Глава 29 · Странный поступок Джорджа Ломакса

— Мистер Ломакс, милорд!

Лорд Катерхэм вздрогнул от неожиданности. Полностью поглощенный изучением своего левого запястья, он не слышал, как по мягкому дерну к нему подошел дворецкий. Вздрогнув, посмотрел на Тредуэлла скорее с грустью, чем с раздражением.

— Вам за завтраком, Тредуэлл, было сказано, что сегодня утром я буду чрезвычайно занят.

— Да, милорд, но…

— Идите и скажите мистеру Ломаксу, что вы ошиблись, что я ушел в деревню, что я лежу с приступом подагры, или, если это не убедит Ломакса, скажите, что я умер, наконец!

— Мистер Ломакс, милорд, уже заметил вашу светлость, когда подъезжал.

Лорд Катерхэм тяжело вздохнул:

— Хорошо, Тредуэлл, я иду.

Для лорда Катерхэма была характерна покладистость в необходимости возвращаться от уединенных занятий к реальности, и Ломакса он приветствовал с беспримерной сердечностью:

— Мой дорогой друг, рад видеть вас! Несказанно рад! Присаживайтесь! Налейте себе чего-нибудь. Да это просто замечательно, что вы заглянули.

И, подтолкнув Джорджа к большому креслу, он сел напротив и нервно прищурился.

— Мне потребовалось увидеть вас по очень личному делу, — начал Джордж.

— О! — тихо произнес лорд Катерхэм, и сердце его упало, в то время как мозг лихорадочно перебирал все ужасные перспективы, которые могла скрывать за собой эта простая фраза. Неужели на него, лорда Катерхэма, падает подозрение?..

Ерунда какая-то, однако.

— По очень важному делу, — повторил Джордж с многозначительным ударением.

Сердце лорда Катерхэма провалилось глубоко, как никогда. Он почувствовал, что сейчас ему предстоит услышать нечто худшее, чем можно себе представить.

— Да? — сказал лорд Катерхэм, отважно стараясь казаться беззаботным.

— Эйлин дома?

Вместе с ощущением отсрочки приведения в исполнение смертного приговора лорд Катерхэм почувствовал легкое удивление.

— Дома, — кивнул он. — Со своей новой подругой, молодой мисс Уэйд… Чудесная девушка эта Уэйд! Когда-нибудь из нее вырастет замечательный игрок в гольф. У нее такой прелестный удар!

Он пустился в словоохотливую болтовню, но Джордж безжалостно перебил его:

— Рад, что Эйлин дома. Надеюсь, мне можно будет переговорить с ней?

— Разумеется, мой дорогой друг, разумеется! — Лорд Катерхэм все еще испытывал большое удивление, но в то же время будто наслаждался чувством отсрочки своей гибели. — Если вам не будет скучно.

— Ничто не может быть для меня менее скучным, — возразил Джордж. — Мне кажется, вы, Катерхэм, вряд ли по достоинству оцениваете мое напоминание вам о том, что Эйлин уже выросла. Она уже не ребенок. Она уже женщина, и, с вашего позволения, женщина очаровательная и талантливая. Мужчина, которому удастся завоевать ее расположение, будет чрезвычайно счастлив. Повторяю: чрезвычайно счастлив!

— О, возможно! Но она, знаете ли, очень неугомонная. Никогда не согласится посидеть на одном месте две минуты подряд. Однако, думаю, нынешние молодые люди не возражают против такой неусидчивости.

— Вы хотите сказать, что она не может быть бездеятельной. Эйлин умная девушка, Катерхэм, и честолюбивая. Она интересуется проблемами нашего времени и прилагает весь свой яркий и живой молодой ум для их решения.

Лорд Катерхэм уставился на него в недоумении. Он решил, что то, что принято сейчас называть «напряжением современной жизни», начало сказываться на Джордже. То, как Джордж изображает Бандл, выглядело для лорда Катерхэма до смешного не соответствующим действительности.

— Вы уверены, что чувствуете себя хорошо? — с беспокойством спросил он.

Джордж нетерпеливо отмахнулся от вопроса:

— Возможно, Катерхэм, вы начали получать отдаленное представление о целях моего утреннего визита. Я не тот человек, который с легкостью принимает на себя дополнительную ответственность. У меня достаточно здравого смысла, что подтверждает мое положение в обществе. Мною рассмотрен вопрос о Бандл самым глубоким и серьезным образом. На супружество, особенно в моем возрасте, нельзя решиться без глубокого… э… размышления. Равенство по рождению, схожесть вкусов, общее соответствие и одинаковые религиозные убеждения — все «за» и «против» должны быть взвешены и обдуманы. Я могу, надеюсь, дать своей жене положение в обществе, которое нельзя не принять во внимание. Эйлин превосходно займет его. По происхождению и воспитанию она полностью ему соответствует, а ее ум и острое политическое чутье не могут не продвинуть мою карьеру для нашего взаимного благополучия. Единственное, что меня волнует, Катерхэм, — это некоторое различие в возрасте. Но могу заверить вас, что я чувствую себя полным сил, нахожусь в превосходном состоянии. Преимущество в возрасте должно быть на стороне мужа. У Эйлин же серьезные вкусы, и взрослый мужчина подойдет ей больше, чем молодые выскочки, у которых нет ни жизненного опыта, ни воспитанности. Я могу заверить вас, мой дорогой Катерхэм, что буду лелеять ее… э… чудесную юность, буду лелеять ее… э… она будет высоко цениться. Наблюдать, как распускается изысканный цветок ее разума, — какая привилегия! Подумать только, что я никогда не подозревал…

Он с усердием затряс головой, а лорд Катерхэм, с трудом обретя голос, тупо спросил:

— Если правильно вникнуть в то, что вы высказали… ох, мой дорогой друг. Вы ведь не имеете в виду, что хотите жениться на Бандл?!

— Вам это кажется неожиданным. Но вы разрешите мне поговорить с ней?

— О да! Если вам нужно мое разрешение, то, конечно, пожалуйста! Но, знаете, Ломакс, на вашем месте я бы не стал торопиться. Поезжайте домой и спокойно обдумайте все еще раз. И все тому подобное. Не очень приятно сделать предложение и остаться в дураках!

— Сознаю, что вы желаете мне добра, давая такой совет. Хотя, должен признаться, выразили вы его в довольно странной форме. Но я твердо решил, Катерхэм, испытать свою судьбу. Так можно увидеться с Эйлин?

— Ничего не имею против, — поспешно ответил лорд Катерхэм. — Эйлин сама способна решать свои проблемы. Если завтра утром она придет ко мне и скажет, что выходит замуж за шофера, у меня не будет никаких возражений. В наше время это единственно правильный образ действий. Дети могут сделать жизнь невероятно неприятной, если им постоянно не уступать. Я сказал Бандл: «Поступай как хочешь, но только не беспокой меня», и, действительно, в целом она неплохо с этим справляется.

Джордж сосредоточенно встал.

— Право, не знаю, — неопределенно ответил лорд Катерхэм. — Она может быть где угодно. Как я вам только что сказал, у нее нет привычки задерживаться на одном месте дольше чем на две минуты. Никаких передышек.

— Полагаю, мисс Уэйд вместе с ней? Мне кажется, Катерхэм, лучше всего будет вам вызвать дворецкого, попросить его разыскать Эйлин и сказать, что я хочу поговорить с ней несколько минут.

Лорд Катерхэм покорно нажал на звонок.

— Тредуэлл, — обратился он, когда дворецкий явился на вызов, — разыщите ее светлость, будьте так добры. Скажите ей, что мистер Ломакс очень желает поговорить с ней в гостиной.

— Слушаюсь, милорд.

Тредуэлл удалился. Джордж схватил руку лорда Катерхэма и стал страстно ее пожимать, к большому неудовольствию последнего.

— Тысяча благодарностей! — засобирался Джордж. — Надеюсь скоро принести вам добрые вести! — И поспешил из комнаты.

— Так! — проговорил лорд Катерхэм. — Так! — И после длинной паузы: — Что это выкинула Бандл?

Дверь снова открылась.

— Мистер Эверслей, милорд.

Билл быстро вошел в комнату, и лорд Катерхэм, поздоровавшись с ним за руку, озабоченно заговорил:

— Здравствуйте, Билл. Вы, наверное, ищете мистера Ломакса? Послушайте, если вы хотите сделать доброе дело, то поспешите в гостиную и скажите ему, что кабинет министров созывает срочное собрание, или каким-нибудь другим путем вытащите его оттуда. Совсем нехорошо позволять старому грешнику делать из себя дурака из-за каких-то шалостей глупой девчонки!

— Мое появление не из-за Филина, — удивился Билл. — Даже не знал, что он здесь. Бандл — вот кого я хочу видеть. Она здесь?

— Вы не можете увидеть ее, — ответил лорд Катерхэм. — По крайней мере, не сейчас. С ней Джордж.

— Что… какое это имеет значение?

— Еще какое! Джордж, наверное, что-то невразумительное лопочет в эту самую минуту, и мы не должны вмешиваться, чтобы не сделать ему еще хуже.

— Что он может лопотать?

— Одному Богу известно. В любом случае это куча дурацкой ерунды. Никогда не говори слишком много — такой у меня всегда был девиз. Бери девушку за руку, и пусть события идут своим чередом.

Билл удивленно смотрел на него:

— Послушайте, сэр, я очень спешу и должен поговорить с Бандл.

— Вам придется ждать долго. Должен признаться, я рад, что вы здесь, со мной… мне кажется, Ломакс будет настаивать на том, чтобы вернуться сюда и поговорить со мной, когда все закончится.

— Когда что закончится? Что, по-вашему, Ломакс там делает?

— Тише, — предостерег лорд Катерхэм. — Джордж делает предложение.

— Предложение? Что он предлагает?

— Руку. Наверное, он вступил в так называемый опасный возраст. Другого объяснения не нахожу.

— Делает предложение Бандл?! Грязный нахал! В его-то возрасте! — Билл побагровел.

— Джордж уверяет, что он в расцвете сил, — осторожно заметил лорд Катерхэм.

— Он?! Он дряхлый… старикашка! Я… — Билл задыхался от гнева.

— Совсем не дряхлый, — холодно возразил лорд Катерхэм. — Он на пять лет моложе меня.

— Какая наглость! Филин и Бандл! Такая девушка, как Бандл! Вы не должны допустить!

— Мое правило — не вмешиваться!

— Вам следовало сказать ему, что вы о нем думаете.

— К сожалению, современные правила поведения не допускают этого, — печально сказал лорд Катерхэм. — Если бы в каменном веке… Хотя, думаю, и тогда я бы не способен был… Я слабый человек.

— Бандл! Господи… Я никогда не осмеливался попросить Бандл выйти за меня замуж, потому что знал — она только рассмеется. А Джордж — омерзительный пустозвон, беспринципный, лицемерный старый болтун, грязный, отвратительный, самовлюбленный тип…

— Продолжайте. Мне это нравится.

— Боже мой! — воскликнул Билл просто и с чувством. — Послушайте, я должен бежать.

— Нет, не уходите! Мне бы очень хотелось, чтобы вы остались. Кроме того, вы хотели увидеть Бандл.

— Не сейчас. Вы случайно не знаете, где может быть Джимми Тесайгер? Кажется, он гостил у Кутов. И возможно, все еще там?

— По-моему, вчера Джимми вернулся в город. Бандл и Лорейн были там в субботу. Если бы вы только подождали…

Однако Билл энергично покачал головой и выбежал из комнаты. Лорд Катерхэм на цыпочках, крадучись, перешел в холл, схватил шляпу и быстро вышел через боковую дверь. Зачем? Вдалеке он увидел Билла, промчавшегося по дороге на своей машине.

«Попадет в аварию», — тревожно подумалось ему.

Однако Билл достиг Лондона без неприятностей и сумел припарковать машину на Сент-Джеймс-сквер. Затем он разыскал жилище Джимми Тесайгера, который оказался дома.

— Привет, Билл! Эй, что случилось? Ты выглядишь тускло, как никогда!

— И прежде было от чего беспокоиться, теперь произошло еще кое-что и окончательно выбило меня из колеи, — действительно тускло промолвил Билл.

— В чем дело? Можно тебе в чем-нибудь помочь?

Билл не ответил. Он сидел, уставившись на ковер, и выглядел таким озадаченным и встревоженным, что не возбуждал — взбудораживал любопытство Джимми.

— Что-нибудь из ряда вон выходящее, Уильям? — не отлипал тот.

— Чертовски странное, в чем нельзя разобраться.

— Касательно Семи Циферблатов?

— Да… это касается Семи Циферблатов. Сегодня утром я получил письмо.

— Письмо?

— От душеприказчиков Ронни Деврё.

— Господи! Через столько времени!

— Похоже, он оставил инструкции. Если он внезапно умрет, определенный запечатанный конверт должен быть послан мне ровно через две недели после смерти.

— И они переслали его тебе?

— Да.

— Ты вскрывал его?

— Да.

— Ну и что там?

Билл бросил на него взгляд, такой странный и неопределенный, что Джимми еще более встревожился.

— Послушай, старина, — сказал он. — Возьми себя в руки. Похоже, письмо просто ошеломило тебя, не знаю уж, что там. На, выпей!

Джимми налил в стакан виски с содовой и передал Биллу. Взяв стакан, Билл, однако, не сразу выпил его содержимое. Лицо Билла имело все то же ошеломленное выражение.

— Мое волнение из-за того, что в письме, — сказал он. — Я просто не могу поверить этому, вот и все.

— Ерунда! Ты должен выработать в себе привычку верить в шесть невозможных вещей до завтрака. Я это делаю постоянно. Ну а теперь давай послушаем обо всем по порядку. Подожди минутку.

Джимми вышел из комнаты.

— Стивенс!

— Да, сэр.

— Купите мне сигарет, ладно? Мои закончились.

— Хорошо, сэр.

Джимми подождал, пока не услышал, как закрылась парадная дверь. Он вернулся в гостиную как раз в тот момент, когда Билл ставил на стол свой пустой стакан. Теперь Билл выглядел уже лучше, более решительным и более уверенным в себе.

— Итак, — продолжил Джимми, — я отослал Стивенса, так что нас никто не подслушивает. Ты расскажешь мне обо всем?

— Это настолько невероятно!

— Коли так, то наверняка правда. Давай выкладывай!

Билл набрал полные легкие воздуха.

— Хорошо, расскажу тебе все.