20

Если бы мисс Бауэрс любила производить эффекты, она наверняка получила бы удовольствие. Полковник Рэйс застыл от удивления, потом, опомнившись, взял в руки нитку жемчуга и проговорил:

— Поразительно! Будьте добры — объяснитесь!

— Для этого я и пришла, — мисс Бауэрс уселась поудобнее.

— Я попала в затруднительное положение и не знала, как быть. Семья Ван Скулер боится огласки, но на этот раз у меня не было выбора и, если бы во время обыска жемчуг нашли у меня, все равно мне пришлось бы сказать правду.

— В чем заключается правда? Это вы взяли жемчуг миссис Дойль?

— Ну что вы, полковник! Это не я, а мисс Ван Скулер.

— Мисс Ван Скулер?

— Да. Тут уж ничего не поделаешь, она… ворует вещи. В особенности драгоценности. Поэтому я и нахожусь при ней. Дело вовсе не в ее здоровье. У нее нечто вроде идиосинкразии. Я всегда начеку, и с тех пор, как я при ней, эксцессов не было. Надо быть очень внимательной. И она всегда прячет украденные вещи в свой чулок. Так что все не так уж сложно. Каждое утро я заглядываю в ее чулки. Если замечаю неладное, я ее тотчас же укладываю в постель. На пароходе все сложнее. Хотя обычно она не ворует по ночам, она обычно подбирает забытые вещи, но жемчуг — это ее страсть.

Мисс Бауэрс замолчала.

— Как вы обнаружили жемчуг? — спросил Рэйс.

— Утром я нашла ожерелье в чулке. Я сразу его узнала и пошла в каюту миссис Дойль, чтобы незаметно положить на место, пока пропажу не обнаружили, но у дверей стоял стюард, который объяснил мне, почему туда нельзя войти. Я попала в чрезвычайно затруднительное положение. Понимаете, Ван Скулеры — семейство очень благородное. Будет ужасно, если это дело попадет в газету. Но этого не случится, правда? — спросила мисс Бауэрс тревожно.

— Пока неизвестно, — осторожно ответил Рэйс.

— Мы, разумеется, сделаем для вас все от нас зависящее. Как мисс Ван Скулер ответила вам?

— О, она отпирается, как всегда, — какой-то подлец подкинул. Она никогда не признается. И если поймать ее на месте, она тотчас же послушно идет в постель.

— Мисс Робсон знает об этом гм… пороке?

— Нет. Корнелия так простодушна, ей ничего не сказали. Да и зачем, я вполне могу справиться одна, — добавила мисс Бауэрс.

— Скажите, — заговорил Рэйс очень серьезно, — может быть, у мисс Ван Скулер есть тенденция к маниакальному убийству.

Мисс Бауэрс ответила не задумываясь:

— Нет, нет, упаси бог! Пуаро все-таки попытался выяснить еще кое-что.

Мисс Ван Скулер плохо слышит?

— Да, мсье Пуаро. Когда вы с ней разговариваете, это почти незаметно, но она не слышит, когда входят в комнату.

— Как по-вашему, могла бы она услышать, как кто-то ходит в каюте миссис Дойль, которая рядом с ее каютой?

— Нет, я уверена, что нет. Ведь кровать находится у противоположной стены. Нет, она не могла бы этого услышать.

— Благодарю вас, мисс Бауэрс.

— А теперь, пожалуйста, вернитесь в ресторан, — попросил Рэйс.

Он открыл ей дверь и подождал, пока она спустилась по лестнице. Пуаро взял в руки жемчуг и задумчиво пропустил его между пальцев.

— Мне кажется, — начал Рэйс мрачно, — мы все-таки не можем исключить мисс Ван Скулер из числа подозреваемых. Она могла убить, чтобы завладеть жемчугом. Медсестра могла и не знать.

— По-моему, — рассеянно отвечал Пуаро, все еще занятый ожерельем, — она действительно выглянула из каюты и увидела Розали. Но я не верю, будто она слышала движение в каюте Линнет Дойль. В тот момент ей было не до того.

— Значит, девица Оттерборн была на палубе?

— Да, она выбросила за борт бутылки со спиртным, которые покупает и прячет ее мать.

— Вот как! — сочувственно покачал головой полковник, — тяжело ей, бедняжке.

— Да, ее жизнь не легка.

— Ну, я рад, что тут все ясно. Розали ничего не видела?

— Я ее спрашивал. Она долго молчала и ответила отрицательно.

— Вот как! — полковник оживился.

— Да, это небезынтересно.

— Так, а пока пора приступать к обыску. Пропажа жемчуга все равно хороший повод.

— Да, жемчуг, — задумчиво говорил Пуаро; он поднял нитку к свету, прикоснулся к бусине языком и даже осторожно попробовал на зуб. Потом бросил нитку на стол и со вздохом сказал:

— Нас ждут новые осложнения, мой друг. Я не специалист по драгоценным камням, но в жизни мне пришлось немало Повозиться с ними, поэтому я совершенно уверен в том, о чем сейчас скажу вам. Этот жемчуг очень умелая подделка