Глава 11

Отец делает шаг вперед, и его лицо темнеет еще больше. Он смотрит на Данияра, потом на меня, и в его глазах читается немое обвинение.

Я знаю, что должна объяснить, но не знаю, с чего начать. В такой ситуации нахожусь впервые. Как рассказать отцу о внезапно вспыхнувшем чувстве и о своем согласии на предложение, которое изменит всю мою жизнь?

– Отец, пожалуйста, выслушай меня, – выпаливаю я. – Это все произошло очень быстро. Данияр предложил мне стать его женой, и… я согласилась. Знаю, что это неожиданно, но, пожалуйста, поверь, я не хотела тебя обидеть.

Отец молчит, и эта тишина давит сильнее любых слов. Я вижу, как в его глазах борются гнев и растерянность, и чувствую себя предателем, словно нанесла удар в спину самому близкому человеку.

– Стать женой? – наконец выдыхает он, и голос его звучит глухо и отстраненно. – Ты… ты собираешься выйти за него замуж? И даже не посоветовалась со мной?

Опускаю голову, не в силах выдержать его взгляд. Слова застревают в горле, комната наполняется тягостной атмосферой. Хотелось бы провалиться сквозь землю, исчезнуть, лишь бы не видеть этого разочарования на лице отца.

– Прости, пап, – шепчу, чувствуя, как к глазам подступают слезы. – Я знаю, что должна была поговорить с тобой раньше, но все произошло так спонтанно. Я… я люблю Данияра. И он любит меня, – краем глазу вижу, как вытянулось лицо нашего гостя. Но я должна была это сказать, ведь в самом деле, влюбилась…

Отец вздыхает, проводя рукой по лицу. Видно, как он пытается взять себя в руки и понять, что же произошло в его отсутствие. Он смотрит на Данияра, и в его взгляде больше нет той ярости, а лишь грусть и непонимание.

– Хорошо, – говорит он тихо. – Я выслушаю тебя. Расскажи мне все. Расскажи, почему ты приняла такое важное решение без меня.

– Позвольте мне сказать, – встревает Данияр, глядя отцу прямо в глаза. – Тамила будет жить в достатке и не будет знать ни в чем нужды. Я обеспечу ей все самое лучшее, что только можно пожелать. У меня есть все возможности, чтобы сделать ее жизнь сказкой. Я богат, да, это правда, но богатство – это не главное. Главное – это моя любовь к Тамиле. Я обещаю вам, что буду заботиться о ней, оберегать ее и любить ее до конца своих дней. И я сделаю все, чтобы вы гордились тем, что я стал частью вашей семьи.

Отец молчит, обдумывая каждое слово Данияра. Знаю, что его сердце разрывается между желанием видеть дочь счастливой и страхом отпустить ее в неизвестность.

Мы оба знаем, что Данияр богат, но деньги не всегда приносят счастье. А моему родителю важно, чтобы я была с тем, кто действительно меня любит и ценит, а не просто осыпает дорогими подарками.

– Ты говоришь красиво, Данияр, – произносит отец, наконец, – но слова – это всего лишь слова. Я хочу видеть поступки. Хочу быть уверенным, что ты действительно любишь мою дочь и готов ради нее на все.

Он поворачивается ко мне, его взгляд полон боли и надежды.

– Доченька, – говорит он тихо, – я хочу, чтобы ты была счастлива. Но это твое решение, и ты должна хорошо подумать, прежде чем его принять. Это твоя жизнь, и ты должна прожить ее так, как считаешь нужным. Но помни, что я всегда буду рядом, чтобы поддержать тебя, что бы ни случилось.

Отец вздыхает и, не дожидаясь ответа, выходит из комнаты, оставляя меня наедине со своими мыслями и с Данияром. В комнате повисает тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов.

– Я должна уйти, – бросаю на мужчину извиняющийся взгляд.

– Хорошо, но не забывай обо мне. Ладно? – Данияр целует мои пальцы и неохотно отпускает от себя.

– Не забуду.

Выхожу из комнаты на ватных ногах, и вижу, что отец на кухне заваривает себе успокаивающий чай.

Подхожу к нему со спины и кладу руку ему на плечо:

– Всё будет хорошо, пап.

Отец вздрагивает от моего прикосновения, но не оборачивается. Он продолжает молча наблюдать за тем, как заваривается чай, словно в кипящей воде ищет ответы на мучившие его вопросы.

– Если Данияр сделает тебя счастливой, я буду рад за вас. Но будь осторожна. Любовь может быть прекрасной, но она может быть и очень болезненной. Не соглашайся на меньшее, чем ты заслуживаешь.

В его словах звучит не только отцовская любовь, но и мудрость, выстраданная годами.

– Хорошо, пап, – почтительно склоняю голову.

– Мы ничего не знаем о нем. Какой он? Добрый или злой человек. Хороший или мерзавец?

– Он хороший. Разве мое сердце могло бы полюбить другого?

– Я верю тебе, дочь. Но сердце может обманывать. Дай ему время, чтобы проявить себя. Не спеши с решениями, хорошо?

Я киваю, соглашаясь. Его слова отрезвляют. Я так увлечена своими чувствами к Данияру, что совсем забыла о здравом смысле. Нужно быть осторожной и не поддаваться слепой любви.

– Спасибо, пап. Я буду помнить твои слова.

*******

ДАНИЯР

Бок ноет, зараза. Кажется, ребра сломаны, да и с ногой что-то… Ее я чувствую хуже. Спасибо Тамиле и ее отцу, что выходили меня. Если бы не они, сгнил бы я где-нибудь в ущелье, и никто бы не узнал.

Тамила… Моя скромная и тихая горянка. Глаза большие, карие, как горный мед. Она не говорит много, но в каждом ее движении чувствуется забота.

Готовит похлебку, меняет повязки, молча прибирает в комнате. И взгляд… Такой чистый, невинный. Она не из тех, кто будет просто так флиртовать. С ней только по закону. Жениться придется. Другого выхода нет.

И что я скажу Лейле? Она убьет меня. Точно убьет. У меня появилась вторая жена… Да она меня на шашлык пустит. Шучу, конечно. Я ее не боюсь, просто не выношу бабских истерик.

Лейла – женщина с характером. Городская, образованная, привыкшая к комфорту. И тут – Тамила. Две противоположности. Представляю ее лицо, когда я скажу… Нет, надо что-то придумать. Какой-нибудь план, аргументы. Я не знаю…

Тамила заслуживает счастья. Она спасла мне жизнь. И я сделаю ее счастливой. Увезу в город, куплю ей красивый дом, наряды, бриллианты. Она будет учиться, станет образованной, потом начнет выходить со мной в свет. Она будет моей королевой. И я сделаю все, чтобы она не пожалела о своем выборе.

Главное Лейле нужно преподнести все правильно, с умом. Никакой внезапности, никаких резких заявлений. Начну издалека. Расскажу о горах, об их суровой красоте, о людях, живущих там. О долге, о чести. О Тамиле, как о ангеле-хранителе, явившемся в час моей погибели. Подчеркну ее доброту и самоотверженность. Опишу ее глаза, полные сострадания и невинности.

Смешно!

Лейла все равно будет орать и топать ногами. Плевать ей на доброту горянок! Ей будет сложно принять эту новую реальность.

А что до Тамилы… Она ничего не знает о семье… пока. Она живет здесь, в своем мире, далеком от городской суеты. Она не понимает, что такое "вторая жена".

Для нее это, наверное, что-то дикое и непонятное. Но я объясню. Я научу. Я покажу ей другой мир. Мир возможностей и комфорта. Открою ей все двери. И она расцветет. Станет еще прекраснее, чем сейчас в этих тряпках. Ей не придется ревновать меня к Лейле, ведь с первой женой я не сплю. Я буду ночевать только с ней, с моей Тамилой.

Лишь бы этот старый хрыч – ее отец, не отговорил ее от замужества.

Время поджимает, надо скорее становится на ноги.

У меня в планах выиграть выборы несмотря ни на что.

Переворачиваюсь на бок, и каждая клеточка тела кричит о боли, словно ее выкручивают плоскогубцами.

Но хуже физической боли – эта сосущая тревога в груди. Я скучаю по сыну.

По моему маленькому Асану. Ему же всего год. Год… И он сейчас в городе, с нянькой. Сердце сжимается от тоски. Как он там без меня?

Наверное, хнычет, ищет мои руки и мой запах. Я должен быть рядом с ним, учить его первым шагам, ловить его улыбку. А я тут, размазня, валяюсь в какой-то горной лачуге.

Надеюсь, Лейла ничего не натворила. Знаю я ее нрав… В голове мелькают картины: как она с безумным блеском в глазах тащит Асана кататься на качелях, несмотря на протесты няньки. У нее лишь одно желание: погубить ни в чем не повинного ребенка, как погубила две свои беременности.

Или, хуже того, кормит его чем-то запрещенным. Нет, нет, гоню эти мысли прочь. У меня есть слуги, охрана – полный штат. Они позаботятся о моем сыне. Они не допустят, чтобы Лейла перешла черту. Но все равно, эта чертова тревога не отпускает.

Нужно выздороветь. Быстрее встать на ноги. Вернуться к Асану. Вдохнуть его запах и почувствовать его тепло. Я вернусь к нему. Обязательно вернусь. И подарю ему новую мать – самую нежную и заботливую девушку на свете!