Глава 18. Айдан

Вопрос был невероятно глупым — она держала в руках бокал. Пустой. Доза там была неплохой, я бы час цедил небольшими глотками. Я даже вниз посмотрел, может она вылила алкоголь из побуждений высокой нравственности и борьбы со злом, но бежевый ковер был сух. Лилия же…ее глаза были так широко распахнуты, что казалось, занимали все свободное пространство на лице. Рот открыт, ни звука, только хриплое дыхание. И до меня дошло — ей плохо. Отличного крепкого чистого виски моя жена не оценила.

Я отнял у нее бокал, усадил пострадавшую на диван. Метнулся к бару, там стояла пара бутылок воды, тёплая уже, но думаю не до капризов. Открыл бутылку, протянул девушке. Она приникла к ней, словно от жажды умирала. Пила так жадно, что поперхнулась и закашлялась, я был вынужден похлопать ее по спине.

— Слишком уж часто мне приходится вас спасать, — отметил я.

— Я…

Но больше ничего не смогла выговорить. Допила поллитровую бутылку, взглядом попросила ещё. Дал. Такими темпами ее раздует, и булькать будет при ходьбе.

— С чего вас вообще на эксперименты потянуло? — спросил и вдруг осенило. — Это из-за тряпок? Да черт с вами, не буду я больше ваши вещи жечь!

— Айдан…

Голос такой растерянный.

— Хотите, мы завтра с утра поедем и купим целую гору? Или прямо сейчас закажем, утром уже привезут…

— Айдан, у меня в желудке горячо.

Я хмыкнул.

— Так и задумано.

— У меня голова кружится, Айдан…

Встала, покачнулась и медленно осела на пол. Платье задралось, обнажая бедра с розовыми следами ожогов. Смотрела она куда-то сосредоточенно внутрь самой себя. Надо же, как пробирает с первой дозы алкоголя в жизни.

— Мне очень странно, — заключила она наконец, видимо, после тщательного анализа.

— Быстро пройдёт, — успокоил я. — Но сейчас лучше в кровать. И не вздумайте больше травиться из за тряпок.

Лилия попыталась встать, получилось на четвереньки, я даже подумал, что она так и поползёт до комнаты своей, но одумалась и снова села. Я вздохнул и подхватил ее на руки. Я не только мать Тереза, я еще и доблестный рыцарь, спасающий дам из беды.

— Какой-то вы неправильный монстр, — прошептала Лилия, щекоча своим дыханием мою шею.

По спине послушно побежали мурашки.

— Вы меня просто плохо знаете, — ответил я.

Открыл ногой дверь ее комнаты. Устроил пострадавшую на постели и накрыл одеялом, стараясь не пялиться на женские ноги.

— Как вы делаете это добровольно, — с закрытыми глазами сказала она. — Алкоголики просто герои.

— Я героически спасу вас от оставшегося в бутылке виски, — обещал я. — Не паникуйте, там было то, в бокале, в течение часа отпустит.

Так и оказалось. Через час она снова робко постучалась в дверь кабинета. Глаза красные, но взгляд трезвый.

— За опохмелом пришли?

Губы поджала.

— Пришла извиниться. И позвать вас к ужину, вы же не ели.

— Я взрослый человек, — ответил я. — Я вполне могу контролировать чувство голода и поесть когда считаю нужным.

Вспыхнула. Подумал, что для нее забота обо мне единственный способ коммуникации сейчас, да и привыкла к тому, что о ком-то нужно заботиться всегда. Стыдно стало, словно ребенка обидел.

— Ладно, — захлопнул ноутбук я. — Идёмте есть.

Лег спать я достаточно рано. По привычке дверь в комнату чуть приоткрыта — услышать, если проснется Роза. Половину ночи слушал, как Лилия ходит по дому и гремит чем-то на кухне, не в силах уснуть. Наверное и правда, похмелье. Один раз подошла к дверям моей спальни и стояла молча минут пять, вызвав мое неподдельное любопытство. Но постояла, посопела и ушла.

Утро было воскресным, я даже выспался. На завтрак каша и сырники. Каши я терпеть не мог, но эту съел — она оказалась на удивление вкусной.

— Может, баночку пива? — не удержался от легкой издёвки я.

— Пожалуй, обойдусь чаем, — чинно ответила Лилия.

Что-то в ней изменилось, помимо того, что ошпаренная кожа стала возвращать свой естественный цвет. Волосы, наконец дошло до меня. Стянутые прежде в тугие косы, сейчас они были лишь перехвачены резинкой. Темные, длинные, они завивались в хаотичные кольца, но я не знал, сами по себе они волнистые, или после кос. После кос у Розы тоже вились.

Руки. Руки были голыми. Платье едва прикрывало плечи. И было — до колен. Однако, как быстро портятся девушки, покидая отчий дом, улыбнулся про себя я. Уже успела напиться, платья пошли откровеннее. Но справедливости ради — прошлый ее гардероб сожжен и носить ей приходится, что есть.

— Скоро поеду за Розой, — предупредил я.

— Хорошо, — говорит спокойно, а в глазах паника. Как можно бояться шестилетнего ребёнка? Мне кажется, с Розой мог поладить любой. — У нее есть предпочтения в еде?

— Она предпочитает есть не то, что готовили я или Рая.

— Это я умею, — попыталась улыбнуться Лилия.

— Не паникуйте. И не стоит напиваться для храбрости.

Устанавливая детское кресло в машине, я видел, как Лилия смотрит в окно. Она дикая, да. Всего боится, временами нелепая. Но она так отличалась от первой моей жены. Лилия была смешной. Она забавляла меня, мало того, она меняла меня. Рядом с ней не получалось быть жестким и резким. Ее не хотелось пугать.

И ее просто хотелось. Физически. Но жена-девственница в моей жизни уже была, и я буду опираться на свой опыт. Девушку сначала нужно приучить к себе.

— Едем знакомиться? — как можно жизнерадостнее спросил я.

Роза не выглядела ни счастливой, ни хоть сколько нибудь довольной. Она всегда уставала у тётушек и рвалась домой, а в этот раз прогостила долго.

— Не хочу, — отвернулась Роза. — И домой не хочу.

День не обещал быть лёгким.