22

Клейранн Проводив удаляющуюся фигуру Сайрена взглядом, я повернулась к мужу, который усмехался уже не сдерживая злорадства. — Он вернётся за мной. С решением о нашем разводе. Ивар смотрел на свой перстень. Камень в нём кратко вспыхнул, указывая, что гость покинул замок, и муж издал смешок, который гулко разнёсся по коридору, отражаясь от каменных стен. — Милая, дорогая моя Клеа, взгляни на свою новую метку. Я подняла руку, рассматривая на запястье узор, оставленный перстнем Туманных. Линии потускнели и больше не испускали серебристое свечение, завитки местами прерывались, будто их разъедало нечто невидимое. Мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы не показать мужу, что внутри нарастает паника. — Что с ней происходит? Ивар снова довольно усмехнулся. — Девчонке из бедной деревни, конечно, неоткуда знать такие тонкости. Ты слишком долго питалась силой клана, Клеа, и теперь она разрушает любое магическое воздействие. Для перстня ты — собственность Ледяных Истоков. Никакие метки не продержатся на тебе долго, так что твой ненаглядный белоголовый не сможет тебя освободить. И никто не сможет. Мои плечи поникли, руки опустились. Даже Туманные с их новой непонятной силой не смогут побороть магические законы. — А знаешь, что самое приятное? — продолжал муж. — Этот красавчик сейчас полностью уверен, что ты сама добровольно отказалась от его защиты. Уж очень быстро пропадает его метка. Узор ещё был заметен на моём запястье, но линии исчезали на глазах. Я закусила губу, чувствуя, что потерпела поражение. Не стоило так надеяться на помощь Сайрена. Не стоило с ним сближаться. Лучше было этого не делать. Потому что сейчас при каждом воспоминании о его даже мимолётном прикосновении в груди начинало жечь. От того, что всё закончилось, не успев начаться. От того, что серебристый дракон промелькнул в моей жизни яркой вспышкой и сразу же стал частью прошлого. Теперь мне придётся выживать в замке Истоков самой и надеяться на чудо. А о Туманном лучше не вспоминать, чтобы не было так больно. Стараясь задушить саднящие чувства, я казалось, ощущала, как с неслышимым звоном одна за другой обрываются все мои надежды, связанные с Сайреном. Дыхание давалось с трудом, но я гордо вскинула голову, не показывая мужу, как мне сейчас тяжело. — А как же благополучие клана? Теперь ты не получишь силу, которой так добивался. Ивар презрительно фыркнул. — Вся эта сила Возрождённой — просто мыльный пузырь. У неё и её самозванного Совета серьёзные проблемы — многие из тех, кто получил от них магию, теперь лежат, как овощи. — Он снова фыркнул, на этот раз насмешливо. — Они так тщательно выбирали достойных, чистеньких святош, а в итоге понабрали слабаков. С нормальными драконами, которые понимают, что такое сила, такого бы никогда не произошло. Он довольно пригладил волосы. — Всю эту шайку с их пророчествами давно пора прихлопнуть. В Содружестве должен быть только один центр власти. Так что, Клеа, сейчас наш шанс попасть в большую игру, показать свою лояльность Совету кланов и получить место среди сильнейших, когда всё закончится. Все эти интриги большого мира сейчас не волновали меня. В голове билась только одна мысль: что будет с Сайреном? Что, если сила Возрождённой угрожает и ему? Я невольно прижала руку к груди, сдерживая защемившую внутри боль. Но Ивар истолковал это по-своему. Он шагнул ко мне, стаскивая перстень с пальца. — Тебе нужна подпитка, Клеа, ты слишком много нервничала. — Муж протянул мне поблескивающий льдом перстень. — Как видишь, я готов закрыть глаза на то, что ты обжималась с этим Туманным. У меня большое сердце, и ты всё ещё моя жена. И за твоё примерное поведение я готов тебя простить. Держи, нельзя допустить, чтобы с нашим наследником случилось что-то плохое. Кончиками пальцев я взяла кольцо, стараясь не касаться ни кожи Ивара, ни холодного камешка в оправе. — Мне он сейчас всё равно ни к чему, — продолжал муж. — Сторонники Совета созывают всех на тайное собрание. Любые атрибуты власти запрещены — у Туманных глаза и уши повсюду. Если мы хотим достичь успеха, надо оставаться незаметными. На прощание он с заботливой улыбкой погладил меня по голове. Внутри всё передёрнулось от прикосновения, которое раньше вызывало желание податься ближе. — Отдыхай, Клеа. У Ледяных Истоков большое будущее, ты нужна клану сильной. Гулко стуча сапогами, Ивар ушёл в сторону портала. Я направилась к себе, чувствуя себя и вправду обессиленной. От пережитого за последние минуты ноги казались слабыми. Заледеневшие пальцы сжимали холодный металл перстня, не чувствуя его. Я понимала, что мне нужна сила клана, но в то же время теперь было противно к ней прикасаться. Из-за постоянного обмена энергией с перстнем я стала его заложницей. Потеряла всякую надежду на свободу. Потеряла Сайрена. У меня оставалось мало надежды, что Туманный вернётся. Да и что он может сделать? Сайрен и его соратники сейчас должны быть безукоризненно честны перед законами Содружества и драконьими обычаями, иначе противники их просто съедят. Глубоко вдохнув, я с неприязнью всмотрелась в льдистый камешек в перстне верховного. Мне не хотелось ещё сильнее укреплять связь с кланом. Но что, если Сайрен всё же что-то придумает и вернётся, а я буду лежать без сил? Что же делать?