Глава 24

Салман

Я не знал, что с Лейлой. Она становилась всё тише, всё дальше. Казалось, будто она строит между нами стену, а я не могу её пробить, как ни стараюсь. Она отмахивается, говорит, что всё в порядке, но я вижу её глаза. Я знаю её слишком хорошо, чтобы поверить в это.

Сначала я думал, что это просто усталость. Переезд, работа, наши ежедневные заботы — всё это могло выбить её из колеи. Но теперь я уже не уверен.

В последние дни она начала избегать даже близости. И это пугало меня больше всего.

На прошлой неделе, когда мы остались вдвоём, я подошёл к ней, обнял её, почувствовал её тепло рядом. Для нас это было естественно, почти привычно. Но на этот раз она отстранилась.

— Лейла, что случилось? — спросил я, глядя на неё.

— Ничего, — ответила она, опуская глаза. — Просто устала.

Её голос был тихим, но я почувствовал в нём что-то новое — какую-то настороженность.

— Устала? — переспросил я, стараясь не показать, как сильно меня это задело.

Она кивнула и ушла в другую комнату, даже не дав мне шанса продолжить разговор.

Я остался стоять в спальне, чувствуя, как внутри растёт тревога. Это было не похоже на неё. Мы всегда находили утешение друг в друге, даже в самые сложные моменты. Но теперь что-то изменилось.

С каждым днём я замечал, как она становится всё более замкнутой. Она избегала разговоров, часто закрывалась в своей комнате, проводила больше времени одна.

Я пытался говорить с ней, но она не пускала меня за стену что выстроила между нами.

— Лейла, ты стала какой-то отстранённой, — сказал я однажды за ужином.

— Мне просто нужно немного времени, Салман, — ответила она, не поднимая глаз.

— Времени на что? — не смог я удержаться от вопроса.

Она вздохнула, словно собиралась что-то сказать, но передумала.

— На всё.

Этот ответ ничего не прояснил, но заставил меня замолчать. Я не хотел давить на неё, но молчание убивало меня.

Дни шли, а я не мог найти объяснения её поведению. Её улыбки стали редкими, взгляд — задумчивым. Казалось, что она витает где-то далеко, где меня нет.

Однажды вечером я решил спросить её прямо.

— Лейла, если что-то не так, ты можешь сказать мне, — начал я, стараясь звучать спокойно.

— Всё нормально, — ответила она быстро, слишком быстро.

— Это не похоже на норму, — сказал я, пристально глядя на неё.

Она замялась, потом встала из-за стола и ушла в спальню, оставив меня одного.

Я сидел за столом, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Что я делаю не так? Почему она не хочет говорить со мной?

Ночью я долго лежал без сна, прислушиваясь к её дыханию. Она спала рядом, но казалась такой далёкой. Я осторожно провёл рукой по её плечу, надеясь, что она откликнется, но она осталась неподвижной.

Я думал о прошлом, о том, через что мы прошли. Мы только начали восстанавливать наши отношения, начали верить в наше будущее. И вот теперь она снова отдаляется.

Моё сердце сжималось от тревоги. Что, если я снова теряю её?

На следующий день я решил взять выходной, чтобы провести с ней время.

— Лейла, — сказал я, когда она собралась уходить на работу. — Давай останемся дома. Просто проведём день вместе.

Она посмотрела на меня с удивлением, потом покачала головой.

— Салман, у меня много дел.

— Ты можешь позволить себе один день, — настаивал я. — Просто побудь со мной.

Она колебалась, потом кивнула, но её лицо не выразило ни радости, ни облегчения.

Мы сидели в саду, молча глядя на цветы. Я искал подходящие слова, чтобы понять, что происходит.

— Ты знаешь, что я всегда рядом, — сказал я наконец. — Если что-то не так, ты можешь рассказать мне.

Она взглянула на меня, её глаза были полны эмоций, но она ничего не сказала.

— Лейла, — продолжил я, взяв её за руку. — Я не могу понять, что происходит. Ты не такая, как раньше.

Она улыбнулась, но в этой улыбке была горечь.

— Просто… иногда мне нужно время, чтобы всё обдумать.

Я сжал её руку, чувствуя, как она дрожит.

— Что бы это ни было, ты можешь мне доверять.

Она кивнула, но я понял, что этот разговор ничего не изменил. Она всё ещё прятала от меня что-то важное.

Эта неизвестность сводила меня с ума. Я не мог понять, что я делаю не так. Почему она не хочет поделиться со мной?

Вечером я стоял у окна, глядя на тёмный сад, и думал о том, как вернуть нашу близость. Мы прошли через столько трудностей, и я не мог позволить чему-то разрушить нас снова.

Я не знал, сколько ещё смогу ждать, но одно я знал точно: я не отступлю. Я боролся за неё раньше, и я готов сделать это снова.

Дом казался слишком тесным. Каждая комната, каждая вещь напоминали мне о том, что теперь моя жизнь изменится. Я чувствовала, как внутри всё сжимается от страха. Я должна была выйти на свежий воздух, попытаться разобраться в своих мыслях, хотя бы на минуту перестать убегать от них.

Я взяла пальто, тихо вышла из дома и направилась в парк. Вечер был прохладным, деревья мягко шуршали под лёгким ветерком, а дорожки казались бесконечно длинными. Никого вокруг не было — только я и мои мысли.

Я не могла поверить, что это действительно произошло. Я беременна. Сколько раз я представляла этот момент, сколько раз мечтала о нём. В прошлом я видела нас с Салманом с ребёнком — наши прогулки, его улыбку, полную гордости, его руки, которые держат крошечного младенца. Но тогда это было похоже на несбыточную мечту.

Сколько раз я стояла перед тестом, надеясь на чудо, и видела только одну полоску? Сколько раз я убеждала себя, что это просто вопрос времени? Я помню, как сердце замирало, когда я ждала результата. Надежда, мгновение тишины, а затем разочарование, которое обрушивалось с такой силой, что я не могла дышать.

Я вспоминала те ночи, когда лежала рядом с Салманом, молча прокручивая в голове одни и те же мысли. «Что со мной не так? Почему у нас не получается?»

И вот теперь это случилось. Я беременна.

Я остановилась у лавочки и села, смотря на медленно качающиеся ветви деревьев.

Почему же мне так страшно? Почему я не могу просто рассказать ему? Он же этого хотел, правда? Разве он не говорил, что мечтает о ребёнке? Тогда почему я всё откладываю?

Я закрыла глаза, чувствуя, как страх подступает всё ближе. Что, если он испугается? Мы только начали строить наши отношения заново, только начали верить в наше будущее. А теперь ребёнок… Это может всё изменить.

Но вместе со страхом была и радость. Тепло, которое разливалось внутри меня, когда я думала о малыше. Моём ребёнке. Я улыбнулась, впервые осознав, что он уже часть меня.

И всё же я не могла избавиться от чувства тревоги. Я боялась, что Салман что-то заметит. Он был слишком внимателен, слишком чуток к моим переменам. Я чувствовала, как начинаю невольно отдаляться от него, избегать его прикосновений, его взгляда.

Он уже задавал вопросы. «Почему ты такая уставшая? Всё ли в порядке?» — спрашивал он, и в его голосе слышалась искренняя забота. А я лишь отмахивалась, говоря, что устала или что слишком много дел.

Я боялась, что близость между нами может выдать мой секрет. Но больше всего я боялась того, что физическая близость может навредить ребёнку. Это было глупо, я знала, но страх не отпускал. Я отдалялась, а он, кажется, чувствовал это.

Я пошла дальше по дорожке, не замечая, как вечер превращается в ночь. Свет фонарей отражался на мокрых от недавнего дождя листьях, воздух был свежим и немного прохладным.

Я думала о нашем доме, о нашей жизни, которая только начала налаживаться. Как это будет выглядеть теперь? Смогу ли я сохранить баланс между тем, что есть сейчас, и тем, что принесёт будущее?

Каждый шаг давался мне всё труднее, и в какой-то момент я поняла, что больше не могу убегать. Я должна рассказать ему. Но как найти правильные слова? Как начать этот разговор?

Когда я вернулась домой, было уже поздно. Мама встретила меня у двери, её лицо было встревоженным.

— Лейла, ты где была? — спросила она, глядя на меня с беспокойством.

— Гуляла, — ответила я, снимая пальто.

— Одна? В это время? — её голос был мягким, но я слышала в нём упрёк.

— Мне нужно было подумать, — тихо сказала я, избегая её взгляда.

Мама подошла ближе, её рука осторожно легла мне на плечо.

— Лейла, что с тобой? Ты изменилась. Я вижу, как ты пытаешься что-то скрыть.

Я сжала губы, пытаясь не выдать свои эмоции.

— Всё хорошо, мама, — ответила я, но голос мой дрогнул.

Она долго смотрела на меня, а затем вздохнула.

— Это из-за Салмана? Или из-за его… второй жены?

Я резко подняла на неё взгляд.

— При чём тут Амина? — спросила я, чувствуя, как в груди всё сжимается.

Мама пожала плечами.

— Ты выглядишь потерянной. Я подумала, что, может, это связано с тем, что ты не до конца разобралась в своих чувствах.

— Нет, мама. Амина давно не имеет значения, — ответила я твёрдо. — Это не она.

Она кивнула, но её взгляд остался внимательным, словно она пыталась понять то, что я сама не могла сформулировать.

— Я не буду настаивать, — сказала она мягко. — Но ты знаешь, что можешь рассказать мне всё, когда будешь готова.

Её слова вызвали во мне волну благодарности и боли одновременно. Я знала, что она права. Но пока я не могла.

Когда я ушла в свою комнату, я долго смотрела в окно. Луна освещала сад, и мне стало немного легче. Завтра я постараюсь найти в себе силы. Завтра я расскажу ему.

Но сегодня я позволю себе ещё немного побыть наедине с этой новостью, с этим новым миром, который только начинает раскрываться передо мной.