Глава 4
Чуть моргнув, Эркюль Пуаро по очереди окинул взглядом обоих мужчин и очень деликатно подавил зевок.
Была половина третьего утра. Его подняли с постели и повезли на полной скорости сквозь тьму на большом «Роллс-Ройсе». Теперь он только что закончил выслушивать рассказ обоих друзей.
— Таковы факты, месье Пуаро, — сказал лорд Мэйфилд.
Он откинулся на спинку кресла и медленно вставил в глаз монокль. Сквозь него на сыщика внимательно и остро воззрился бледно-голубой глаз. И в этом взгляде, кроме прочего, виднелся и неприкрытый скептицизм. Пуаро бросил короткий взгляд на сэра Джорджа Кэррингтона. Этот джентльмен наклонился вперед с почти детской надеждой на лице.
Бельгиец медленно заговорил:
— Да, факты я осознал. Горничная кричит, секретарь выходит, неизвестный соглядатай заходит, чертежи лежат на столе, он хватает их и убегает. Все складывается весьма удобно.
В том, как он произнес последнюю фразу, было нечто, привлекшее внимание лорда Мэйфилда. Он чуть выпрямился, уронив монокль. Что-то насторожило его.
— Простите, месье Пуаро?
— Я говорю, лорд Мэйфилд, что все факты очень удобно сложились — для похитителя. Кстати, вы уверены, что видели именно мужчину?
Лорд Мэйфилд покачал головой:
— Этого я не могу сказать. Это была просто тень. На самом деле я уже почти сомневаюсь, что вообще кого-то видел.
Пуаро перевел взгляд на маршала авиации.
— А вы, сэр Джордж? Вы не могли бы сказать, был это мужчина или женщина?
— Лично я никого не видел.
Пуаро задумчиво кивнул. Затем вдруг встал и подошел к письменному столу.
— Могу вас заверить, что планов здесь нет, — сказал лорд Мэйфилд. — Мы втроем просматривали эти бумаги раз пять.
— Втроем? Вы хотите сказать, что и ваш секретарь тоже?
— Да, Карлайл.
Пуаро внезапно обернулся.
— Скажите мне, лорд Мэйфилд, какая из бумаг лежала сверху, когда вы подошли к столу?
Тот нахмурился, пытаясь вспомнить.
— Минуточку… да, там был черновик докладной записки о расположении наших средств ПВО.
Пуаро ловко подцепил документ и показал его Мэйфилду.
— Этот, лорд Мэйфилд?
Лорд Мэйфилд взял его и бегло просмотрел.
— Да, он.
Пуаро подал его Кэррингтону.
— Вы заметили этот документ на столе?
Сэр Джордж взял его, отодвинул от глаз подальше, затем надел пенсне.
— Да, это он. Я тоже просматривал документы, вместе с Карлайлом и Мэйфилдом. Он лежал сверху.
Пуаро задумчиво кивнул и снова положил бумагу на стол. Мэйфилд посмотрел на него слегка озадаченно.
— Если есть еще вопросы… — начал он.
— Конечно, есть. Карлайл. Карлайл под вопросом!
Лорд Мэйфилд чуть покраснел.
— Пуаро, Карлайл вне подозрений! Он девять лет прослужил моим личным секретарем. Он имеет доступ ко всем моим личным бумагам, и я могу вам сказать, что он спокойно мог бы сделать копию чертежей и скалькировать технические характеристики без всяких проблем, не привлекая внимания.
— Ценю ваше мнение, — сказал Пуаро. — Если бы он был виновен, ему не было бы смысла инсценировать такую топорную кражу.
— В любом случае, — сказал лорд Мэйфилд, — я доверяю Карлайлу. Я за него ручаюсь.
— Карлайл, — угрюмо пробурчал Кэррингтон, — порядочный человек.
Пуаро изящно развел руками.
— А миссис Вандерлин, она непорядочная?
— В ней порядочно непорядочности, — сказал сэр Джордж.
Лорд Мэйфилд сказал уже более спокойно:
— Мне кажется, месье Пуаро, что в… скажем так, деятельности… миссис Вандерлин сомнений нет. Министерство иностранных дел может предоставить вам по этому поводу более точные сведения.
— А горничная, по вашему мнению, не является ли сообщницей своей хозяйки?
— Не сомневаюсь, — сказал сэр Джордж.
— Это предположение правдоподобно, — более осторожно сказал лорд Мэйфилд.
Повисла пауза. Пуаро вздохнул и рассеянно переложил пару бумаг на столе. Затем он сказал:
— Я так понимаю, что эти бумаги стоят денег? То есть за украденные чертежи можно получить большую сумму?
— Если их предложить определенным кругам — то да.
— Например?
Сэр Джордж назвал пару европейских государств.
Пуаро кивнул.
— И об этом все знают, как я понимаю?
— Миссис Вандерлин точно знает.
— Я спросил — все?
— Полагаю, что так.
— Любой, у кого есть мозги, сумеет определить ценность чертежей в звонкой монете?
— Да, месье Пуаро, но… — Лорду Мэйфилду явно было довольно неуютно.
Сыщик поднял руку.
— Я, как у вас говорится, обшарю все закоулки.
Он внезапно снова встал, вышел из стеклянной двери и при помощи фонарика осмотрел траву у дальнего края террасы.
Мужчины наблюдали за ним.
Пуаро вернулся, снова сел и сказал:
— Скажите, лорд Мэйфилд, этот злодей, скрывавшийся в тенях, — вы не организовали погони за ним?
Лорд Мэйфилд пожал плечами:
— Внизу он мог выйти из сада на шоссе. Если его там ждала машина, его уже было бы не поймать…
— Но есть полиция, поисковики Автомобильной ассоциации[899]…
Сэр Джордж перебил его:
— Не забывайте, месье Пуаро, мы не можем позволить, чтобы все это всплыло наружу. Если станет известно, что чертежи украдены, результат очень плохо скажется на нашей партии.
— О да, — сказал Пуаро. — Не следует забывать о La Politique[900]. Необходима величайшая секретность. Но вы посылаете за мной… Ну да, возможно, так проще.
— Вы надеетесь на успех, месье Пуаро? — с некоторым недоверием сказал лорд Мэйфилд.
Маленький бельгиец пожал плечами.
— Почему нет? Надо только поразмыслить. Подумать.
Он немного помолчал, затем сказал:
— Я бы хотел теперь поговорить с мистером Карлайлом.
— Да, конечно. — Лорд Мэйфилд встал. — Я попросил его подождать. Он где-то поблизости.
Он вышел из комнаты.
Пуаро посмотрел на сэра Джорджа.
— Eh bien, — сказал он. — Вернемся к тому человеку на террасе.
— Дорогой месье Пуаро, не спрашивайте меня! Я его не видел и описать не могу.
Пуаро подался вперед.
— Вы уже это говорили. Но теперь немного не так, верно?
— Вы о чем это? — резко спросил сэр Джордж.
— Как бы это сказать? Ваше отрицание более выраженно.
Сэр Джордж начал было говорить, затем закрыл рот.
— Да-да, — подбодрил его Пуаро. — Скажите, вы ведь оба были в конце террасы. Лорд Мэйфилд видит, как какая-то тень выскальзывает из его кабинета и затем бежит по траве. Но почему вы не видели этой тени?
Кэррингтон уставился на него.
— Вы попали в точку, мистер Пуаро. С тех пор меня постоянно тревожил этот факт. Понимаете, я могу поклясться, что никто из кабинета не выходил. Я подумал, что Мэйфилду просто показалось — ну, ветка там закачалась, что-то в этом роде… А потом, когда мы пришли сюда и увидели, что произошла кража, мне начало казаться, что Мэйфилд был прав, а я ошибся. И все же…
Пуаро улыбнулся:
— И все же в глубине души верите своим собственным глазам.
— Вы правы, месье Пуаро, именно так.
Сыщик вновь улыбнулся:
— Очень разумно с вашей стороны.
— Следов на траве нет? — резко спросил сэр Джордж.
Пуаро кивнул:
— Именно так. Лорду Мэйфилду кажется, что он видел тень. Затем происходит кража, и предположение перерастает в уверенность — конечно же! Теперь это не воображение — он действительно видел того человека. Но это не так. Меня лично не очень волнуют следы и прочие такие вещи, но в их отношении у нас все свидетельства отрицательные. На траве следов нет. Вечером был сильный дождь. Если бы кто-нибудь в тот вечер спустился с террасы на траву, следы бы остались.
Сэр Джордж уставился на него:
— Но тогда… тогда…
— Тогда мы должны вернуться к дому. К тем, кто находится в доме.
Он замолк, когда дверь открылась и вошли лорд Мэйфилд с Карлайлом.
Хотя секретарь по-прежнему был очень бледен и взволнован, он худо-бедно сумел взять себя в руки. Надев пенсне, он сел и вопросительно посмотрел на Пуаро.
— Как долго вы пробыли в кабинете до того, как услышали крик, месье?
Карлайл задумался.
— Минут пять-десять, насколько могу припомнить.
— А до того не было ничего необычного?
— Нет.
— Как понимаю, вечеринка по большей части проходила в одной комнате?
— Да, в гостиной.
Пуаро сверился со своим блокнотом.
— Сэр Джордж Кэррингтон с супругой. Миссис Макатта. Миссис Вандерлин. Мистер Реджи Кэррингтон. Лорд Мэйфилд и вы. Все верно?
— Меня самого в гостиной не было. Бо́льшую часть вечера я проработал здесь.
Пуаро обернулся к лорду Мэйфилду.
— Кто первым пошел спать?
— Думаю, леди Джулия Кэррингтон. Вообще-то все три дамы ушли вместе.
— А потом?
— Вошел мистер Карлайл, и я велел ему доставать документы, а мы с сэром Джорджем собирались подойти через минуту.
— Именно тогда вы решили прогуляться по террасе?
— Да.
— В присутствии миссис Вандерлин говорилось что-нибудь насчет того, что вы собираетесь поработать в кабинете?
— Да, упоминалось.
— Но ее не было в комнате, когда вы приказали мистеру Карлайлу достать документы?
— Нет.
— Простите, лорд Мэйфилд, — сказал Карлайл. — Сразу после того, как вы это сказали, я столкнулся с ней в дверях. Она вернулась за книгой.
— Вы считаете, что она могла подслушать?
— Да, я считаю это вполне возможным.
— Она вернулась за книгой, — задумчиво проговорил Пуаро. — Вы нашли ее книгу, лорд Мэйфилд?
— Да, Реджи отдал ее ей.
— Ах да, это то, что вы называете старой удавкой… пардон, старой уловкой, — вернуться за книгой. Она часто оказывается полезной!
— Думаете, она нарочно так сделала?
Пуаро пожал плечами.
— И после этого вы вдвоем вышли на террасу. А миссис Вандерлин?
— Ушла со своей книгой.
— А молодой мистер Реджи? Он тоже пошел спать?
— Да.
— А мистер Карлайл заходит сюда и через пять-десять минут слышит крик. Продолжайте, месье Карлайл. Вы услышали крик и вышли в коридор. Возможно, нам будет проще, если вы сами воспроизведете ваши действия.
Мистер Карлайл немного неуклюже встал.
— Вот я кричу, — любезно помог Пуаро.
Он открыл рот и издал пронзительное блеяние. Лорд Мэйфилд отвернулся, чтобы скрыть усмешку, а мистер Карлайл почувствовал себя очень неловко.
— Allez! Вперед! Марш! — воскликнул Пуаро. — Ваша реплика.
Мистер Карлайл скованно подошел к двери, открыл ее и вышел. Пуаро последовал за ним. Двое мужчин пошли следом.
— Вы закрыли дверь за собой или оставили ее открытой?
— Вот не помню… Думаю, оставил открытой.
— Неважно. Продолжайте.
Держась по-прежнему скованно, мистер Карлайл подошел к основанию лестницы и остановился там, глядя вверх.
Пуаро сказал:
— Вы говорите, та горничная стояла на лестнице. А где именно?
— Примерно посередине.
— И вид у нее был взволнованный.
— Определенно.
— Eh bien, представим, что я горничная. — Пуаро проворно взбежал по лестнице. — Примерно здесь?
— На пару ступенек выше.
— Вот так?
Пуаро принял позу.
— Ну… да… не совсем.
— А теперь?
— Ну, она держалась за голову.
— Ага, за голову. Очень интересно. Вот так? — Пуаро поднял руки и прижал ладони к голове прямо над ушами.
— Да, так.
— Ага! А теперь скажите мне, мистер Карлайл, это ведь хорошенькая девушка?
— Честно говоря, я не заметил.
Голос у секретаря был злой.
— Ага, вы не заметили… Но вы же молодой человек. Неужели молодой человек не видит, хорошенькая девушка или нет?
— Право, мистер Пуаро, я могу только повторить, что не заметил.
Карлайл бросил затравленный взгляд на своего хозяина. Сэр Кэррингтон внезапно издал смешок.
— Месье Пуаро намерен сделать из вас гуляку, Карлайл, — заметил он.
— Лично я всегда замечаю, когда девушка хорошенькая, — заявил Пуаро, спускаясь с лестницы.
Молчание, которым Карлайл ответил на это замечание, было несколько колючим. Пуаро продолжал:
— И именно тогда она рассказала вам сказку о том, что увидела привидение?
— Да.
— Вы ей поверили?
— Вряд ли, мистер Пуаро!
— В смысле, не в привидение. Я хочу сказать — вам не показалось, что девушка и вправду была уверена, что что-то увидела?
— Ну, этого я сказать не могу. Она и правда часто дышала и казалась встревоженной.
— Вы не видели и не слышали ее хозяйку?
— Да вообще-то видел. Она вышла из своей комнаты на верхнюю галерею и позвала: «Леони».
— А потом?
— Девушка побежала к ней, а я вернулся в кабинет.
— Пока вы стояли под лестницей, кто-нибудь мог зайти в дверь, которую вы оставили открытой?
Карлайл покачал головой.
— Только если бы прошел мимо меня. Дверь в кабинет находится в конце коридора, как сами видите.
Пуаро задумчиво кивнул. Мистер Карлайл продолжал четко и размеренно:
— Должен сказать, я очень благодарен лорду Мэйфилду, который увидел вора, покидающего кабинет через окно. Иначе я оказался бы в очень неприятном положении.
— Глупости, дорогой мой Карлайл, — нетерпеливо вмешался лорд Мэйфилд. — Вы вне подозрений.
— Очень любезно с вашей стороны, лорд Мэйфилд, но факты остаются фактами, и я прекрасно понимаю, что они складываются не в мою пользу. В любом случае я надеюсь, что мои вещи и я сам будут обысканы.
— Чушь, дорогой мой друг, — сказал лорд Мэйфилд.
— Вы серьезно этого хотите? — пробормотал Пуаро.
— Я был бы весьма обязан.
Пуаро задумчиво смотрел на него пару минут, затем пробормотал:
— Понимаю.
Затем он спросил:
— Где находится комната миссис Вандерлин относительно кабинета?
— Прямо над ним.
— И окно выходит на террасу?
— Да.
Пуаро снова кивнул. Затем сказал:
— Идемте в гостиную.
Там он обошел комнату, проверил запоры на окнах, глянул на листки с подсчетом очков на столике для бриджа и наконец обратился к лорду Мэйфилду.
— Это дело, — сказал он, — сложнее, чем кажется. Но одно совершенно ясно — похищенные бумаги не покидали этого дома.
Лорд Мэйфилд уставился на него.
— Однако, дорогой мой Пуаро, человек, которого я видел выходящим из кабинета…
— Не было никакого человека.
— Но я его видел…
— При всем уважении, лорд Мэйфилд, вам показалось, что вы его видели. Вас обманула тень от ветки дерева. А тот факт, что были похищены бумаги, лишь утвердил вас в том, что вы что-то видели.
— Но, мистер Пуаро, я же собственными глазами…
— Мои глаза против твоих, старина, — встрял сэр Джордж.
— Позвольте мне, лорд Мэйфилд, в этом отношении высказаться с полной определенностью. Никто не спускался с террасы на траву.
Мистер Карлайл, очень бледный и скованный, сказал:
— В этом случае, если месье Пуаро прав, то подозрение автоматически падает на меня. Только я мог совершить похищение.
Лорд Мэйфилд вскочил.
— Ерунда! Что бы там ни думал месье Пуаро, я с ним не согласен! Я уверен в вашей невиновности, мой дорогой Карлайл. Я готов поклясться в вашей невиновности!
— Но я же не говорил, что подозреваю мистера Карлайла, — смиренно промурлыкал Пуаро.
Карлайл ответил:
— Нет, но вы совершенно ясно показали, что никто другой не имел шанса совершить это преступление!
— Du tout! Du tout!
— Но я сказал вам, что никто не проходил мимо меня по коридору, чтобы войти в дверь кабинета.
— Согласен. Но кто-то мог войти в окно.
— Но вы только что сказали, что этого не было?
— Я сказал, что никто снаружи не мог войти и выйти, не оставив следов на траве. Но это можно было сделать изнутри дома. Кто-то мог выйти из этой комнаты через окно, проскользнуть по террасе, проникнуть в кабинет и снова вернуться сюда.
Мистер Карлайл возразил:
— Но ведь на террасе были лорд Мэйфилд и сэр Джордж Кэррингтон!
— Да, они были на террасе, но они прогуливались. На глаза сэра Джорджа Кэррингтона можно положиться, — Пуаро слегка поклонился, — но они у него не на затылке. Окно кабинета находится в крайнем левом конце террасы, дальше находятся окна этой гостиной, но терраса тянется направо вдоль одной, двух, трех, возможно, четырех комнат?
— Столовая, бильярдная, малая столовая и библиотека, — сказал лорд Мэйфилд.
— И сколько раз вы прошли взад-вперед по террасе?
— Как минимум пять-шесть раз.
— Вы сами видите, что вору нужно было только выгадать нужный момент!
— Вы хотите сказать, что пока я был в коридоре и разговаривал с горничной, вор дожидался в гостиной? — медленно проговорил Карлайл.
— Это предположение. Это, конечно же, только предположение.
— Мне оно не кажется достаточно вероятным, — сказал лорд Мэйфилд. — Слишком рискованно.
Маршал авиации колебался.
— Я не согласен с тобой, Чарльз. Это очень даже вероятно. Как только я сам не додумался!
— Теперь вы понимаете, — сказал Пуаро, — почему я уверен, что чертежи до сих пор находятся в доме. Проблема в том, чтобы найти их.
Сэр Джордж фыркнул:
— Это довольно просто. Обыскать всех.
Лорд Мэйфилд хотел было не согласиться, но Пуаро успел заговорить первым:
— Нет-нет, все не так просто. Тот, кто похитил чертежи, будет ожидать обыска и постарается, чтобы их не нашли среди его или ее вещей. Они будут спрятаны на нейтральной территории.
— Вы предлагаете нам поиграть в прятки по всему особняку?
Пуаро улыбнулся:
— Нет-нет, мы не будем доходить до такого. Мы сможем найти место, где спрятаны бумаги (или вычислить виноватого) путем логических умозаключений. Это облегчит дело. Утром я хотел бы побеседовать с каждым человеком в доме. Мне кажется, будет неразумным делать это прямо сейчас.
Лорд Мэйфилд кивнул.
— Вызовет слишком много пересудов, — сказал он, — если мы вытащим всех из постели в три часа ночи. В любом случае вам придется действовать очень осторожно, месье Пуаро. Суть дела не должна всплыть на поверхность.
Сыщик беспечно взмахнул рукой.
— Предоставьте это Эркюлю Пуаро. Моя ложь всегда тонка и убедительна. Значит, утром я продолжу расследование. Но сегодня я должен начать с вас, сэр Джордж, и вас, лорд Мэйфилд. — Он поклонился обоим.
— То есть каждого — поодиночке?
— Это я и имел в виду.
Лорд Мэйфилд чуть закатил глаза, затем сказал:
— Конечно. Оставляю вас наедине с сэром Джорджем. Когда я вам понадоблюсь, вы найдете меня в кабинете. Идемте, Карлайл.
Они с секретарем вышли, закрыв за собой дверь.
Сэр Джордж сел, механически потянулся за сигаретой и с озадаченным видом повернулся к Пуаро.
— Видите ли, — медленно произнес он, — я не понимаю…
— Это объясняется очень просто, — сказал Пуаро с улыбкой. — В двух словах, точнее говоря. Миссис Вандерлин.
— О, — сказал Кэррингтон, — Думаю, я понял. Миссис Вандерлин?
— Именно. Понимаете ли, было бы не очень вежливо задать лорду Мэйфилду тот вопрос, который я хотел бы ему задать. Почему миссис Вандерлин? Известно, что эта леди — подозрительная личность. Но почему она тогда здесь? Я говорю себе — есть три объяснения. Первое — лорд Мэйфилд неравнодушен к этой леди, и вот почему я хочу поговорить с вами наедине, не хочу смущать его. Второе — миссис Вандерлин дорога кому-то еще из обитателей этого дома.
— Меня можете вычеркнуть, — ухмыльнулся сэр Джордж.
— Тогда, если оба предположения неверны, вопрос становится вдвойне критическим. Почему миссис Вандерлин находится здесь? Мне кажется, что я вижу некую тень ответа. И этот ответ — причина. Ее присутствие именно на этом вечере определенно было нужно лорду Мэйфилду по какой-то особой причине. Я прав?
Сэр Джордж кивнул.
— Вы совершенно правы, — сказал он. — Мэйфилд слишком старый стреляный воробей, чтобы попасть в ее сети. Он хотел ее присутствия совсем по другой причине. Дело в этом.
Он пересказал ему разговор, который состоялся за обеденным столом. Пуаро слушал очень внимательно.
— А, — сказал он. — Теперь я понимаю. Тем не менее похоже, что эта леди побила вас вашим же оружием весьма ловко!
Сэр Джордж от души выругался.
Пуаро посмотрел на него с некоторым изумлением, затем сказал:
— Вы не сомневаетесь, что эта кража — ее рук дело, то есть что за этим стоит она, невзирая на то, сыграла она или нет активную роль в самом похищении?
Сэр Джордж уставился на него.
— Конечно! В этом нет никаких сомнений. Да кому еще нужно было красть эти чертежи?
— Ага! — сказал Эркюль Пуаро. Он откинулся в кресле и уставился в потолок. — И все-таки, сэр Джордж, четверть часа назад мы пришли к выводу, что эти чертежи определенно стоят денег. Конечно, это не банкноты, не золото и не драгоценности, но тем не менее это потенциальные деньги. Если бы кто-то оказался в затруднительном положении…
Собеседник фыркнул:
— А у кого сегодня нет проблем с деньгами? Полагаю, могу сказать это откровенно, не подвергая себя обвинению в преступлении.
Он улыбнулся Пуаро, и тот вежливо улыбнулся в ответ и пробормотал:
— Mais oui[901], вы можете говорить что угодно, поскольку вы, сэр Джордж, имеете в этом деле безупречное алиби.
— Но у меня самого проблемы с деньгами!
Пуаро печально покачал головой.
— Да, действительно, человеку в вашем положении приходится нести большие расходы. К тому же у вас молодой сын в весьма затратном возрасте…
Сэр Джордж застонал.
— Образование и так дорого стоит, а тут еще и долги… Но вы не подумайте, он неплохой парень.
Пуаро слушал маршала авиации с сочувствием. Недостаток мужества и стойкости у молодого поколения, невероятное попустительство детям со стороны матерей, которые постоянно принимают их сторону, проклятие азартной игры — а стоит только женщинам подцепить эту заразу, они буквально сходят с ума и рискуют ставками, которые не могут себе позволить… Все это излагалось в общих словах — сэр Джордж не говорил напрямую о жене или сыне, — но его природная открытость делала его слова достаточно прозрачными.
Внезапно он замолк.
— Простите, я не должен был отнимать у вас время посторонними разговорами, особенно в такой час ночи — вернее, уже утра… — Кэррингтон подавил зевок.
— Думаю, сэр Джордж, вам надо пойти лечь спать. Вы были очень добры и помогли мне.
— Да, пойду-ка я посплю. Вы правда думаете, что есть шанс вернуть чертежи?
Пуаро пожал плечами:
— Я намерен попытаться. Не вижу причин, почему бы и нет.
— Хорошо, я пошел. Доброй ночи.
Он вышел из комнаты.
Пуаро остался сидеть, задумчиво глядя в потолок. Затем он достал маленький блокнот и, открыв чистую страницу, написал:
Миссис Вандерлин?
Леди Джулия Кэррингтон?
Миссис Макатта?
Реджи Кэррингтон?
Мистер Карлайл?
Ниже он приписал:
Миссис Вандерлин и мистер Реджи Кэррингтон?
Миссис Вандерлин и леди Джулия?
Миссис Вандерлин и мистер Карлайл?
Сыщик недовольно покачал головой, пробормотав:
— C’est plus simple que ça[902].
Затем он добавил несколько коротких предложений:
Действительно ли лорд Мэйфилд видел «тень»? Если нет, то почему он сказал, что видел? Видел ли что-нибудь сэр Джордж? Он категорически утверждает, что не видел ничего ПОСЛЕ того, как я обследовал клумбу.
Примечание: лорд Мэйфилд близорук, может читать без очков, но чтобы увидеть что-то на той стороне комнаты, ему приходится пользоваться моноклем. Сэр Джордж дальнозоркий. Таким образом, если мы говорим о дальнем конце террасы, то на его зрение можно положиться больше, чем на зрение лорда Мэйфилда. Однако лорд Мэйфилд категорически уверен, что ВИДЕЛ что-то, и даже заверения его друга не могут его поколебать.
Может ли кто-нибудь быть выше подозрений, каким кажется мистер Карлайл? Лорд Мэйфилд горячо отстаивает его невиновность. Слишком горячо. Почему? Потому что он тайно подозревает его и стыдится своих подозрений? Или потому что он четко подозревает кого-то другого? То есть кого-то, КРОМЕ миссис Вандерлин?
Пуаро отложил блокнот. Затем, встав, отправился в кабинет.