3 глава

Я замерла перед зеркалом, словно боясь встретиться взглядом с собственным отражением. Девушка, смотревшая на меня в зеркале, была похожа на меня и одновременно казалась чужой. Алая помада делала губы слишком яркими, почти вызывающими. Пальцы мелко подрагивали, когда я поправляла серьги. А в глазах... в глазах плескалась не радость предвкушения, а какая-то щемящая тоска, прикрытая тушью и тенями.

Я медленно провела ладонями по талии, спустилась к подолу платья. Воздушная ткань откликнулась на прикосновение, пышная юбка закружилась, словно облако. Это платье я выбрала специально — оно придавало мне той трогательной женственности, того невинного очарования, которое, казалось, давно покинуло меня.

Я после универа стала настоящей бизнес-леди, холодной стервой, которая не желала отвлекаться на отношения.

Но мысли предательски возвращались туда… в полумрак гостиничного номера.

К жесткому удару спиной о прохладную дверь. К обжигающим губам, крадущим мое дыхание. К его сорванному, хриплому шепоту: «Ты жива...»

Господи… В том поцелуе было что-то неправильное, запретное. Не просто страсть, не банальное желание. Это было чистое, неразбавленное отчаяние. Словно он искал меня целую вечность. Словно потерял когда-то давно, а теперь вдруг, невероятным образом, нашел.

Я до сих пор чувствовала терпкий аромат его парфюма, смешанный с запахом виски. Помнила, как дрожали его пальцы на моей талии — он держал меня так, будто боялся, что я растаю, исчезну, окажусь миражом.

И эта мучительная уверенность не давала покоя — он узнал меня. Узнал, и потому вел себя как безумный.

Мелодия звонка разорвала кокон воспоминаний.

— Я уже здесь, красавица. Жду тебя.

На экране высветилось имя — «Павел». Он представился именно так, и само это имя звучало солидно, основательно. Павел умел ухаживать с той отточенной элегантностью, которая приходит с опытом и уверенностью. С ним было легко, почти комфортно. Почти…

Я подхватила клатч, в последний раз взглянула на свое отражение и вышла из квартиры.

У подъезда мерцал лаком черный седан. Водитель в безупречном костюме галантно распахнул дверь. В глубине салона меня ждал Павел — статный, подтянутый, с тем особым взглядом успешных мужчин, которые привыкли получать желаемое.

— Ты восхитительна, — его голос обволакивал, как дорогой коньяк. — Это платье… Оно словно создано для тебя…

Я смущенно разгладила складки на юбке, чувствуя, как шелковистая ткань ласково скользит по коленям. Он смотрел с таким неприкрытым восхищением, что на мгновение мне захотелось поверить — да, я действительно прекрасна.

— Спасибо… — прошептала я, опуская глаза.

Он продолжал осыпать меня комплиментами, и часть меня расцветала под этим его вниманием. Но другая часть упрямо тянулась назад, в полутьму гостиничного коридора, где пьяный незнакомец целовал меня так, словно это был его последний глоток воздуха.

Машина плавно скользила по вечернему городу. Водитель впереди молчал всю дорогу. Огни фонарей расплывались в стеклах. Вот он — идеальный вечер. Рядом мужчина, готовый осыпать меня всеми благами мира.

Ресторан встретил нас симфонией ароматов и приглушенным светом. Белоснежные скатерти, трепещущее пламя свечей, хрустальный звон бокалов. Нас проводили к столику у панорамного окна, где город расстилался внизу россыпью огней. Все было безупречно — даже официант двигался беззвучно, словно призрак в смокинге.

Павел говорил красиво, с той отточенной легкостью светского льва. Он рассказывал забавные истории из деловой жизни, иногда наклонялся ближе, и его пальцы невесомо касались моей руки. Его взгляд говорил, что в этом зале полном людей он видит только меня. И я старательно улыбалась в ответ, кивала в нужных местах, смеялась его шуткам.

Но с каждой минутой во мне разрасталось другое чувство. Тоска.

Не просто мимолетная грусть, а глубокая, почти физическая боль. Словно я играла чужую роль в чужой пьесе. Да, я сидела здесь — в красивом платье, в мерцании свечей, напротив галантного кавалера. Но душа моя рвалась к другому — к тому, чьи губы искали мои с отчаянной жадностью, чьи руки дрожали, когда он шептал: «Ты жива» .

К тому, кого я, возможно, любила…

Кто же он такой?..

Я подняла бокал, наблюдая, как играет свет в гранях хрусталя, как искрится вино цвета темного рубина. И вдруг осознала: этот вечер — самый роскошный из всех, что мне дарили. Но в нем не было главного. Не было того электричества в воздухе, когда от одного взгляда перехватывает дыхание и кружится голова…

О чем я всегда так мечтала…

Вместо этого — идеальная картинка. Неживая.

Я продолжала улыбаться Павлу, позволяла ему галантно касаться моих пальцев, внимала его изысканным комплиментам. Но внутри все стыло и покрывалось инеем. И чем дольше тянулся этот безупречный вечер, тем острее я понимала: мое сердце все еще ждет того, кто смотрел на меня, как на чудо. Как на воскресшую…

И от этого осознания тоска становилась просто невыносимой, заполняя меня до краев, грозя выплеснуться слезами прямо здесь…

Днем еще одна будет, возможно со встречей второго нашего красавчика, если вы насыпите мне сердечек в комментариях)))