Глава 7

Детали оказываются лавиной документов, вспышками сканеров, отпечатками пальцев и капелькой моей крови, для генной проверки. Я механически ставлю подписи там, где мне показывают, чувствуя себя автоматом. Весь этот бюрократический ад проходит в маленькой, стерильной комнате под бешеным стуком моего сердца. Ториан стоит рядом, молчаливый и незыблемый как скала. Его присутствие сейчас единственное, что не даёт мне развалиться на части.

Когда последний документ подписан, а неслыханная сумма переведена, распорядитель, наконец, вручает Ториану небольшой кристаллический чип.

— Контракт аннулирован. Она свободна и… находится под вашим официальным покровительством, Кхар Ториан. Поздравляю с приобретением… то есть, с обручением.

Мы выходим из комнаты, и тяжёлая дверь с шипением закрывается за нами, отсекая тот кошмарный мир. Я останавливаюсь посреди пустого служебного коридора, дрожа с головы до ног. Тишина после грохота аукциона давит на уши.

Я поворачиваюсь к нему. Теперь мы одни.

— Два миллиона… — мои губы онемели. — Пятьсот тысяч… Это же… Это состояние! Ты не мог… Зачем? Я же ничего из себя не представляю! Я не стою этого!

Он смотрит на меня, и в его взгляде нет ни сожаления, ни сомнений. Только та же невероятная уверенность.

— На Сэтарии, Лиана, есть вещи, которые не имеют цены. Их нельзя купить. Их можно только защитить или вернуть. Самая главная из них — свобода. Твоя свобода не стоила мне двух с половиной миллионов кредитов. Она стоила ровно столько, сколько потребовалось, чтобы эти жадные твари отпустили тебя. И ни кредитом больше.

От его слов у меня перехватывает дыхание. Я смотрю на него по-новому. Это не просто богатый чудак. Это человек с принципами, за которые он готов платить любую цену.

— Но… почему ты вообще оказался здесь? — спрашиваю я, и голос мой звучит слабо. — На аукционе невест? Ты же не похож на того, кто ищет жену среди… выставленного на продажу товара.

Ториан коротко вздыхает, и впервые за весь день я вижу в его позе лёгкую усталость.

— Мой корабль попал в засаду космических разбойников на подлёте к этой системе, — начинает он, поворачиваясь и жестом приглашая меня следовать за собой. Мы идём по длинному коридору, который, кажется, ведёт к посадочным докам. — Бой был жарким. Мы одержали верх, но гипердвигатель и щиты получили серьёзные повреждения. Ближайшая станция, способная принять корабль моего класса и произвести ремонт, оказалась здесь.

Он говорит чётко, по-военному, как будто докладывает о рядовом инциденте.

— Поскольку я командую эскадрой и имею соответствующий ранг, местные власти автоматически присвоили мне статус временного посла Сэтарии. А по дипломатическому протоколу, посол обязан присутствовать на всех значимых официальных мероприятиях планеты, дабы… поддержать межкультурные связи, — в его голосе слышится лёгкая, сухая насмешка. — Пока мой корабль чинили в доках, мне пришлось «украшать своим присутствием» это шоу.

Мы подходим к массивным шлюзам, которые с гулким скрежетом начинают раздвигаться. За ними открывается вид на огромный ангар, и у меня захватывает дух.

— Так что, — заключает он, когда мы переступаем порог, — моё появление на аукционе было стечением обстоятельств, которые я не мог игнорировать. Но твоё появление там, Лиана… — он на мгновение замолкает, и его взгляд на мне становится тяжёлым и оценивающим. — Это была единственная интересная вещь, случившаяся со мной за все эти скучные дни.

Перед нами, занимая добрую половину гигантского ангара, стоит его корабль. Он не блестит начищенным металлом. Его корпус тёмный, матовый, покрытый шрамами от недавних попаданий. Он выглядит не как роскошный лайнер, а как боевой хищник, прилёгший отдохнуть и зализать раны. Он огромен, угрюм и по-своему прекрасен.

Я останавливаюсь, не в силах отвести взгляд. Всё это кажется нереальным. Аукцион, невероятная сумма, этот человек… и теперь этот корабль, который вот-вот унесёт меня бог знает куда.

— На Сэтарии свобода не привилегия, а право. И я не мог позволить, чтобы его отняли на моих глазах. Даже если цена оказалась высока.

Он кладёт свою большую, тёплую ладонь мне на спину, прямо между лопаток. Тот самый уверенный жест.

— Идём. Познакомлю тебя с моим кораблём. И с моей командой. Для них ты теперь… гость. И моя ответственность.

Я делаю шаг вперёд, затем другой. Навстречу тёмному кораблю, незнакомой команде и будущему, которое пугает и завораживает одновременно.

Ториан идёт впереди, его широкая спина заслоняет мне обзор. Его походка здесь, на его территории, кажется ещё более властной и принадлежащей. Я чувствую себя мышкой, забравшейся в сложный механизм часов.

Трап заканчивается, и мы попадаем в просторный шлюзовой отсек. Гермодвери с шипением закрываются за нами, и наступает почти полная тишина. Свет здесь приглушённый, исходит от полос по стенам, окрашивая всё в холодные синеватые тона.

И тут я замечаю, что мои руки снова начали излучать тот самый дурацкий золотистый свет. Не такой яркий, как в зале аукциона, но заметный в полумраке. Я зажмуриваюсь, пытаясь усилием воли заставить его исчезнуть. Бесполезно.

— Не борись с этим, — не оборачиваясь, говорит Ториан. Он, кажется, чувствует это как-то иначе. — Это часть тебя. И часть того, что происходит между нами.