правда две души. И одна ко мне недоброжелательно настроена.

Поднявшись, я подошла к зеркалу и поняла, что не так всё и плохо. Ну да, пара прядей выбилась из причёски, но в целом смотрится очень даже неплохо, как будто так и задумано. Царапины под бинтами стали зудеть, и я сразу вспомнила, что должна наведаться в лечебницу. По дороге туда с трудом держала себя, чтобы не сорвать бинты, так как зуд стал неимоверным! Неужели у меня аллергическая реакция на мазь? Ускорив шаг, я практически ворвалась в лазарет. К счастью, Тим находился на месте, осматривал другого пациента. Увидев меня, кивнул и, дав рекомендации медсёстрам, направился ко мне.

— Очень хорошо, что вы пришли, Амелия. А то я уж опять собирался вас искать, — произнёс он, снимая бинты с моих предплечий.

Увидев, что царапины практически зажили, я ахнула от восторга.

— Поразительно! Ещё день не закончился, а уже всё прошло.

— Это ожидаемо, была использована очень хорошая, целебная мазь. — Немного смутившись, добавил: — Я сам её создал.

— Вы просто волшебник! — продолжала я восхищаться. — А почему царапины зудели?

— Это, пожалуй, единственный отрицательный эффект заживления. Но зато именно зуд является сигналом, что всё идёт хорошо.

— У вас настоящий талант к врачеванию, — опять не смогла я удержаться от похвалы, разглядывая свои руки. — Пора писать научные труды.

— Тоже подумывал над этим. И давай на «ты». — произнёс мужчина, улыбнувшись.

Его серые глаза излучали нежность, а от него самого исходило такое тепло, что я вновь невольно залюбовалась, как в первый день нашего знакомства. Какие странные метаморфозы со мной происходят! Никогда ранее я не испытывала подобных чувств. Или, всё же, это благодаря тому, что душа Амелии не ушла? Она ещё в теле, просто спит?

— Амелия, вы в порядке?

— А? Да, в порядке, — вышла я из задумчивости.

Заметив заинтересованные взгляды медперсонала в нашу сторону, доктор тихонько произнёс:

— Нам лучше уйти отсюда.

Как только мы вышли из лазарета, вновь столкнулись с дворецким. Мелхаэрт, как и в прошлый раз, окинул Тима недобрым взглядом и, снова покраснев, обратился ко мне:

— Где ты опять ходишь? В очередной раз заставляешь Его Величество ждать.

— Уже бегу! — спохватилась я и отправилась за дворецким.

Мелхаэрт, не став меня дожидаться, быстро пошёл вперёд.

— Амелия! — остановил меня вдруг Тим, взяв за руку и крепко сжав её, как будто боялся отпустить. — Могу надеяться увидеть вас вечером?

— Конечно, — ответила я, не задумываясь.

— Тогда в парке у главного фонтана в девять вечера, — проговорил он, просияв от счастья.

Только когда услышал от меня подтверждение, мужчина отпустил и ещё долго провожал взглядом. А я, пока шла, несколько раз обернулась. Даже наткнулась на дворецкого, который, остановившись, терпеливо меня ждал, нервно притопывая ножкой и скрестив руки на груди.

— Ой! — вырвалось из меня, когда оказалась вплотную с эльфом маленького роста и встретилась с его суровым взглядом.

— Что ой?! — гневно произнёс он. — Хватит в облаках летать! Соберись.

— Я постараюсь.

— Постарается она, — проворчал кругленький эльф и отправился дальше. — Не отставай. И вообще, общалась бы ты поменьше с доктором.

— Это ещё почему?

Мелхаэрт опять остановился и посмотрел на меня, как на дуру.

— Ты уж определись, чьё внимание тебе дороже. Его Величества или этого докторишки? — высказав это, мужчина вновь отправился вперёд.

Мне очень не понравилось его отношение к Тиму и, естественно, возразила:

— Не говорите так о придворном лекаре. Он очень талантливый доктор и хороший человек.

— Не спорю. Но пялится на тебя он не как лекарь. И ты тоже на него смотришь, как не подобает приличной девушке.

— Разве это так очевидно?

— Ха! — громко усмехнулся эльф. — Ещё как! Учти, пока ты с докторишкой заигрываешь, твоя подруга не дремлет, вовсю пытается охмурить Его Величество. — Сказал он о Беатрис так брезгливо, что даже сморщился, как будто съел что-то кислое.

Вспомнив, как брюнетка не дала ему украсть рогалик с императорского стола, я невольно улыбнулась. Понятно, за что он её невзлюбил.

— Ничего страшного, — ответила я.

— Что значит ничего страшного?! — крикнул Мелхаэрт и резко затормозил, что я опять наткнулась на него.

— Ой! — снова от неожиданности вырвалось из меня.

Но на этот раз Мелхаэрт этого не заметил, продолжал сверлить меня взглядом и отчитывать:

— Ты и правда настолько наивная? Или прикидываешься? Твоя подруга за твоей спиной чуть ли не соблазняет императора, а она «ничего страшного», — исказив голос и сделав странную мимику, он постарался изобразить меня.

На секунду мне стало смешно, но лишь на секунду. Напустив на себя серьёзный вид, я поинтересовалась:

— Почему вы так беспокоитесь за меня?

Дворецкий, не задумываясь, ответил:

— Да потому что из двух зол, как правило, выбирают меньшее. Уж лучше ты, чем эта двуличная Беатрис.

Для меня было очень странно слышать такой ответ и, в тот же момент, приятно. Значит, прозорливый эльф тоже заметил в брюнетке две личности. Что делать? Не могу же так просто взять и прогнать её? Надо ей помочь.