Глава 43. Роза

Розе казалось, папа был всегда. Нет, она знала, что когда то жила без него, но совершенно этих времен не помнила. Папа был, есть, будет. Иногда он уезжал на несколько дней и Роза переезжала к тёте Карине. Там собака, дикий хомяк в клетке, там Айсылу, множество соседских детей. В толпе девочка привыкшая к одиночеству терялась, томилась, рвалась домой. Залазила на подоконник и смотрела, смотрела, мечтая увидеть скорее папину машину.

И он приезжал. Щеки у него были колючими, глаза уставшими, он пах чужими, незнакомыми местами, брал на руки и забирал домой. О маме Роза особо не думала. Первые три года она провела с ней и доподлинно это знала. Но воспоминания смазывались. Она помнила почему то кур. Пестрые, рыжие они копошились в земле, а Роза на них смотрела. Цыплят помнила, маленькие круглые шарики из пуха. Черного кота. Запах дыма. Голос бабушки, хлёсткий, сердитый. Маму вспомнить не удавалось.

И не особо нужна была мама, пусть и завидно, что у других девочек есть. Все же спокойно. Папа уходит на работу, папа возвращается. Раю девочка воспринимала, как неизбежное зло. Пыль Розу тоже не особо волновала, как и привычное одиночество.

А потом к ним в дом пришла Лилия. Вроде взрослая, а размера совершенно несерьёзного — папе даже до плеч не доросла. И Лилия не навязывала свою любовь. Не заставляла любить себя. Гулять они ходили вдвоём. Лилия разрешала мешать тесто на кексы и не сердилась если на стол просыпалась мука, а в тесто падали яичные скорлупки. Розе было комфортно. Теперь была она, и два взрослых человека, которые о ней заботились, разве, ее мечта?

А потом все изменилось. Ночью Роза проснулась от страха и побежала к папе. Папы не было в комнате, не было в кабинете. Если бы он уехал, непременно бы предупредил. Значит он с ней. С Лилией. Роза знала, что взрослые спят в одной комнате, это нормально. Но…напряглась. Позвонила Айсылу, своей троюродной сестре и заодно первой советнице. Та не порадовала.

— Теперь они родят ребёнка, — авторитетно сказала она.

Айсылу была в теме. Во первых ей было почти девять, она большая. Во вторых у неё и правда появился год назад брат. Сначала тот был красным и много кричал, а теперь научился бегать и стал даже забавным. Если подумать, Роза ничего не имела против братика.

— Пусть, — ответила Роза.

— Глупая, — протянула Айсылу. — Готова поспорить, папа тебя уже меньше любит, из-за новой жены. А если появится ребёнок? Они вдвоем будут его любить, а тебя нет. Ты же Лилии чужая, падчерица. Ясное дело, она родного ребёнка хочет.

Роза представила и ужаснулась. Вообразила абсолютное одиночество, от которого ее раньше ограждала любовь отца.

— И что делать?

— А что ты сделаешь? — удивилась Айсылу. — Была бы она твоей мамой родной еще…

Разговор пробудил панику и отторжение Лилии. Ничего бы не спасло, но…приехала мама. Настоящая мама. Родная.

— Малыш, все может оказаться не таким, как бы тебе хотелось, — сказал папа. — Не надейся, пожалуйста.

Роза его слова поняла так — я вновь прогоню твою маму и мы дальше будем жить с Лилией. И когда Лилия ушла, Роза заметила сразу. Она привыкла уже к ней, знала когда мачеха встаёт по утрам, ее привычки. Но молчала из страха, что папа найдёт и вернёт беглянку. Ответила только когда напрямую спросили.

— Теперь заживём, — мечтательно улыбнулась мама, когда папа уехал. — Да, детка? Давно нужно было приехать, ждала у моря погоды…

Роза тоже помечтала о том, как они заживут. В мечтах было красиво. На самом деле — не очень. Роза всегда была одинока, но ее никогда не игнорировали. А мама просто не замечала. Обиду девочка проглотила. Но все равно чем бы не пыталась себя занять, то и дело тянуло к маме. Показать картинку. Рассказать о смешном видео про котят. Позвать гулять или сказать, что голодна.

— Не мешай! — крикнула мать. — Видишь, я занята? Надоело!

Роза подумала если она уйдёт к себе, то мама заволнуется и придет к ней. Сидела три часа и есть хотелось очень. А мама собралась и уехала куда-то. Надолго. И одну оставила. Алексей был в библиотеке, но его Роза боялась и сидела у себя до темноты одна и пила воду из под крана в ванной. Вода была невкусной, в желудке урчало.

Вечером приехала мама, потом папа. Они долго кричали друг на друга. Роза легла и притворилась, что спит — испугалась. Таким она папу никогда не видела. Ночью он зашёл, поцеловал ее в лоб, но мысли его витали где-то далеко.

Уснула Роза голодной. Утром пошла на кухню. Молоко прокисло, поэтому хлопья она поела сухими. Мама спала, папа уехал. Чай сделать не получилось — чайник тяжёлый упал, кипяток выплеснулся, ногу обожгло, но не сильно. Когда вытирала пол зашёл Алексей.

— Тебе помочь? — спросил он.

— Нет! — испугалась Роза. — Я сама!

На ноге вздулся волдырь, Роза намазала его кремом и пошла во двор. Было очень жарко, Халид не приходил уже несколько дней и Роза по нему соскучилась — они частенько болтали вместе. Под окнами детской на саженцах Лилии распустились листочки. Три штуки. Нежные, юные, беззащитные. Цветочки стало жаль, умрут тут без присмотра.

Пластиковое ведерко у Розы было, маленькое. С ним она сбегала на кухню раз двадцать, пока не полила каждый кустик. Устала, волдырь на ноге жгло. Мама проснулась и говорила по телефону.

— Я ногу обожгла, — сказала Роза маме.

— Помажь чем нибудь, — отмахнулась мама.

Роза постояла еще немного с ней рядом и ушла. Залезла на подоконник. Там внизу — политые кустики. Подумала вдруг, почему все думают, что мамы непременно любят своих детей? Кто такое сказал? Может…может есть такие мамы, которые своих дочек не любят вовсе?