16 глава

Самолет касается взлетной полосы так мягко, что я даже не сразу понимаю, что мы приземлились. За иллюминатором — ослепительное итальянское солнце, заливающее все вокруг медовым светом.

— Добро пожаловать домой, — говорит Дан, и в его голосе звучит что-то новое. Что-то властное и абсолютно уверенное.

Когда трап опускается и мы выходим, меня буквально ослепляет яркость. Прикрываю глаза ладонью, привыкая к свету, и застываю.

У подножия трапа выстроились машины. Не просто машины — идеальная вереница черных внедорожников и лимузинов, блестящих под солнцем. Считаю быстро — шесть, семь, восемь... Теряю счет. Рядом с каждой стоят мужчины в черных костюмах и темных очках, неподвижные как статуи.

— Господи, — выдыхаю. — Это все...?

— Это за нами, верно, малышка, — Демьян кладет руку мне на поясницу, направляя к лестнице. — В Италии Дан не просто влиятельный человек, Ангел. Он здесь… ну, скажем так, очень важная персона.

Спускаемся, и в тот момент, когда нога Дана касается земли, все мужчины одновременно — словно по команде — склоняют головы в знак приветствия. Зрелище завораживающее и пугающее одновременно.

К нам подходит мужчина постарше, седой, в безупречном сером костюме.

— Добро пожаловать домой, Дон Монтелли, — его голос полон почтения.

Даниель кивает, обменивается с ним рукопожатием, что-то говорит по-итальянски — быстро, уверенно, с такой скоростью, что я не понимаю ни слова, только общее. Спросил, кажется, как дела, да и все…

Но чувствую власть в каждом его слове.

Он здесь совсем другой. Не просто богатый бизнесмен. Он здесь — король.

— Пойдем, — Дан протягивает мне руку, и я вижу, как все эти мужчины смотрят на меня с любопытством и... уважением? — Нам еще ехать до Сицилии.

Нас ведут к центральному лимузину — огромному черному монстру, который выглядит одновременно элегантно и угрожающе. Водитель распахивает дверь, и я забираюсь внутрь. Салон пахнет кожей и дорогим одеколоном. Сиденья мягкие, белые, как облака, оттенок — кремовый, контрастирующий с черным экстерьером.

Дан садится рядом со мной, Демьян — напротив. Двери закрываются практически беззвучно, и кортеж трогается.

Выглядывая в тонированное окно, наблюдаю, как машины выстраиваются вокруг нас — три впереди, остальные сзади. Едем медленно, почти торжественно. Люди на улицах оглядываются, некоторые отступают, освобождая дорогу.

— Впечатляет, — говорю, не отрываясь от окна.

— Здесь так принято, — отвечает Дан коротко.

Италия за окном разворачивается как открытка. Узкие улочки сменяются широкими проспектами, старинные здания с выцветшими фасадами соседствуют с роскошными виллами. Солнце окрашивает все в теплые золотистые тона. Виноградники на холмах, кипарисы вдоль дорог, где-то вдалеке — синева моря.

Красиво. До боли красиво.

Но внутри нарастает напряжение. Вопросы, которые я игнорировала последние часы, требуют ответов.

— Дан, — начинаю осторожно. — Кто ты такой? На самом деле.

Он смотрит на меня, приподняв бровь.

— Ты знаешь, кто я.

— Нет, — качаю головой. — Я знаю, что ты богатый. Влиятельный. Но это... — киваю на окно, на кортеж вокруг нас. — Это не просто деньги. Почему у тебя столько охраны? Чем ты занимаешься?

Тишина. Демьян и Дан переглядываются.

— Я управляю семейным бизнесом, — говорит Дан наконец. — Унаследовал его от отца.

— Какой именно бизнес требует восьми машин охраны? — настаиваю.

— Прибыльный, — его голос становится холоднее. — И опасный.

— Насколько опасный?

— Достаточно.

Смотрю на него в упор, не отступая.

— Это законно? То, чем ты занимаешься?

Усмешка скользит по его губам — жесткая, циничная.

— Законность — понятие относительное, Ангелина. Особенно в Италии.

Сердце колотится быстрее. Поворачиваюсь к Демьяну.

— А ты?

— Я с ним, — отвечает просто. — Теперь я перенес весь бизнес в Италию.

— И мне безопасно с вами? — спрашиваю прямо, глядя Дану в глаза.

Он наклоняется ближе, и я чувствую его запах — дорогой парфюм с нотками чего-то темного, опасного.

— Ты под моей защитой, — говорит тихо, но с такой уверенностью, что мурашки бегут по коже. — Никто не посмеет тронуть тебя. Никогда. Ты в большей безопасности рядом со мной, чем где-либо еще в этом мире.

— Даже если то, что ты делаешь, незаконно?

— Особенно поэтому.

Откидываюсь на спинку сиденья, переваривая информацию. За окном проплывают оливковые рощи, залитые солнцем.

— Раньше я таких вопросов не задавала? — интересуюсь после паузы.

Дан усмехается, и его лицо смягчается.

— Нет. Ты доверяла нам слепо.

— Наверное, была молодой и глупой, — говорю. — И боялась вас.

— Боялась? — переспрашивает Демьян с любопытством.

— Ну а как еще? — пожимаю плечами. — Два опасных, влиятельных мужчины, явно связанных с чем-то криминальным. Молодая девчонка, влюбленная по уши. Конечно, боялась. Боялась потерять вас, боялась разочаровать, боялась задавать неудобные вопросы.

— А теперь? — голос Дана звучит напряженно.

Смотрю на него, потом на Демьяна. Вижу силу, опасность, власть. Вижу мужчин, которые прошли через ад и выжили. Которые потеряли все и отстроили империю заново. Которые мстили за свою семью и, судя по всему, победили.

Должна бояться. Любая разумная женщина боялась бы.

Но странное дело — не боюсь.

— А теперь я старше, — отвечаю спокойно. — И умнее. И если я с вами, то хочу знать, во что ввязываюсь. Не хочу жить в неведении.

— Опасная позиция, — замечает Дан.

— Опасные мужчины, — парирую. — Похоже, опасность — это моя судьба.

Демьян негромко смеется.

— Она всегда была дерзкой. Рад, что хоть это не изменилось.

— Так безопасно со мной или нет? — повторяет Дан мой вопрос, и в его глазах вспыхивает что-то темное. — Наверное, нет, Ангелина. Наверное, тебе следовало бы бежать от нас как можно дальше.

— Но ты не побежишь, — добавляет Демьян тихо.

— Нет, — соглашаюсь, чувствуя, как внутри разливается странное спокойствие. — Не побегу.

— Почему? — Дан смотрит пристально, изучающе.

Задумываюсь. Почему действительно? Я ничего не помню о них, о наших отношениях. Знаю их всего несколько дней — в этой новой реальности. Должна быть осторожной, подозрительной, испуганной.

Но вместо страха чувствую... узнавание. Как будто душа помнит то, что забыл разум.

— Потому что не боюсь, — говорю честно. — Должна бояться, наверное. Но не боюсь. Совсем.

Дан протягивает руку, убирает прядь волос с моего лица. Прикосновение нежное, почти благоговейное.

— Храбрая девочка, — шепчет. — Моя храбрая девочка.

— Наша, — поправляет Демьян с усмешкой.

— Наша, — соглашается Дан, не отводя взгляда.

Девчоночки! У меня шикарные скидки на студенческие романчики)

Я преподам вам урок!: https:// /shrt/81uI

Ты мне дашь, Сергеевна!: https:// /shrt/RdVf

Мои ночные кошмары: https:// /shrt/YACH

Сладкое на ночь - вредно!: https:// /shrt/eUTi

Все равно будешь нашей: https:// /shrt/TgNF