Глава 16

Джордж Кроссфилд нерешительно задержался, наблюдая за женской спиной, исчезающей в дверном проеме. Потом он кивнул и двинулся следом.

Упомянутая дверь вела в магазин, прекративший функционировать по причине банкротства. За стеклами витрин было удручающе пусто. Дверь была закрыта, и Джордж постучал. Ему открыл молодой человек в очках с туповатой физиономией.

— Извините, — заговорил Джордж, — но мне показалось, что сюда только что вошла моя кузина.

Молодой человек шагнул назад, и Джордж вошел внутрь.

— Хэлло, Сьюзен, — поздоровался он.

Сьюзен, стоящая на ящике и что-то измеряющая складным футом, удивленно обернулась.

— Хэлло, Джордж. Откуда ты взялся?

— Увидел твою спину и сразу понял, что она принадлежит тебе.

— Какая догадливость! Не думала, что по спине можно так легко кого-то узнать.

— Куда легче, чем по лицу. Достаточно приклеить бороду, засунуть вату за щеки, изменить прическу, и тебя никто не узнает, но лучше не поворачиваться к людям спиной.

— Постараюсь запомнить. А вот ты можешь запомнить семь футов пять дюймов, пока я не запишу?..

— Конечно. Это что — книжные полки?

— Нет, кубатура. Восемь футов девять дюймов на три и семь…

Молодой человек в очках, переминавшийся с ноги на ногу, виновато кашлянул.

— Простите, миссис Бэнкс, но если вы хотите остаться здесь еще на некоторое время…

— Да, хочу, — ответила Сьюзен. — Если вы дадите мне ключи, я запру дверь и верну их в офис, когда окажусь рядом. Хорошо?

— Да, благодарю вас. Дело в том, что сегодня утром у нас много работы, а людей не хватает…

Сьюзен приняла неоконченное извинение, и молодой человек вышел на улицу.

— Хорошо, что мы от него избавились, — сказала Сьюзен. — Агенты по продаже недвижимости всегда болтают, когда я подсчитываю.

— Ага! — подхватил Джордж. — Убийство в пустом магазине! Как бы пялились прохожие на мертвое тело молодой красивой женщины, выставленное в витрине!

— У тебя нет причин убивать меня, Джордж.

— Ну, я получил бы четверть твоей доли дядиного состояния. Для того, кто любит деньги, это недурная причина.

Сьюзен прекратила измерения и, прищурившись, посмотрела на него:

— Как странно! Ты выглядишь совсем другим человеком, Джордж.

— В каком смысле?

— Как в рекламном проспекте. «Вот так выглядит человек, которого вы видели на предыдущей странице, после приема лечебной соли Аппингтона».

Она села на другой ящик и закурила сигарету.

— Должно быть, Джордж, ты здорово нуждался в твоей доле денег дяди Ричарда.

— В наши дни никто не может сказать, что не нуждается в деньгах, — беспечно отозвался Джордж.

— Ты сидел на мели, верно? — допытывалась Сьюзен.

— Не думаю, что это тебя касается.

— Мне просто интересно.

— Ты арендуешь этот магазин под офис?

— Я покупаю весь дом.

— Со всеми пожитками?

— Да. Два верхних этажа занимали квартиры. Одна пуста и продается вместе с магазином, а другую я выкупаю у жильцов.

— Приятно иметь денежки, не так ли, Сьюзен?

В голосе Джорджа послышалась злая усмешка, но Сьюзен спокойно ответила:

— Для меня это было чудом. Прямо ответ на мои молитвы.

— Разве молитвы убивают пожилых родственников?

Сьюзен не обратила внимания на эти слова.

— Дом подходит мне во всех отношениях. Во-первых, это хороший образец архитектуры своего периода. Жилые помещения наверху я могу превратить в нечто уникальное. Там два прекрасных лепных потолка, да и комнаты превосходной формы. А нижний этаж, который уже переделывался, придется полностью модернизировать.

— Ну и что здесь будет? Ателье?

— Нет, салон красоты. Препараты из трав, кремы для лица и тому подобное. Это всегда было прибыльным делом. Нужна только индивидуальность, которую я могу обеспечить.

Джордж окинул кузину оценивающим взглядом. Его восхищали ее энергичное лицо, чувственный рот, гладкая кожа. Он ощущал в Сьюзен то трудноопределимое качество, которому всегда сопутствует успех.

— Да, — промолвил Джордж. — Думаю, Сьюзен, ты своего добьешься и вернешь с прибылью все, что истратишь на это предприятие.

— Дом находится на торговой улице, а у дверей можно парковать машину.

Джордж снова кивнул:

— Ты давно обдумывала этот план?

— Больше года.

— Почему же ты не обратилась к старику Ричарду? Он мог бы финансировать твой проект.

— Я обращалась.

— И он не пошел тебе навстречу? Странно. По-моему, ему следовало распознать в тебе собственную деловую хватку.

Сьюзен не ответила, и мысленному взору Джорджа представился худощавый, нервозный молодой человек с настороженным взглядом.

— А какую роль ты отведешь твоему… как его… Грегу? — осведомился он. — Надеюсь, он перестанет торговать порошками и пилюлями?

— Конечно. Позади дома будет лаборатория. Мы создадим собственные формулы для кремов и других косметических препаратов.

Джордж с трудом сдержал усмешку. Ему хотелось сказать: «Выходит, малыш получит свою игрушку», но он промолчал. Джордж с удовольствием поддразнил бы кузину, но он ощущал, что с чувствами Сьюзен к ее мужу следует обходиться крайне осторожно. Они имели все признаки взрывчатого вещества. Как и в день похорон, Джордж снова подумал о Грегори. Этот парень какой-то странный. Внешне невзрачный, но что-то в нем приковывает внимание…

Джордж вновь посмотрел на спокойную и торжествующую Сьюзен.

— Из всей семьи ты одна — истинная Эбернети, — сказал он. — Жаль, что старый Ричард был предубежден против женского пола. Уверен, что, будь ты парнем, он оставил бы тебе все деньжата.

— Пожалуй, — медленно произнесла Сьюзен и добавила после паузы: — Правда, ему не нравился Грег…

— Вот как? — Джордж поднял брови. — Ну, всем свойственно ошибаться. Как бы то ни было, теперь все идет хорошо — согласно плану…

Внезапно он осознал, что эти слова особенно применимы к Сьюзен, и ему стало не по себе. Джордж не питал особого пристрастия к хладнокровным и деловитым женщинам.

— Между прочим, — осведомился он, дабы переменить тему, — ты получила письмо от Элен? Насчет «Эндерби»?

— Да, сегодня утром. А ты?

— Тоже. Ну и что ты намерена делать?

— Мы с Грегом не возражали бы поехать туда через уик-энд — если это подойдет остальным. Кажется, Элен хочет собрать всех вместе.

— Иначе кому-то достанется более ценная мебель, чем другим? — ухмыльнулся Джордж.

Сьюзен рассмеялась:

— Полагаю, все вещи уже оценены. Но оценка имущества для утверждения завещания всегда ниже его стоимости в открытой продаже. Кроме того, мне бы хотелось взять кое-что на память об основателе семейного благополучия. Думаю, было бы забавно поместить в этом доме парочку нелепых и очаровательных образчиков викторианской эпохи. Сейчас этот период входит в моду. Например, в гостиной стоял зеленый малахитовый столик. Вокруг него можно создать целую цветовую гамму. Может, стоит прибавить игрушечных колибри и венок из восковых цветов. Это будет создавать тон.

— Доверяю твоему суждению.

— Ты тоже приедешь туда?

— Конечно, хотя бы понаблюдать, что игра ведется честно.

Сьюзен снова засмеялась.

— На что поспорим, что там разразится грандиозный скандал?

— Розамунд, возможно, захочет твой малахитовый столик в качестве театрального реквизита.

На сей раз Сьюзен нахмурилась.

— Ты недавно видел Розамунд?

— Я не видел Прекрасную Розамунд[1419] с тех пор, как мы все вместе возвращались с похорон в вагоне третьего класса.

— А я видела ее один-два раза. Она… кажется довольно странной.

— В каком смысле? Пытается думать?

— Нет. Она кажется… ну, расстроенной.

— Из-за того, что унаследовала кучу денег и сможет поставить ужасающую пьесу, в которой Майкл в очередной раз будет выглядеть ослом?

— Постановка уже готовится, конечно, пьеса наверняка жуткая, но она может иметь успех. Майкл ведь неплохой актер. На сцене он недурно смотрится — не то что красивая, но бездарная Розамунд.

— Бедная Розамунд!

— В то же время она не так глупа, как кажется. Иногда Розамунд обнаруживает немалую проницательность — подмечает такое, на что вроде бы и не в состоянии обратить внимание. Это даже смущает…

— Совсем как наша тетя Кора.

— Пожалуй…

При упоминании о Коре Ланскене обоим стало не по себе.

После паузы Джордж осведомился нарочито беспечным тоном:

— Кстати, о Коре — как насчет ее компаньонки? Думаю, что-то нужно для нее сделать.

— Сделать? О чем ты?

— Ну, это в какой-то степени семейный долг — ведь Кора была нашей тетей, и мне пришло в голову, что этой женщине будет нелегко найти новое место.

— Тебе пришло в голову? Любопытно.

— Люди дрожат за собственную шкуру. Конечно, они вряд ли подумают, что эта мисс Гилкрист порешит их топором, но в глубине души будут опасаться, что она принесет им несчастье. Суеверие — страшная вещь.

— И давно ты стал думать о подобных вещах, Джордж?

— Ты забываешь, что я юрист, — сухо ответил Джордж. — Мне приходится часто сталкиваться со странным и нелогичным поведением. Я просто хочу сказать, что мы должны как-то помочь этой женщине — выделить ей небольшое содержание или найти для нее место в каком-нибудь офисе, если она способна выполнять такую работу. Мне кажется, нам следует поддерживать с ней контакт.

— Тебе незачем беспокоиться, — сказала Сьюзен. В ее голосе слышалась ирония. — Я уже обо всем позаботилась. Она переехала к Тимоти и Мод.

Джордж выглядел удивленным.

— По-твоему, это разумно?

— Это лучшее, что я могла придумать — в тот момент.

Джордж с любопытством посмотрел на нее:

— Ты очень уверена в себе, не так ли, Сьюзен? Ты знаешь, что делаешь, и… не испытываешь сожалений.

— Испытывать сожаления — пустая трата времени, — беззаботно отозвалась Сьюзен.