Глава 33

– Свободная касса-а-а! О… Что вы… что вы будете заказывать? – девушка в фартучке столь явно залипла, уставившись на лицо моего олигарха. Хах, кого-то она мне напоминает!

Бьюсь об заклад, примерно так же я смотрела на него, когда он впервые снял свою маску в том борделе. Очарованное лицо, сияющие глаза…

– Два капучино, картошку фри две большие порции, бургер… Виолетта, какой ты будешь бургер? – спросил Тимур, развернувшись на меня.

– Я не буду, спасибо. Кофе достаточно.

– Но ты ведь не ела весь день, – нахмурился мужчина. – Давай. Закажи какой-нибудь, может, проснется аппетит во время еды, м?

– Хорошо. Простой чизбургер тогда.

Когда наш заказ принесли за самый дальний и уединенный столик, Тимур, наконец, вернулся к терзавшей меня теме.

– Итак, о чем ты хотела поговорить со мной? Если просто безумно скучала – можешь так и сказать, - пошутил он.

Неужели он действительно не видит, что я вся на измене? Еще в тот раз он чуть ли не плакал о том, как ему плохо, и я старалась утешить его любым способом. Сейчас ему явно лучше, и он снова забыл, что у других людей тоже может быть неподходящее настроение для шуток?

– Тимур, мой отец позвонил вчера, - отбросив все сомнения, призналась я. - Его держат взаперти люди твоего тестя и... Отец говорил, если я не откажусь от тебя - его убьют... Что мне делать?

Лишь на мгновение в глазах Тимура прострочило не то чувство вины, не то растерянность. Но, каково же было мое удивление, что он принялся вести себя еще более непринужденно и самоуверенно.

– Успокойся, успокойся. Это только угрозы, они ничего ему не сделают. Я уверяю тебя.

Уверяет?..

Почему из всего возможного этот человек сказал именно эти слова? Ему же не может быть настолько плевать на меня?

– …Если они и вправду убьют его, кто за это ответит? Никому, кроме меня, не будет до этого дела! Он, конечно, был поганым отцом, но это все еще мой папа – и от того, что ты скажешь сейчас, будет зависеть его жизнь!

– Тише-тише, не кричи ты так, – смутился мужчина, не переставая дежурно улыбаться.

Я сто раз видела это выражение лица. В последнее время я совсем забыла, что Тимур умеет так вести себя, потому что думала, что он изменился. Но, может быть, этот мужчина просто примерял очередную свою личину. Как сейчас.

Зря я вообще решила обратиться к нему и все рассказать – вряд ли он прикажет своему тестю немедленно отпустить непутевого старика какой-то продажной девки, дабы окончательно дискредитировать себя. Возможно, сейчас вообще лучше было бы попрощаться, но как было возможно просто проглотить эту жгучую несправедливость?! Я целый день стояла возле чертова завода, чтобы его увидеть - чего ради?!

– Тимур, все это время моего отца удерживали люди онлайн-казино. Но как он мог бы быть связан с людьми твоего отца? – я постаралась спокойно высказать свои мысли еще раз. - Может ли быть так, что... то казино имеет к твоему тестю прямое отношение?

Снова это выражение в его глазах. Я же вижу, что ваши мысли сейчас мечутся в разные стороны! Почему вы делаете вид, что все под контролем?!

– ... Преступная сеть – вещь очень сложная, там много путаницы, – неопределенно протянул Тимур, немного отпивая капучино, - не пытайся найти концов или какой-то логики.

– Но что мне тогда делать?.. Они могут убить моего отца, могут убить меня в конце концов…

– Они не убьют вас, ведь этим можно манипулировать мной сколько угодно. Мой тесть знает, что я все ради тебя сделаю, так что, не трать зря нервы – просто пережди этот период.

И он говорит об этом так спокойно и уверенно? Как долго он крутится в этой лжи, раз слова о том, что им манипулируют, основываясь на чей-то жизни и смерти, воспринимается как козырь в рукаве?

– Даже не знаю, что сейчас ощущаю больше: раздражение от того, что позволила себе привязаться к такому, как вы, или… банальную жалость к вам, – я больше не хотела смотреть на него. В отличие от Тимура – я хотя бы имею права сказать то, что думаю.

– …Я действительно жалок, - его улыбка еще милее, чем обычно. Я могу очень отчётливо видеть ее в отражении оконного стекла. Перестав сверлить меня своими угольными глазами, он неторопливо развернул свой бургер, с восторгом съедая первый кусок. – Хмм… Как вкусно. И почему самые лучшие вещи в этом мире стоят так дешево? Осознание этого приходит слишком поздно. Ты давай, кушай тоже, – обращается он ко мне в тот момент, когда я снова на него разворачиваюсь.

Видя, как он счастлив, поедая дешевый и бесхитростный сэндвич, я и сама невольно ощущаю чувство голода. Ладно… не пропадать же еде, раз уж он уже закал это для меня?

– Поешь. Ты выглядишь измотанной, надо набить желудок и тотчас станет легче, – продолжает он подбадривать меня, пока я уплетаю картошку вприкуску с чизбургером.

– Только по-настоящему богатые люди рассуждают подобным образом, - говорю я с набитым ртом. – Я про то, что самые лучшие вещи ничего не стоят.

– Ты так считаешь? – смеется Тимур.

– Практически девяносто процентов моих проблем решили бы именно деньги.

– Поэтому ты сейчас со мной, - завершает эту тираду мой олигарх, и… сегодня у меня совершенно нет желания разубеждать его в сказанном.

– …Да.

Тимур «понимающе» кивает, хотя его самоуверенная маска держится на лице не так хорошо, как в начале нашего разговора.

– Мне жаль, что тебе пришлось пойти на это, - говорит он спустя какое-то время молчания. – Ты… заслуживаешь другого. Прости меня.

Глоток кофе помогает прийти в себя. Однако странный ком в горле никак не проходит…

– Вам не за что извиняться, – подытоживаю я, когда еды на столе не остается. – Не вы ведь повесили на меня этот чудовищный кабальный долг.

Тимур какое-то время молчит. Его взгляд упрямо меня избегает до конца нашего «свидания», заставляя думать, что я переборщила с обвинениями в его сторону. Но он ведь заслужил!

– Что ж, уже довольно поздно. Я вызову тебе такси, - говорит он, устремляя взгляд на часы. Видимо, скоро должен вернуться его водитель, вот и пора от меня избавляться. – На счет твоего отца – придумаем что-нибудь. Тебе нужно успокоиться – на панике проблему все равно не решить. К тому же – ты уж точно ничего не можешь сделать. Поэтому предоставь все мне.

«А что вы сделаете? – говорю я про себя, неторопливо одеваясь. – Как только вы перестанете делать то, что диктует вам тесть – он убьет сперва моего папу, а там и я на очереди. Вы не знаете, где искать выход. Только и остается, что словами утешать, убеждая нас обоих, что все в порядке. Подумаешь, умрет парочка жалких неудачников… Вы ведь не сильно-то и проиграете от этого, так?»

Надо это заканчивать.

Если до этого я еще лелеяла надежду, что эти неуместные чувства к Тимуру имеют право на существование, то теперь все ясно. Чем скорее оттолкну его от себя, чем скорее отвыкну от его присутствия – тем лучше для нас обоих.

Может, он и сам это знает, только сказать мне не может после всех тех любовных признаний. Не совсем же он козел.

– Хорошо. До свидания тогда, – кивнула я, направившись к выходу. – Такси не надо, автобусы еще хорошо ходят.

– Виолетта, постой! Куда ты так рванула? – слышу я позади, пока быстрым шагом покидаю место нашей встречи. – Виолетта!..

Все, отпусти. Отпусти и забудь, ничего более нельзя сделать.