Глава 17

Миссис Уорвик задумчиво помолчала. Затем она резко произнесла:

— Я хочу задать вам один вопрос, мистер Старкведдер. Способны ли вы понять, что человек, давший жизнь другому человеку, может также чувствовать себя вправе забрать эту жизнь?

Обдумывая ее слова, Старкведдер обошел комнату.

— Да, в известных случаях матери убивали своих детей, — наконец признал он. — Только обычно этому сопутствовали корыстные мотивы… страховка… Бывало также, что женщины, уже обремененные двумя или тремя детьми, не хотели брать на себя заботу об очередном ребенке. — Внезапно обернувшись и взглянув на нее, он быстро спросил: — Смерть Ричарда улучшает ваше материальное положение?

— Нет, это не тот случай, — твердо ответила она.

Старкведдер покаянно склонил голову.

— Вы должны простить мою прямоту… — начал он, однако миссис Уорвик перебила его.

— Вы поняли, что я пытаюсь сказать вам? — повысив голос, раздраженно спросила она.

— Да, полагаю, я понял, — ответил он. — Вы говорите мне, что мать, возможно, имеет право убить своего сына. — Он обошел диван и облокотившись на спинку, продолжил: — И вы сказали мне, в частности, что вы могли бы убить вашего сына. — Помолчав, он твердо взглянул на нее. — Являются ли ваши слова некой версией, — спросил он, — или я должен понимать их как данность?

— Я не делала никаких признаний, — ответила миссис Уорвик. — Я просто предложила вам рассмотреть определенную точку зрения. Через некоторое время может произойти непредвиденный случай, в результате которого я лично уже не смогу содействовать раскрытию этого преступления. И я хочу, чтобы вы сохранили одну вещь и могли использовать ее, когда произойдет вышеупомянутое событие. — Она вынула из кармана конверт и протянула его Старкведдеру.

Он взял конверт, но заметил:

— Все это очень хорошо. Однако, возможно, меня уже здесь не будет. Я собираюсь вернуться в Абадан и продолжить свою работу.

Миссис Уорвик сделала протестующий жест, явно рассматривая это возражение, как несущественное.

— Вы же не будете оторваны от цивилизованного мира, — заметила она ему. — Вероятно, в Абадане все-таки есть газеты, радио и все такое прочее.

— О да, — согласился он. — Мы располагаем всеми благами цивилизации.

— Тогда, пожалуйста, сохраните этот конверт. Вы посмотрели, кому он адресован?

Старкведдер опустил глаза.

— Начальнику полиции. М-да. Только мне не совсем ясно, что именно у вас на уме, — сказал он миссис Уорвик. — Для женщины вы на редкость хорошо и надежно умеете хранить секреты. Мне кажется, вы либо сами совершили это убийство, либо знаете, кто совершил его. Это правда, не так ли?

Она отвела глаза и ответила:

— Я не намерена обсуждать данную тему.

Старкведдер опустился в кресло.

— И все же, — настаивал он, — мне бы очень хотелось знать, что именно вы задумали?

— К сожалению, как раз этого-то я и не могу вам сказать, — ответила миссис Уорвик. — Вы же сами заметили, что я представляю тот редкий тип женщин, которые умеют хранить секреты.

Решив испробовать другую тактику, Старкведдер сказал:

— А ваш слуга… тот парень, который ухаживал за вашим сыном… — Он помедлил, будто пытаясь припомнить его имя.

— Вы говорите об Энджелле, — помогла ему миссис Уорвик. — Итак, что же Энджелл?

— Он вам нравится? — спросил Старкведдер.

— Нет, как раз не нравится, — ответила она. — Однако он хорошо выполнял свои обязанности, а с Ричардом было определенно нелегко работать.

— Да, могу себе представить, — заметил Старкведдер. — Но Энджелл терпеливо мирился с этими трудностями, не так ли?

— Его терпение достойно оплачивалось, — ответ миссис Уорвик был явно ироничным.

Старкведдер вновь начал мерить шагами комнату. Затем он повернулся к миссис Уорвик и попытался вызвать ее на откровенность:

— Возможно, у Ричарда было что-то на него?

Старая дама выглядела слегка озадаченной.

— Было что-то на него? — повторила она. — Что вы имеете в виду? А, я поняла. Вы думаете, что Ричард знал о нем нечто компрометирующее?

— Да, именно это я и подразумевал, — подтвердил Старкведдер. — Не имел ли он некоторой власти над Энджеллом?

Миссис Уорвик задумалась.

— Нет, я так не думаю, — сказала она.

— Мне просто интересно… — начал он.

— Вы предполагаете, — нетерпеливо прервала его миссис Уорвик, — что Энджелл убил моего сына? Мне это представляется крайне сомнительным.

— Все ясно. Я вижу, вас не собьешь, — заметил Старкведдер. — Жаль, но ничего не поделаешь.

Миссис Уорвик вдруг решительно поднялась с дивана.

— Благодарю вас, мистер Старкведдер, — сказала она. — Вы были очень любезны.

Она протянула ему руку. Изумленный столь внезапным окончанием разговора, он пожал ей руку и, подойдя к двери, предупредительно открыл ее. Спустя мгновение, когда миссис Уорвик покинула комнату, Старкведдер, улыбаясь, закрыл дверь.

— Отлично, черт меня побери! — воскликнул он, вновь поглядев на конверт. — Какая женщина!

Однако ему пришлось поспешно засунуть конверт в карман, поскольку в этот момент в комнату вошла мисс Беннетт. Вид у нее был очень встревоженный и озабоченный.

— Что она вам наговорила? — требовательно спросила экономка.

Захваченный врасплох, Старкведдер постарался выиграть время.

— Не понял? Что вы спросили? — ответил он.

— Миссис Уорвик… О чем она вам рассказала? — вновь спросила мисс Беннетт.

Избегая прямого ответа, Старкведдер заметил:

— Вы, кажется, чем-то встревожены?

— Разумеется, я встревожена, — ответила она. — Я знаю, на что она способна.

Пристально посмотрев на экономку, Старкведдер спросил:

— И на что же способна миссис Уорвик? На убийство?

Мисс Беннетт шагнула ему навстречу.

— Неужели она пыталась заставить вас поверить в это? — спросила она. — Поймите же, что это неправда. Должно быть, вы и так догадались. Это совершенно невероятно…

— Ну, не стоит быть столь категоричной. В конце концов, все может быть, — рассудительно заметил он.

— Но я говорю вам, что это неправда, — настаивала мисс Беннетт.

— Как вы можете знать об этом? — спросил Старкведдер.

— Я знаю, — ответила мисс Беннетт. — Неужели вы думаете, что я чего-то не знаю об обитателях этого дома? Я прожила с ними долгие годы. Годы, говорю я вам. — Она опустилась в кресло. — Я очень люблю их, всех без исключения.

— Включая усопшего Ричарда Уорвика? — уточнил Старкведдер.

Мисс Беннетт, казалось, взвешивала свой ответ.

— Я любила его… когда-то, — задумчиво сказала она.

Последовала пауза. Старкведдер сел на скамеечку и, пристально поглядев на экономку, тихо произнес:

— И что же дальше?

— Он изменился, — сказала мисс Беннетт. — Жизнь… испортила его. Вся его психика, его характер полностью изменились. Иногда он мог быть настоящим дьяволом.

— Да, все вы, похоже, сходитесь в этом мнении, — заметил Старкведдер.

— Но если бы вы знали, каким он был раньше… — начала она.

Он прервал ее:

— А знаете, я не могу поверить в это. Мне кажется, люди не меняются.

— Но Ричард изменился, — упорствовала мисс Беннетт.

— О нет, совсем не изменился, — возразил ей Старкведдер. Он вновь начал свои странствия по кабинету. — Готов спорить, что как раз наоборот. Я бы сказал, что дьявол прятался в нем с самого начала. То есть он принадлежал к той категории людей, которые должны быть обязательно счастливы и удачливы… а не то начнется кошмар! Они скрывают свое настоящее «я» до тех пор, пока получают все, что им хочется. Но, в сущности, их порочные черты всегда остаются с ними.

Он повернулся к мисс Беннетт.

— И жестокость, я убежден в этом, всегда была частью его натуры. Скорее всего, он был хулиганом в школе. И, безусловно, имел успех у женщин. Женщинам всегда нравились хулиганы. И я осмелюсь сказать, что львиную долю садистских наклонностей он удовлетворял, охотясь на крупных животных. — Старкведдер показал рукой на охотничьи трофеи, развешанные на стенах кабинета.

— Ричард Уорвик наверняка был чудовищным эгоистом, — продолжал он. — Вот каким я представляю его себе, исходя из всех ваших рассказов. Ему нравилось изображать отличного парня, щедрого, удачливого, обаятельного и все такое прочее. — Старкведдер по-прежнему беспокойно ходил по комнате. — Однако порочные черты, без сомнения, всегда были присущи ему. А когда с ним произошел несчастный случай, то его маска просто слетела, и все вы увидели, кем он являлся на самом деле.

Мисс Беннетт встала.

— Я не знаю, какое вы имеете право так говорить, — возмущенно заявила она. — Вы здесь чужой человек, и вы ничего не знаете о нем.

— Права-то я, может, и не имею, однако мне уже удалось узнать о нем довольно много, — парировал Старкведдер. — По какой-то причине всем вам словно не терпится поговорить со мной на эту тему.

— Да, вероятно, это необходимо. Вот ведь и я сейчас разговариваю с вами, — признала она, вновь садясь в кресло. — Все потому, что мы… никто из нас не осмеливается поговорить друг с другом. — Она бросила на него умоляющий взгляд. — Мне бы хотелось, чтобы вы не уезжали, — сказала она ему.

Старкведдер отрицательно качнул головой.

— Я, в сущности, ничем не смог вам помочь, — сказал он. — Единственное, что мне случайно удалось, так это обнаружить труп.

— Погодите, ведь это мы с Лорой обнаружили труп, — возразила мисс Беннетт. Она задумчиво помолчала, а затем вдруг добавила: — Или Лора… неужели вы?.. — Она умолкла, так и не осмелившись задать свой вопрос.