Глава 48

Я взяла рамку в руку и посмотрела на нее поближе. – Ты была права во многом, Лейла, – поражаясь самой себе, я заговорила. – Он ушел в себя и работу. Он закрылся для этого мира и укрылся в темноте, а я так удачно и неожиданно даже для себя самой вытащила его на свет. Возможно, Анвар меня даже любит, но как женщина ты должна меня сейчас понять, потому что никто не станет для него первой, кроме тебя. Вторые, третьи, четвертые, а первой будешь только ты. Идеальная и любимая. Эгоистично, наверное, с моей стороны желать иного, но я бы этого хотела… хотела бы стать единственной. Этого не учла ни ты, ни я, влюбляясь и принимая ситуацию. Поставив фото на его законное место, я вышла из кабинета и попрощалась с ассистенткой мужа. Самым верным было успокоиться, а уже потом, наверное, поговорить. Преодолевая расстояние, я шаг за шагом удалялась подальше от клиники, потому что, скорее всего, Анвар уже знает о моем визите и скором уходе. Наверное, он уже ищет меня. А мне нужно было время, чтобы заглушить то, что не должно было всплывать на поверхность никогда. «Ты же знаешь правду, Сания… Успокойся», – просила мысленно, но это не помогало совершенно. Я люблю мужа, и я знаю, что я вторая. Это как основа. Фундамент глубоко под землей скрытый. Должно быть, я сошла с ума, вскрыв замки на этих мыслях. Все ведь хорошо, между нами. Он имеет право помнить, имеет право даже любить. «Хватит, Сания… Хватит. Это ни к чему хорошему не приведет». Но как бы я себя ни уговаривала, я уже плакала. И даже не знаю почему, я горько рыдала, набирая скорость. – Сания, – послышался голос мужа уже где-то близко, а после остановил захватом на запястье. – Сани… что… – он развернул меня к себе и, увидев потерянный взгляд и слезы в глазах, растерялся сам. – В чем… – Пожалуйста, дай мне прогуляться… Анвар, прошу тебя… Мне нужно… я не хочу сейчас говорить… Не хочу произносить то, что у меня на уме… – Всевышний, – он прижал меня к себе так крепко стискивая в объятиях, что я расплакалась еще сильней, уже сама цепляясь за него. – Пожалуйста, прости… – бормотала ему в грудь. – Прости… Это был какой-то срыв, и он не поддавался контролю. Как бы я ни пыталась прийти в себя, у меня не выходило. Было слишком больно, вот и все. Анвар взял меня за руки и подвел к скамейке. Мы сели, держась за руки, но говорить сразу не стали. Губы все еще дрожали, но не от холода, и было до ужаса стыдно за то, что он видит меня такой. – Все из-за фото? – тихо спросил он, догадавшись с первой попытки, аккуратно стирая слезы с щек. Я такая дурочка, что устроила эту истерику. Что не выдержала встречу, не поплакала потом. Да и вообще не имела права на подобное. У него была жена, для кого это секрет? Не для нас. – Анвар… я правда не знаю, что на меня нашло. Это ужасно глупо, и тебе не стоит сейчас относиться к этому так серьезно. Возможно, у меня просто… плохое настроение и в итоге… – Сания, я достал его только сегодня… – Прошу… не нужно. Ты имеешь право на память, чувства, любовь и прочее… Это большая глупость с моей стороны. Этого больше не случится, я обещаю… – Выслушай, – он говорил с нажимом, и я замолчала. – Прошу, просто послушай, – он перевел дыхание, словно ему самому слова давались сложно. – Правда в том, что я буду помнить Лейлу. Буду ее любить, но… Не плачь, пожалуйста, – вытирает мои слезы. – Но Лейлы нет, понимаешь? Она осталась только в прошлом, а настоящее и будущее – это ты. Это мы и наша семья. Но это не значит, что я буду развешивать ее фото в нашем доме и смотреть на них. Сания, я очень уважаю тебя и твои чувства. Фото Лейлы я убрал… давно. Но сегодня мне хотелось к ней обратиться и сказать, что я благодарен ей. Благодарен, что она в самые ужасные минуты своей жизни настояла и почти подарила мне свет. Тебя, Сания. Ты мой свет, – его голос стал сиплым, и Анвар прокашлялся. – Я хотел сказать ей, что полюбил мою вторую жену… И люблю не в память о ней, а потому что, ты достойна любви без оговорок, тире и запятых. Я люблю тебя, Сания. Мое сердце разорвало на крошечные частицы. Боль, счастье и все оттенки этих чувств смешались, и я не могла их разъединить. Не могла понять, что остается в чистом остатке. И потому не знала, что ответить. – Прости меня, Анвар, – все что из меня вырвалось. Он с улыбкой притянул меня в свои объятия, и я, всхлипывая, обняла в ответ. – Я такая глупая… напридумала… – Вовсе нет, – он немного отодвинулся и снова стер влагу с моих щек. – Совсем не глупая. – Я не должна была… – Почему не должна? Ты сделала все правильно. Когда бы я еще решился на такие откровения? На этот раз я тоже улыбнулась, шмыгая очень громко покрасневшим и от холода, и от слез носом. – Ах, ты же в пиджаке одном, заболеешь, – стала выбираться из его объятий. – И мы на виду, Анвар. Стало неловко, но позабавило, что он наплевал на это. – Мне все равно, – жарко шепнул, и я сопротивляться на этот раз не стала. Взявшись за руки, мы встали со скамейки и вернулись в клинику. Анвар попросил чай и только после этого решил отпустить меня домой. И тут до меня дошло. – Ой, а я же тебе ничего не сказала. Он посмотрел в недоумении. – По поводу? – Я ведь тоже… тебя люблю. Анвар Я не лгал ни одной из своих жен. Сегодня, обращаясь к Лейле, я хотел, чтобы она знала о том, что она была права. Не знаю каким образом, но она точно знала, что делает. А вот я – нет. Но сегодня все окончательно встало на свои места. Сознаться самому себе в чувствах – это одно. Понять, что ты любишь, совсем другое. И я любил. Любил Санию за ее старания, за ее характер, упорство, борьбу, за такую невинную непосредственность и умение быть собой. Я любил не потому, что не было выбора, а потому что чувствовал это глубоко внутри. Сания мой свет. Она нужна и важна мне, потому что ей нужен просто я. Со всеми моими недостатками, с прошлым, которое я сумел оставить там благодаря ей одной. И мне впервые не страшно от осознания любви к моей жене. А теперь, она стоит, заявляет мне, что забыла сказать о любви. У меня просто не осталось слов, и я рассмеялся. Оторвал ее от земли и, поцеловав в губы, продолжил смеяться. – Ты чудо, – поставил ее на пол и потянулся за пальто, в котором она приехала. – Занятия закончились? – Да. – Давай отвезу тебя домой. – А это удобно? У тебя же перерыв скоро закончится обеденный. – Все в порядке, следующая консультация в два часа. – Тогда хорошо, только заедем в супермаркет? Хочу купить грейпфрут домой. С усмешкой надеваю свою куртку и беру ключи с кошельком. – Уверена, что именно грейпфрут? Ты же их не очень любишь за горечь. – Что-то захотелось их. – Ладно. Через пару дней, я купил ей еще примерно килограмм этих цитрусовых, возвращаясь с работы. Войдя в кухню, я смотрел, как Сания снова нарезает себе кольцами цитрус. – Что-то наша девочка сама не своя, – говорит Анита. – Думаете? – Она попросила приготовить ей салат с кинзой. – Кинзой? Она же ее ненавидит за один только запах. – И я о том же. А вот от мяса отказалась и вчера, и сегодня в обед. Мы с ней повернулись друг к другу и улыбнулись, поняв, что с ней может быть не так. – Схожу в аптеку, – кивнула мне Анита и вышла, а я подошел к жене и обнял сзади. – Будешь? – разломила дольку и поднесла к моим губам. – Спасибо, – впился зубами в горько-кислую мякоть. – Как я могла их не любить? Они же такие вкусные, да? – Очень, – я сел напротив Сании и посмотрел на нее с улыбкой. – Ты ведь хорошо себя чувствуешь? – Да, а что? – она открыла рот, чтобы откусить немного плода, но затем испуганно остановилась. – Думаешь, со мной что-то не так? – Не думаю. Но скажи, у тебя цикл не сбился? – Ты о… – она покраснела. – Да. – Нет. У меня все в приложении отмечено. Вытерев об салфетку руки, Сания берет телефон, разблокирует и открывает женское приложение. – Вот тут… – она хмурится, а потом выпучивает глаза. – Ой, – поднимает голову и смотрит на меня смешным взглядом. – У меня задержка почти десять дней. Это что же… я… Это я… – Скоро выясним, – улыбаюсь и смотрю в растерянные глаза. Анита возвращается быстро и отдает Сании фирменный пакет. Мы сидим с ней на кухне, затем я не выдерживаю и ухожу в гостиную, но и там не нахожу места, поэтому измеряю комнату шагами. – Почему так долго? – Не знаю, – женщина улыбается и уходит, затем возвращается с чаем. – Выпейте и успокойтесь. Я беру чашку и тут же слышу топот, который прослеживается от самой ванной на втором этаже и до меня, стоящего в гостиной с чаем в руках. – Анвар, Анвар, Анвар… – бормочет она. – Да. – Беременна? – Да. Все показали… – Все? – Да, там было пять тестов, и я все их использовала, чтобы наверняка. Она открывает пакет и показывает пластиковые футляры, обычные тестовые полоски, а я смотрю на нее и… улыбаюсь. Просто улыбаюсь. Затем беру ее лицо в свои ладони и встав ближе, говорю: «Спасибо», прежде чем поцеловать любимые губы. – Ты снова подарила мне счастье, Сани. Я люблю тебя.