Глава 34

Алиса

Старый барон остался у нас в гостях, и мы выделили ему одну из гостевых комнат. Уложив спать Сонечку, которая очень не хотела спускаться с колен деда, наша семейка устроилась в гостиной, чтобы поговорить о насущных затруднительных ситуациях. А самой основной проблемой на данный момент были претензии, предъявляемые родственниками бывшей невесты Алекса из-за расторжения брачного договора. При упоминании невесты, предназначенной в жены Алексу, можно было сказать, что она шалава… Нет, не так, более мягче — женщина легкого поведения. Сейчас семья Берты Флит написала жалобу, что девушка была помолвлена, а жених проигнорировал договорённость и женился на другой. Что бросало тень на её репутацию. За это семья Флит требовала две тысячи тархимов, то есть две тысячи золотых монет. А это, между прочим, годовой доход их усадьбы. Поэтому старый барон и слег в прошлый раз в постель, когда ему были озвучены их притязания.

— Но, по словам Алекса, девушка очень легкомысленная и спит с кем попало, — начала я и, увидев насмешливый взгляд тестя, сконфузилась.

— Оказывается, сын не наврал, и ты, дорогая сношенька, на самом деле душа иного мира. Наши бы девицы постеснялись бы говорить такие вещи откровенно, а другие вовсе свалились бы в обморок, — хмыкнул он. — А вот ты не стесняешься и сама говоришь об этом.

— Я действительно из другого мира, и Алекс правильно сказал, что там мы были не просто любящей парой, а состояли в браке. Сонечка же наша дочь. Но речь сейчас о другом, что надо сделать, чтобы ушлая семейка отстала от нас и забыла о деньгах?

— Мы долго ломали голову, малыш, но так и не придумали, на чем ее можно подловить. Эта девица ведет такой образ жизни, что наши ночные бабочки и рядом не стояли, но все это держится в секрете, и никто не сможет дать против нее показания. При малейших сомнениях, что ее сдадут, Берта брала магическую клятву. Никто не будет жертвовать своей жизнью ради того, чтобы секреты подлой девчонки выползли наружу, — задумчиво произнес супруг.

— Подождите, давайте рассуждать логически. Этот мир магический, значит, здесь имеются маги-менталисты. А они могут просмотреть её память.

— Да, баронесса, но только в том случае просматривают, если речь идет о покушении на корону, а также просматривают воспоминания особо опасных преступников.

— Алекс, а ты говорил, что в воспоминаниях остались встречи с людьми, которые рассказали тебе и даже показали, где она была и с кем. Отсюда вопрос, есть ли возможность прочитать твои мысли менталисту, чтобы он отправил все доказательства в суд? А если суд возьмётся за это дело, то мы должны быть к нему готовы, чтобы отклонить претензии семейки Флит и объяснить суть отказа.

— А ведь это мысль, сын. Насколько я знаю, они уже подали прошение на имя главного судьи королевства, то мы можем подать встречный.

С таким положительным решением мы отправились спать, а утром я проснулась в постели одна. За стеной кто-то шумел и явно слышался голос дочери. Накинув халат, открыла дверь. Алана стояла ко мне спиной и не пускала Сонечку в спальню.

— Что происходит? — поинтересовалась я.

— Мама, я хотела рассказать тебе свой сон, а Алана не пустила меня.

— Госпожа, вы так поздно вчера легли, вам стоило еще немного поспать. Под глазами черные круги появились от бессонницы. Знала бы она о моей бессоннице и сонных таблетках, то покраснела бы до корней волос. Алекс вспомнил молодость и, не важно, во сколько мы ложились спать, требовал супружеский долг, а я и не артачилась. Зачем? Мне все нравилось!

— А господин где? — поинтересовалась я и вспомнила, супруг намекал об утренней поездке в совет магов, а оттуда в мэрию.

— Господин со своим отцом выехали спозаранку по делам, — доложила женщина.

— Хорошо, Алана, спасибо большое. Красотка, ты уже завтракала?

— Да, мамочка. Осталась только ты, но не переживай, я посижу вместе с тобой в столовой, как раз и расскажу о своем сне.

Быстро привела себя в порядок, и мы спустились вниз. Увидев меня, Алана попросила служанку принести завтрак. Пушок сидел на стуле и заглядывал мне в тарелку.

— Тебя сегодня не кормили? — посмотрела я на питомца.

— Я не хотел, — отвернулся он.

— Пушок, что происходит? — напрягшись, отложила ложку.

— Ничего, мне сегодня удалось связаться со своими родными, — он опустил глаза.

— Ты соскучился и хочешь увидеться с ними?

— Да, хозяйка, а это возможно? — он посмотрел на меня так жалобно, что хотелось взять его на руки и потискать, чтобы успокоился.

— Почему бы и нет? Ты только заранее договорись с ними, когда они, предположим, будут где-то гулять. А мы приедем туда, и ты встретишься со своими близкими.

— Ты правда это сделаешь? — глазки-пуговки смотрела на меня с недоверием, и в то же время в них сквозила надежда, чувство радости и нетерпение.

— Я никогда не врала тебе, Пушок, и мы одна семья, — улыбнулась.

— Да, мы одна семья! — эхом повторил он за мной.

Пушок замолчал, а Сонечка ёрзала на стуле в ожидании, когда я переговорю с нашим питомцем.

— Мамочка, ты только не удивляйся, но я во сне видела тетю Риту.

— Почему я должна удивляться? Она, наверняка, готовится к сессии, — ответила я, заканчивая завтрак.

— Нет, мамочка, ты меня не поняла. Тетя Рита сейчас находится в этом мире. Она такая красивая и молодая. У нее черные–пречёрные волосы и коричневые глаза.

— Ты хотела сказать, карие? — машинально исправила я, и тут только до меня дошел смысл её слов. — Что? Здесь? Но как такое возможно, ведь она осталась на Земле?

— Не знаю, мамочка, но там говорят не так, как здесь. На другом языке.

Немного помолчала, действительность оказалась шокирующей, а дочери я полностью доверяла. Чтобы немного отвлечься, решила зайти на кухню и дать наставление поварихе относительно тех самых рыбешек, подарка водяного. Алекс был не просто любителем рыбалки, но также обожал есть рыбу в любом виде, кроме сырой. Распахнув дверь на кухню, увидела, как Алана смазывает лицо мальчика простоквашей.

— Э-э-э, что-то случилось с мальчиком? — поинтересовалась я.

— Нет, госпожа, — повернувшись ко мне и спрятав пацана за спиной, ответила женщина.

— Алана, что с ребенком?

— Уже ничего, барышня. Сейчас солнце весеннее яркое, и не заметишь, как загоришь, а Лик весь день сидел с ребятами возле речки, ну и сгорел. Лицо болит и чешется.

— Странно, но мы вроде избежали с Сонечкой этого.

— Девочка в шляпке с полами, поэтому солнце не слишком достает её, как и вас. А деревенская ребятня, убежав на рыбалку, расставит удочки и ложится на землю отдохнуть. Видимо, заснул под солнцем, вот и обгорел, — она обернулась к пятилетнему ребенку, и я увидела лишь его кивок.

— Мать-то куда смотрела? — возмутилась я.

— Нет у него мамки, госпожа. Живет он с отцом и маленькой сестренкой. Отец гончар, ему нужно семью обеспечивать, вот и трудится день и ночь, а за младшей мать его следит, старая уже бабка. Вот и не углядела за Ликом.

— Хорошо, Алана. Не забудь покормить мальца, наверняка, сегодня еще ничего не ел.

Ответом было лишь шмыганье ребенка.

Выйдя из кухни, вспомнила, что хотела сказать, но возвращаться не стала. В голове крутилась мысль, а я никак не могла ухватить её за хвост. После обеда в ожидании новостей от Пушка я взглянула на себя в зеркало. Увиденное совсем не понравилось. Мне тоже достался небольшой загар, видимо, это произошло в тот момент, когда я сидела возле воды. Лицо слегка пощипывало, и на этом всё. Ну не идти же на кухню за простоквашей!

В день, когда на меня нападает хандра, как сейчас, я начинаю вспоминать о маме. После смерти отца, мы с сестрой думали, что она не выживет, так сильно переживала. Но в один из дней мама позвонила и попросила сходить с ней на рынок, кое-что закупить для интерьера. Я радовалась, она смогла переступить через свое горе. Нет, оно не исчезло, просто ушло вглубь.

Я вспомнила разговор мамы.

— Алисочка, ты, наверное, удивишься, детка, что я так быстро пришла в себя. Но в какой-то момент подумала, что вашему отцу это бы не понравилось, и он бы желал, чтобы я не хандрила, а стала чем-то заниматься. Вот и решила научиться вязать, может, еще что-нибудь придумаю.

И ведь придумала, мама увлеклась вязанием, потом рисованием, а в последние годы изучала травы и приготовление из них всевозможных мазей. Кто-то шепнул на ушко, что в её роду были ведуньи, и даже если дар не передался наследникам, остаётся в его потомках и может проявиться. Мы с сестрой этому мало верили, но сейчас, вспоминая последний разговор на даче, за два дня до аварии, я вспомнила ее слова, сказанные с таким восхищением.

— Доченька, представляешь, что косметику раньше делали из обычного масла и пчелиного воска. Сама Клеопатра пользовалась ими. Добавляя всевозможные природные красители, древние египтянки изготавливали тени, губную помаду, тушь.

И тут перед глазами, словно из ниоткуда, появилась мама и стала разъяснять, что она вычитала из книг.

— Мамочка, дорогая моя, любимая, как я тебе сейчас благодарна за тот разговор. Ты даже не представляешь, как помогла мне, — прошептала я.

И тут наш Пушок, тихо сидевший в кресле, поднял голову.

— Через час они едут в парк, — произнёс он.

— А парк, как я поняла, находится возле храма? — поинтересовалась у маргала.

— Если ехать от северных ворот, то дорога к храму идет вдоль парка, — ответил он.

— Тогда собираемся. Нам еще ехать около двух часов.