Глава 31

Сергей (Алекс)

Сегодняшний день был плодотворным на события. Но все же главным из них я считал донесения от Уила. Отец был прав, когда сказал, что мальчишка еще пригодится. Ему удалось не только переговорить с крестьянами, но и пробраться в дом Адамсов. Вот тут нашему красавчику повезло. К ним в гости заявился чиновник, господин Вилтон, собственной персоной, и разговор проходил на эмоциях. К сожалению, подслушать не удалось, так как Гектор Вилтон поставил щит от прослушки. Затем сообщение о плохом, можно сказать критическом, состоянии отца совершенно выбило из колей. Отчасти считал себя виноватым, что не смог рассказать о своей иномирности. Я поднял множество записей о замене душ. Такие, как мы, находились на особом положении, так как большинство из нас имели или редкий дар, или приносили технологии в этот мир.

Если бы не бледное лицо Алисы, сообщившей, что пришло из банка письмо, я бы сразу ринулся в имение Батсов. Не знаю, мои ли были эти эмоции или его родного сына, но сердце болело за старика. Хотя какой он старик? При долготе жизни в триста лет, ему было сейчас около 90. Он мог жениться и нарожать себе еще деток, а он зациклился изначально на мальчишке.

Пока мы ехали к отцу, старался отвлечься, и это у меня получилось. Документы, вынутые из ячейки, оказались очень интересными. Бумаги на деревни я нашел, а также нахождение на его землях полудрагоценного камня квилазита. Другие бумаги даже не стал смотреть, чтобы не загружать голову.

Я, увидев лицо Стэна, сразу понял, что дела плохи. Наш семейный лекарь был очень предан отцу, и каждая его болезнь отдавалась в нем болью. Не знаю, что произошло между ними в молодости, но отец вытащил Араса из знатной заварушки, после этого и началась их дружба. Вот и сейчас я видел осуждение в глазах мужчины.

Поднявшись наверх, я сел на стоявшее рядом с кроватью кресло. Пытался и так, и так объяснить, что мне нужно было спасать ту, которую любил и ни за что бы не оставил в беде, но было такое ощущение, что мои слова уходят в пустоту. Мне требовалось вывести его на эмоции, и я решил признаться барону о своей иномирности.

— Отец, — начал говорить и решил перейти на «Вы». — Я хотел бы признаться, что не ваш сын, а иномирянин, попавший в тело вашего убитого сына. Меня притянуло в тот самый момент, когда его избивали, и душа Алекса не выдержала издевательств. Погибнув в своем мире, всеми силами старался удержаться в этом, и у меня получилось. Наверняка, вы заметили, что характер Алекса изменился?

Барон после моих слов о смерти сына лишь вздрогнул всем телом, но продолжал молчать.

— Очнувшись, я ничего не помнил. Только в тот момент, когда бросился спасать двух мальчишек и попал под удар лапы медведя, память о прошлой жизни вернулась ко мне. Алиса — это моя жена, которая погибла вместе со мной и со всеми близкими. А её сестра, Сонечка, наша дочь. Я не мог их бросить, слишком сильно люблю своих близких. А когда началась охота на нее из-за редкого дара, то пришлось скоропостижно жениться. Прости меня, отец! А для меня ты всегда останешься им, так как настоящий Алекс любил и уважал тебя.

Больше я не стал задерживаться в спальне и вышел. Точнее сказать, сбежал от него, но в первую очередь от себя, чувствуя вину. Каково же было удивление, когда он вышел из спальни, держа за руку Сонечку.

Надо было видеть лицо Стэна, увидевшего отца. В его глазах читалось неверие вперемешку с радостью и счастьем, что господин сам поднялся с постели.

Отец сел в кресло и посадил на колени Сонечку, Пушок расположился под их ногами. Никто не хотел прерывать молчание, воцарившееся в комнате.

— Я слышал, что в мире бывают случаи, когда умирающего заменяет душа из другого мира, но никогда не думал, что это может произойти в моей семье, — начал хриплым голосом говорить старый барон. — Мне до глубины души обидно, что не смог воспитать достойного сына. Слишком часто жалел, что парень рос без матери, а у меня совершенно не было времени на него. Когда он что-то совершал, я просто оплачивал все его проказы. В какой-то момент увидел, во что превратился мой сын, но было уже слишком поздно. Он перестал меня слушаться, игнорируя все призывы к совести.

Барон замолчал. На глаза мужчины навернулись слёзы, но он быстро смахнул их рукой.

— Знаешь, Алекс, в какой-то степени я рад, что ты сейчас в теле моего сына и не оставил его, когда его душа ушла за грань. Такого горя моё сердце бы не выдержало. Прошу тебя, не оставляй меня, я понял свою ошибку и не буду против вашего брака. Кроме того, мне внучка открыла один секрет, но это наша тайна, которую никто не должен знать.

— Пф, — услышал я в голове. — Тоже мне секрет. Сонечка сказала ему, что вскоре он найдет себе женщину, и у них родятся двойняшки, мальчик и девочка, — услышал я в голове и чуть не вскрикнул от неожиданности.

Это со мной случилось впервые. Никто из говорящих не знал, что я тоже могу сейчас слышать магического зверя.

— Подожди, у нее появились мыслеобразы? — спросила Алиса.

— Еще нет, пришла информация, когда она обняла деда. Как только начнутся изменения, я предупрежу.

— Главное, что барон с Алексом помирились, — ответила моя любимая Пушку, а на душе стало так хорошо и радостно после её слов.

— Может, вернетесь сюда? И мне будет не так одиноко, да и с внучкой хочется пообщаться! — стал уговаривать мужчина.

— Нельзя имение пока оставлять, отец. Тут такие дела закрутились…!

— Какие дела? А ну-ка, рассказывай, — тут же встал в стойку хозяин дома.

— Сначала лекарство, потом разговоры, — услышали мы грозные, не терпящие отказа слова господина Стэна.

Отец поморщился, но выпил всё, что дал ему лекарь.

— Здесь не место для серьёзных разговоров, — сказал отец и, встав, пошёл в сторону рабочего кабинета.

Сонечка осталась на его руках.

Разместившись кто куда, я начал свой рассказ. Рассказал, как случайно узнал о существовании ещё двух деревень от старосты деревни, хотя документов на них не было. По закону, все населенные пункты на территории купленных земель принадлежат уже нашему роду.

Надо было видеть негодование старого барона, я боялся, что у него возобновится болезнь, но, к счастью, этого не случилось. Как потом мне объяснил господин лекарь, у отца был нервный срыв, а раз сам виновник этого был прощен, то и барон стал чувствовать себя намного лучше.

— Что еще есть в документах старого интригана Хана Брэдли? Прошу прощения, баронесса Алисандра, если я чем-то задел ваши чувства!

— Не стоит, господин Батс, вы же знаете, что случилось дальше с моим отцом. Хотя, после обнаруженных фактов, Алекс сомневается, что мой отец кончил самоубийством.

— А дальше, папа, еще интереснее.

И я выложил все о камнях для артефактов, а также о документах, где поставлена подпись главы рода Адамс, что просил подождать с выплатой денег за аренду, так как они не успели еще собрать урожай.

— Кстати, крестьяне рассказали Уилу, что он никоим образом не использовал земли и крестьян. Отсюда вывод, что все это было затеяно ради камней.

— Подожди, почему, зная, что там можно найти квизалит, Хан Брэдли отдал земли в аренду?

— Первая моя мысль была та же, но, посмотрев на дату, я понял, что он отдал их в аренду за три дня до встречи со старателем Янисом Моском.

— Я подумаю, сын, что можно сделать.

Мы поужинали и отправились обратно к себе в имение. Как бы ни уговаривал старый барон, я побоялся оставлять наш дом под присмотром Ломана Давиеса. Поговорить с ним, а потом выкинуть мужчину из дома, у меня просто не было времени. Пока он под наблюдением и вроде ничего не помышляет, но это вроде… Никогда нельзя положиться на таких людей