Первое воспоминание

Ева

Она лежала в своей клетке и, прикрыв глаза, вспоминала. Не самое приятное дело, но ведь воспоминания накатывали сами собой, попробуй им воспротивься. Наверное, пройти этот этап было необходимо – и тогда, в детстве, и в подростковый период, и сейчас, когда она уже вполне оформилась как самостоятельный и готовый к познанию человек.

Она снова видела своё прошлое – тот момент, когда решила, что именно война будет её будущим. Тогда Высокогорье было лишь небольшим, пусть и значимым королевством. Настолько значимым, что его усиление уже начинало беспокоить соседей. В первую очередь, как ни странно, обеспокоился Сахиль, огромное степное государство, которое до того не слишком интересовалось делами западной части материка. Но когда дракская держава стала драконьей и окрепла – напряглось.

Сперва Сахиль попытался подгрести под себя династию Кристальных. И в этом деле им бестолково «помог» брат Евы, Эгелий, молодой и любвеобильный дракон, на какой-то момент решивший, что ему, такому красавцу, одной жены мало. Обзаведясь супругой из числа дракай, он заинтересовался также и дочерью сахильского правителя. И тут уж правитель вцепился в перспективного зятя обеими руками. И дочку за него поспешно выдал, и свои претензии заявил.

Он тягался с королём Высокогорья, отцом Эгелия и Евы, и королевским братом, самым блистательным и опытным дипломатом драков, до последнего предела. Вот только противостояли ему политики такого же высокого уровня. И в итоге интрига не получилась. Пришлось уступить, принять менее сладкие условия, чем хотелось. Смириться.

Увы, ненадолго. Как только у сахильского правителя окрепли руки, он немедленно выставил войско.

На поле боя Ева прибыла на спине старшего брата, наследника престола Высокогорья и истинного дракона от рождения, принца Дия, который к тому моменту уже показал себя толковым и разумным парнем. Потому отец и мама согласились взять его с собой в сражение. Брать Еву никто не соглашался, но она так-то и не планировала интересоваться их мнением. Ну а зачем, если оно совершенно не сочетается с её устремлениями?

Брат тогда закатил глаза, предсказал, что кому-то крепко прилетит по жопе, но согласился доставить сестру на место. И, разумеется, сделать вид, будто он тут совсем ни при чём. Дий планировал озаботить нескольких гвардейцев без устали следить за сестрой и всё, вроде бы, продумал – сестра прочла эту идею по его глазам. Только вот она тоже была не лыком шита. И наверняка знала, кто именно будет за ней присматривать. Так что улизнуть от назойливого внимания ей не составило большого труда. Куда сложнее было сделать так, чтоб её не заметили родители. Но всё же сумела затаиться как можно ближе к тому месту, где предстояло произойти беседе чародеев и представителей Сахиля.

Интересно было послушать!

Мама в облаке пламени спустилась последней – Ева знала, что на этом настаивал отец. Король Арий одобрительно покосился в её сторону, лишь на миг, чтоб не отвлечься от сахильских магов, напряжённо следивших за каждым движением королевской пары. Их дочка сама пряталась как могла, но и отступать не собиралась. Так что в итоге расслышала почти всю беседу.

Сахилец напирал на то, что прав на объединённый престол материка имеет значительно больше, чем Арий, что драк не может править обычными людьми. И он готов к переговорам только в том случае, если король Высокогорья и Равнины немедленно и во всеуслышание признает своим прямым наследником сына принца Эгелия от его дочери Мире.

– Это абсурд, – холодно отозвался Арий. – И невозможно ни по каким законам. Эгелий – мой третий ребёнок и пятое дитя в семье. Но даже если бы он был старшим, передача короны через поколение без веских на то оснований немыслима в принципе.

– Даже если это спасёт страну от уничтожения? Или самое меньшее – от обезлюдения?

– Не надо быть столь самоуверенным, – медленно произнесла мама. Вроде бы спокойно. Но в голосе королевы была та сила, которой она и в самом деле обладала. Просто редко демонстрировала.

Сахильский правитель перевёл на неё взгляд, а потом посмотрел и на принцессу Лару Миэр, представителя союзной династии Миэр – потому она и оказалась в числе переговорщиков. Слегка изогнул губы. Всё-таки чувствовалось то, что в Сахиле положение женщин было несколько иным, чем на Равнине или у драков. Да, их и там было мало, меньше, чем мужчин, были в ходу полиандрические браки, но только в бедных и средних слоях. Богачи и обладающие властью вельможи, бывало, брали себе и двух, и трёх жён – это считалось верхом престижа и значимости мужчины. Да к тому же представительниц слабого пола держали в стороне от управления, считая, что потенциальной матери следует о рождении детей в первую очередь думать. Не расходовать свои силы на то, чем вполне способны заниматься мужчины. Даже магии обучали неохотно и лишь в тех случаях, если необузданные силы грозили вырваться на свободу.

– Я вас понимаю, высокочтимая дама, – сказал он. – Я слышал о силе предстательниц. Но даже очень могущественная дама на поле боя – не воин.

– Да, всего лишь воительница, – любезно ответила королева Агата.

– Неразумно угрожать предстательницам, – произнёс Арий. – Как и в целом членам моей семьи.

– Не мы пришли на вашу землю, а вы к нам!

– Разве вы ждали чего-то другого после того как взяли привычку красть и продавать у себя наших женщин? – процедил сквозь зубы Дий, старший сын короля и в силу возраста чуть более горячий, чем отец.

– Мужчины Сахиля имеют право жениться на девицах с Равнины. Что они и делали.

– Перед тем выставив их на аукцион, как скот?

Сахилец усмехнулся.

– Разве каждая женщина не желает себе в мужья мужчину побогаче? Вот на аукционе они и показывают, насколько состоятельны.

Король коротко взглянул на наследника, и тот, хоть его и перекосило, не рванулся отвечать. Удержал себя в руках.

– Вы все прекрасно понимали, чем закончится подобное ваше решение.

Его оппонент демонстративно скрестил руки на груди.

– Полагаю, говоря всё это, вы учитываете, что армия Сахиля в разы больше той, которой располагает Высокогорье?

Арий оставался бесстрастным. Конечно, Ева видела его только со спины, но судя по тому, как он держался, слова противника либо его не обеспокоили, либо же он не подал вида. Ева склонялась к первому варианту. Уж её отец – не тот правитель, который кидается в бой, не разведав обстановку. А значит, он точно извещён о том, сколько именно бойцов ждёт его армию по ту сторону поля.

– Не всегда исход боя решает численность, – ответил он, помедлив.

– Вы уповаете на троих драконов своей семьи и двух талантливых дам? – Сахилец вскинул голову. – Ну что ж, посмотрим, чья возьмёт. Ещё, глядишь, я возьму третьей женой вашу дочь-драконицу.

И отвернулся к своим, первым прекращая беседу. «Ах ты, мразь! – подумала Ева, вспоминая свою сестру Летицию, которая действительно обладала драконьим обликом и оттого с младенчества считалась самой завидной невестой Высокогорья. Но это нельзя было назвать преимуществом. Безотрывное внимание мужчин к ней напрягало не только её венценосных родителей и старших братьев, но и её саму. – Я тебе покажу Летти! Своими идеями подавишься, мразь!»

Ева попятилась, прячась за спины гвардейцев. Она прекрасно понимала, что сейчас, когда переговоры завершились, старший брат постарается отыскать её и передать под опеку охраны. А значит, если она собирается сама распоряжаться собой в этой ситуации, то надо бодренько прятаться там, где он не будет ожидать. Скажем, у походного арсенала. Разумеется, под рукой имелся такой, и не один. Как раз сейчас там кипела работа. Нужно было подготовить и брони на замену, и запасное оружие, и, разумеется, стрелы, болты и пули для пращей и первых экземпляров огнестрельного оружия.

Именно там она отыскала подходящую броньку, которую натянула поверх своей тонкой кольчужки. Бронька была, конечно, не женская, рассчитана, видимо, на пацана-вестового, так что оказалась совсем лёгонькой. Но девушка и не была так наивна, чтоб считать, будто сможет сунуться в самую сшибку, в общество тяжеловооружённых мужиков. Доспешек был ей нужен на самый крайний случай, мало ли какой-нибудь шальной удар вскользь прилетит.

Обзавелась всем нужным – и тут же снова убралась прочь. До начала сражения ей следовало перемещаться с точки на точку, если она не хотела попасться в руки бойцов брата. А она совершенно не хотела. Посмотреть бой со стороны, из строго безопасного места она могла бы и по магическому голопроектору. Дома.

Так что первоначальный обстрел застал её возле фургонов с боеприпасами. Тут же сформировала незримый щит и присела за колесо, как учили: магически прикрыться, обеспечить безопасность с тыла и флангов, осмотреться, оценить ситуацию. Заметила рядом мужиков с многострельными арбалетами, растянула защиту и на них тоже.

– Дари́мо, – по-южному поблагодарил её ближайший и заулыбался сквозь густо припылённую бородку. И сам он был настолько запачканным, словно его по земле физиономией возили. – А ты чего не со своими?

– Со своими? – И тут же сообразила, что он имел в виду. Принял её за магичку из отряда поддержки. Ну что ж, логично. – Решила, что тут буду нужнее.

– А тебе что, самой позволили решать? – буркнул ещё один боец, который, пользуясь наличием защиты, выскочил из-за фургона, пристроил поудобнее своё увесистое оружие и прицельно выпустил полный заряд из первого арбалета. Сразу схватился за второй.

– Типа того.

– Ну-ну… Фантазёрка… В укрытие!

Сама девушка среагировала машинально – отпрянула дальше за фургон, не ослабляя, впрочем, щита. Спустя пару мгновений по её простенькой магической преградке пришёлся каменный шквал, и с коротким визгом она потеряла связь со структурой. Та, естественно, схлопнулась, так что от атаки её и мужчин вокруг прикрыло только транспортное средство. Да ещё пара воздетых над головой совершенно банальных щитов.

– Вот так, – рыкнул один из бойцов, а потом выдал длинную площадную тираду, от которой принцессу с непривычки заметно передёрнуло. На неё воззрились с удивлением и беспокойством. – Чего, зацепило?

– Нормально всё! – отмахнулась она и вскочила, раздражённая, что показала себя не так, как рассчитывала. Немедленно обновила щит, но теперь сделала его хитрее и, надеялась, мощнее. – Прикрываю.

– Парни, вперёд, – скомандовал старший в отряде. – Двигаем.

И Ева пристроилась с ними – ну хотя бы потому, что должна же она поддерживать защитную магию над теми, за кого уже взялась отвечать. К тому же она более или менее помнила теорию о том, как следует действовать в составе группы… А спустя несколько минут стало уже попросту и некуда выбираться – удар обрушился именно на их фланг, и бойцы справа и слева прикрывали теперь не только себя, но и её.

Она делала то, что должна была и что могла. Голова была полностью свободна от мыслей, действовали полученные в ходе обучения рефлексы – всё именно так, как объяснял ей наставник военного дела. И в тот момент, когда вокруг них завязался натуральный вихрь чародейства и снарядов из лёгких баллист, что создало по-настоящему опасную угрозу, Ева взялась за дело на пределе сил. Итак, сначала следовало защитить себя, потому что если камень прилетит ей по маковке, чародействовать будет уже некому. Потом прикрыть того или тех, кто к ней ближе всего, потому что именно их защита может оказаться для мага критично важной. Ведь они её в свою очередь обороняют.

А потом уже всё остальное.

– Твою мать! – простонал боец слева, когда огненно-каменный шквал стих, а у Евы почти иссякли силы. – Мать твою через колено, дойки на кулак, вот влипли…

– Кто о чём, – зашевелился справа ещё один. – А ты всё об одном.

– Значит, живой пока.

– Ой, мамочки, – пискнули чуть в стороне, и из-под завалившегося плетёного щита, который должен был держать земляную часть укрепления, но оказался сорван с места, показалась голова девчонки, судя по форме – из санитарного отряда. – Ой, батюшки, что ж это…

– Придавило? – Ева, не разгибаясь, вскарабкалась к ней на насыпь. – Ногой можешь пошевелить?

– Она-то нормально червячится, – простонал парень рядом с девчонкой. – А вот мне что-то не особо…

– Вылезай! Давай, живо! – Принцесса поспешно подставила плечо под плетёную конструкцию. – Давай! Если снова прилетит, накроет всех нахрен. Вон ту палку бери, вставляй под плиту.

– Мамочки!..

– Нет тут мамочки! Шевелись, его надо вытащить! Палку вставила? Теперь плечом её, плечом подтолкни вверх.

– Ой, не могу!

– Через «не могу»! Если не получается, просто подставь спину. Вот так… – Ева отпустила плетёнку и под аккомпанемент девичьих охов метнулась к парню. Подхватила его под плечи и потянула на себя. Тот слышно скрипнул зубами, но удержался от крика. Принцесса вытащила пострадавшего, уложила рядышком на насыпи. – Можешь отпускать.

И принялась щупать его ноги и поясницу. К ней подползла и девчонка, волоча за собой сумку с лечебными средствами и бинтами.

– Что там? – Она шмыгнула носом.

– Переломов не чувствую. Парень, ногами пошевели… Ага, есть. Похоже, просто сильный ушиб.

– Да, жить буду, – процедил тот сквозь зубы. – Но, боюсь, на себе никого не утащу.

– Тебя кто-нибудь утащит! – отрезала Ева и огляделась в поисках ещё кого-нибудь не просто выжившего, но и дееспособного. – А ты ползи вон к тем мужикам, их осколками посекло, – бросила она девушке и кивнула ей на бойцов, с которыми до того чародействовала рядом.

Растерянная медичка беспрекословно подчинилась, тут же заторопилась к пострадавшим. Впрочем, один из них, похоже, был не сильно ранен, потому что уже приподнялся и сам возился со своей ногой.

Нужно было собирать вокруг себя уцелевших.

Она отыскала поблизости ещё троих слегка ошалевших, потрёпанных бойцов, которые хоть и не могли продолжать бой, зато вполне способны были потихоньку перетаскивать раненых, и ещё двух перепуганных девчонок-медичек, которые просто растерялись и не понимали, что и как им делать. Хватило пары решительных коротких команд, чтоб они подхватились и рванули откапывать раненых.

Ещё пара огненных шквалов накатывались на эту часть земляного наката, но Ева уже была готова и выстраивала щит получше, более продуманный. Выдерживал он лишь один сильный удар, но большего от него, в целом, и не требовалось.

А потом на насыпи появились двое боевых чародеев с сопровождением, они перехватили у принцессы магические обязанности, и она переключилась на помощь тем, кого зацепило. Уже ясно было, что теперь, когда она так вымоталась, толку в чародейском поединке от неё всё равно не выйдет. А вот при работе с лечебными артефактами оставшихся крох будет достаточно.

Именно над одним из обожжённых солдат её и нашёл королевский гвардеец.

– Ваше высочество! Вы живы, слава Магии!

– Да жива, жива…

– Идёмте!

– Так, не надо меня хватать за руки. Помогите лучше. Вот, подержите бинт. Выше кончик!

– Ваше высочество, вам нельзя здесь находиться.

– А кто мне запретит? Папа? Так его здесь нет. Ну-ка помогите мне перенести раненого и давайте-ка со мной вот туда, там кто-то шевелился.

Мужчина посмотрел на неё уничтожающе, но очередная магическая атака, развернувшаяся над головой, видимо, убедила его всё-таки пока уступить принцессе. Тем более что передвижной госпиталь выдвинули ещё дальше к первой линии обороны, почти к самой насыпи, а его всегда прикрывало как минимум трое боевых магов и рота охраны. Вот и получалось, что здесь было безопаснее, чем где-либо на переднем крае, а выбираться с него прямо во время атаки – задача почти самоубийственная.

В итоге Ева занималась ранеными, а заодно организовала всех вокруг, кто только мог перевязывать или таскать пострадавших. Благо волочь их приходилось недалеко – близ госпиталя уже и тамошние санитары или охрана реагировала, подхватывали тела и уносили врачам на осмотр.

Негнущимися от усталости пальцами разбирая пропитанные кровью лохмотья формы очередного страдальца, Ева медленно обдумывала, что вряд ли у неё получится понять суть и смысл происходящего. Вот так, изнутри событий, она всё-таки не способна была прочувствовать и разобраться даже в том, что такое сражение. Что уж говорить о понимании смысла войны в целом.

Вот боль, грязь, дикая, запредельная нагрузка, выцеживающая последние капли сил, ощущение холода под коленями и настолько озябшие руки, что даже кончик бинта не с первого раза удавалось запихать под обвязку. И пустота в душе, потому что ты можешь не всё и успеваешь не везде. Как бы ни выжимала себя, всё равно каждого с поля боя не вытащишь, каждую рану не перевяжешь. Вот что царило вокруг неё и внутри неё. И больше ничего.