Глава 29

Алиса

Когда молчание уже слишком затянулось, я вышла вперед.

— Господин Батс, добро пожаловать в наш дом. Сейчас я прикажу подать ужин, и мы поговорим.

Мужчина ухмыльнулся с какой-то обреченностью, что на миг мне стало жалко его.

— Не думал, сын, что ты так поступишь со мной! Я ехал сюда и думал, возьму тебя за шиворот и потащу домой, а теперь понял, что бесполезно. Надо было раньше пороть розгами, а я все жалел. Вот и дождался!

Он сделал несколько шагов к Алексу и, отодвинув рукой в сторону, вышел из дома. От звука громко захлопнувшейся двери мы оба вздрогнули, словно удар пришелся по нам.

— Да, не думал, что будет так тяжело, ведь, по сути, он мне посторонний человек, — сказал супруг, поставив щит от прослушки.

Сейчас он это делал периодически, боясь, что Уил может подслушать не касающийся его ушей разговор.

— Ничего, за ночь успокоится. А я завтра съезжу к нему и постараюсь объяснить, что так было нужно. Он сам по себе хороший человек, просто наша быстрая женитьба, да ещё не на той, которую отец сватал, выбила его из колеи. С такими мыслями мы отправились спать.

* * *

Но ни на следующий день, ни после Алекс не смог вырваться, чтобы съездить к отцу. Вначале он занялся теми двумя поселениями, о которых не было сказано в отчетах. Ездил к бывшему чиновнику Гектору Вилтону, чтобы получить какие-нибудь известия о двух деревнях Плоте и Данине, но мужчина делал недоуменное лицо, словно не понимал, о чем идет речь.

— Я слышал об этих деревнях, но у меня никогда не было документов, что они принадлежали господину Хану Брэтли… Ну мало ли, что скажут крестьяне, они ведь необразованные, мало что понимают…

Алекс не зря столько времени на Земле проработал в таких органах, что прекрасно научился определять, врет ли человек или нет, и ему не нужны были никакие артефакты.

— Я вас понял, господин Вилтон. Не хотите признаваться, я пойду другим путем.

Мужчина опустил голову, но Алекс успел заметить на его лице злорадную усмешку.

Когда муж выскочил из управы злой, как тысяча чертей, и только не плевался огнём, успела перехватить его за руку и усадить на скамейку.

— Ты чего такой бешеный? — поглаживая его по спине, поинтересовалась я.

— Терпеть не могу тех, кто в глаза врет, при этом делает это нагло и без зазрения совести, — выплюнул Алекс и передал весь разговор с чиновником.

— Ты хорошо изучил здешние законы. Может, есть какой-то выход?

— Есть, писать в столицу и просить прислать проверку. А там, сама знаешь, кто больше даст, на той стороне и будет правда, да и жить они здесь должны за наш счет. А у нас пока с деньгами туговато.

— Слушай, Алекс, тут в голову пришла интересная мысль. Мы с тобой пройдём сейчас к мэру города, тем более, он напрямую подчиняется тебе. Можно попробовать через него воздействовать на чиновника.

— А я пока проедусь по этим деревням и послушаю, о чем говорит народ, — услышали мы рядом голос Уила.

Посмотрев друг на друга, потом на шустрого слугу, дружно расхохотались, поняв, что забыли поставить щит.

— Умная мысль, Уил. Если найдешь что-то или узнаешь, обещаю хорошую награду. Только сейчас довезешь нас до дома мэра. Потом, как вернёмся домой, отправишься в путь.

Юноша довольно кивнул.

— И чего он так стремится помочь тебе?

— Тот Алекс раньше, будучи пьяным, давал ему денег или же за интересную информацию, поэтому парень старался услужить. А я только недавно узнал, что он копит деньги для поступления в академию магии. Дара у него на это хватит, это с его слов.

— А мальчишка молодец. Идет к своей цели, ничего не боится.

Мы сели в карету и отравились в дом мэра. Кабинет господина Ричарда Ловика находился в этом же здании, где работали чиновники, но сегодня его на работе не было. Никто не мог сказать, почему.

Нужное здание находилось через дом от мэрии, но, как принято у аристократов, при деловых встречах, нужно было показать свой статус и приезжать в карете. Глупо, конечно, но таковы правила.

Увидев гостей, служанка сообщила, что мэр гостей не принимает.

— Даже своего сюзерена? — поднятая бровь и ехидная улыбка сделали свое дело, и девушка побледнела.

— Проходите, господа, я сейчас узнаю, — пропустив нас в дом, она быстро умчалась. А через пять минут спустился со второго этажа сам господин Ловик в домашней одежде.

— О-о-о, барон, баронесса! Прошу прощения за мой внешний вид, я не ожидал гостей. Прошу присаживаться, — было заметно, что мужчина засуетился, и это показалось странным. По словам старосты Алушты мэр был очень порядочным человеком.

— Мы были, честно сказать, немного озадачены тем, что вы не присутствовали на рабочем месте, господин мэр, — начал Алекс и внимательно посмотрел на мужчину.

— Плохо почувствовал себя, пришлось уйти и вызвать лекаря. Господин Штрах сказал, что это усталость, и дня два нужно отлежаться дома, — ответил мужчина, но определенная нервозность в поведении не пропала.

— Извините, что побеспокоили вас в такое время, но нас привело дело, не требующее отлагательств. Вы работали в мэрии еще до смерти старого барона Бэтли, через вас проходят вся отчетность по городу и прилегающим селениям. Мне надо знать, кому сейчас принадлежат два поселения — Плот и Данина.

Мужчина промолчал, но я заметила, как на лбу выступили бисеринки пота.

— Я вижу, что вы что-то знаете, но боитесь признаться в этом, господин мэр. Мне очень не хочется вызывать сюда проверку из столицы, но вы просто вынуждаете это сделать.

— Ай, что будет, то будет, моей вины здесь нет никакой, — тихо пробухтел под нос мэр и прямо посмотрел на Алекса. — Я как-то спросил у господина Вилтона почему налоги были собраны только с двух деревень, когда в нашем подчинении их четыре. В общей сложности, в поселениях проживают около сорока тысяч человек. Он сообщил, что это ошибка, и никаких четырех деревень нет, их только две. А стоило мне прижать его, то пригрозил, чтобы я не совался не в свое дело.

— Но на чем-то же он вас подловил? Как я вижу, вы не тот человек, которого можно просто припугнуть.

— Да, что уж там! Хуже не будет! Дело в том, что я не обедневший барон, как чаще всего представляюсь, а обычный бастард, который учился вместе с законными детьми своего отца. Так он хотел. А после его смерти мачеха выкинула меня за ворота. Хорошо, что по завещанию он оставил мне небольшие деньги, на которые я купил себе документ и уехал из Росса сюда.

— А как ваше настоящее имя? — поинтересовалась я

— Эрик Ловинский, — тяжело вздохнув, произнес он. — Что теперь будет, господин барон?

— Если вы перед законом чисты, то продолжите работать, а ваш секрет останется с нами, но до тех пор, пока честно будете служить баронству. Давайте вернемся к нашему делу. Так что с этими двумя поселениями?

— Эти две деревни вычеркнуты из списка, и с них мы не брали даже налоги. Куда они подевались, не знаю. Но у меня есть предположение, что сразу после смерти барона Брэдли их кто-то забрал, а в этом им помог господин Вилтон.

— Спасибо, господин мэр, выздоравливайте. Если выйдите на работу и встретитесь с чиновником, сделайте вид, что ничего не происходит.

Мы вышли на улицу.

— Что думаешь, девочка моя?

— Ничего. Шантаж работал всегда, во все века, на этом мужчину и поймали. Только откуда чиновник узнал секрет мэра?

— Голова кругом от этого, поэтому едем домой. Нужно уложить мысли по полкам и только потом действовать.

Ехали в карете мы молча, лишь Уил недовольно сопел. Ему хотелось поговорить по поводу поездки в эти деревни, но Алекс попросил его помолчать и обещал объяснить все дома.

А дома нас ждали три новости. Первая — на пороге усадьбы оказалась Алана, про которую я совсем забыла, что обещала забрать с собой. Не стала разбираться и решили, что она пока заменит няню. Вторая новость — на мое имя пришло письмо из банка, а я тупо смотрела на него и боялась открыть, а вот третья была совсем неприятная — отец Алекса после полученного стресса три дня назад заболел. Об этом сообщил вестник, упавший на руки супруга. Прочитав, он нахмурился.

— Алиса, посмотри на меня, все будет хорошо, я рядом. Пройди в кабинет, там все решим. Уил, ты тоже в кабинет.

Затем повернулся к дочери, которая вышла с одной из служанок в гостиную.

— Папа, вы приехали? А почему мне ничего не сказали?

— Красавица, тут такое дело, у нас с мамой есть несколько очень серьёзных дел. Ты могла бы пока остаться под присмотром Пушка? Как только мы все решим, я сделаю тебе игрушку.

— Хорошо, папочка. Тогда я займусь с Пушком магией.

Дождавшись мужа у двери кабинета, я зашла вместе со слугой в комнату. Объяснив Уилу, на что в первую очередь нужно обращать внимание, как вести себя, чтобы крестьяне не поняли, для чего ведутся расспросы, Алекс отправил юношу в Плот. Не забыв дать ему несколько медных монет, чтобы расплатиться за еду и ночлег. Добраться до деревни можно было за три часа.

— Алиса, открывай письмо.

Я послушалась и, вскрыв письмо, стала вчитываться в строчки, но смысл до меня не доходил, видимо слишком сильно перенервничала.

— Давай я посмотрю, — сказал Алекс и, взяв у меня бумаги, быстро пробежался глазами.

— Вон оно как? Ты поняла, что здесь написано, девочка моя?

— Нет, перенервничала, — улыбнулась я измученно.

— Твой отец за месяц до смерти открыл ячейку в банке, заплатив за полгода вперед. Срок аренды ячейки истек, и тебе написали письмо, чтобы ты забрала содержимое ящика или продлила его.

— Как думаешь, что там?

— Увидим! — улыбнулся загадочно муж. — Собирайся, выезжаем, а по пути заедем к отцу. Лекарь написал, что он болен.

Мы только вышли из кабинета и столкнулись с Сонечкой, державшей Пушка на руках. Она строго посмотрела на нас и заявила:

— Я должна ехать с вами, и это не обсуждается.

Я рассмеялась, выражение: «Это не обсуждается», дочь взяла из моего лексикона.

Алекс растерянно посмотрел на Сонечку, потом на меня.

— Дар предвидения, ничего поделать не могу, — пожала плечами.