Глава 5

Алиса

От пережитого волнения меня потряхивало, но и Сонечка чувствовала себя также. Мы задами прошли до нашего дома по краю леса и, пройдя через огород, оказались в своем дворе. Я успела ключом открыть дверь, когда отворилась калитка, и вошёл староста.

— Госпожа, доброго дня! — поздоровался и не стал ждать ответа, сразу засыпал вопросами. — Как вам дом, устроились? Никто ночью не приходил, не тревожил?

Он зашел за нами в дом и, задавая вопросы, все время оглядывался.

— А кто из женщин приходил помочь? — неожиданно спросил он и замер.

— Никто, как Живик ушел, мы с до… с сестрой одни. Прибрались немного, кушать приготовили, — ответила я.

— Я правильно понял, вы сами убирались? — с неподдельным удивлением старик рассматривал меня.

— Конечно, кто же за меня это будет делать? — усмехнулась в ответ, уж слишком комичным в своей растерянности выглядел староста. — Вы мне лучше скажите, Вито, медведь часто кидается на жителей деревни?

— Неужели опять появился окаянный? Да как вам удалось убежать от него? — на лице старосты читался испуг и какая-то обреченность.

— Да, мы уже на краю деревни были, увидели и побежали, а он не стал догонять, видимо, испугался.

Я посмотрела на Сонечку, боясь, что девочка проговорится, но она молчала.

— Может, это другой медведь был? Этот душегуб перед нападением садится, начинает крутить головой, а потом резко встает и бежит на вас. А в последний момент встает на задние лапы и подминает под себя… Из-под такой туши редко кому удаётся вылезти. Хотя лесорубу удалось, он его как-то успел задеть топором, и тот долго не появлялся. Ванок жив остался, только покалечил его зверь сильно, еле передвигается по дому, дышать ему тяжко.

— Нет, Вито, это тот самый. Он вел себя так же, как вы описали сейчас.

— Ох-ох-ошки, горе-то какое, опять в лес страшно будет ходить поодиночке, а артефакты защиты дорого стоят, — запричитал старик. — Госпожа, вы же аристократка, а у них чаще всего магия всегда есть, может, поможете зарядить артефакты для защиты. Раньше этим ваш батюшка занимался, а сейчас и не знаю, к кому обратиться⁈

Я с сомнением посмотрела на старика, а он воспринял мой взгляд по-другому.

— Вы не переживайте, я заплачу вам за каждый артефакт.

— Хорошо, — скрепя сердцем произнесла я. — Принесите их сюда. Я дома наполню, а потом кого-нибудь из ребят предупрежу. Только учтите, память у меня отшибло после удара, и мне придется вспоминать, как это делается.

Старик расплылся в довольной улыбке.

— Сегодня же Живик занесет, — ответил он. — А насчет вспомнить — не беспокойтесь. Мышечная память помнит все. Как возьмете в руки артефакт, так и вспомнится.

— Интересное имя у мальчика, — сказала я. И что оно обозначает?

— А это не имя, это прозвище. На самом деле его зовут Джеймс, но с детства мы его звали живчик, он был очень неспокойным ребенком и всегда попадал в неприятности. Потом это прозвище прикрепилось за ним, и мало кто уже называет Джеймсом. Когда его спрашивали, как зовут, он с гордо поднятой головой отвечал: «Живик», не мог выговорить одну букву, так и повелось Живик, да Живик, — рассмеялся он.

— Видимо, мальчик вам слишком дорог, вы с таким теплом говорите о нём, с такой любовью, — улыбнулась я.

— Да, это мой старший внук, — с гордостью ответил старик. — Я пойду, госпожа, сейчас пришлю внука с артефактами.

Он поклонился.

— Какая я госпожа? — отмахнулась рукой от старика. — Забудьте, называйте Алисой. Так будет лучше.

— Нет, госпожа, вы родились аристократкой, такой и останетесь, независимо от того, богаты вы или бедны.

Вновь поклонившись, он ушел.

За разговором со старостой мы немного успокоились от встречи с хищником.

— Мам, а как ты смогла отогнать медведя, ведь он не просто так нам перекрыл дорогу? — поинтересовалась малышка, а голос все же дрогнул. Испугались мы с ней изрядно.

— Не знаю, милая. Я сильно испугалась, и в этот момент из рук вылетело темное облачко и полетело на медведя, а что дальше произошло, ты сама видела.

— Я почувствовала его страх, — закивала Сонечка.

— Давай перекусим кашей, а потом начнем обрабатывать грибы, иначе они не доживут до завтра.

Девочка помыла руки и села за стол, а я наложила теплой протомившейся рассыпчатой кашицы в две тарелки и поставила на стол. Потом кинула в нее немного маслица для вкуса. Каша была пресная, но есть хотелось сильно, поэтому мы доели все, что было в тарелках. На ужин каши еще осталось, на завтра нужно будет подумать, что приготовить. Выбор продуктов, к сожаленью, небольшой. Успела убрать со стола, когда в дверь постучались и, открыв, в неё заглянула вихрастая светловолосая голова Живика.

— Чего встал? Проходи, — рассмеялась я.

— Дед сказал, чтобы я занес артефакты для подпитки.

— Клади тогда на стол, — ответила ребенку

Мальчик из-за пазухи вынул артефакты и остался стоять. Вроде что-то хотел сказать, но стеснялся, а может что-то другое мешало…

— Что-то еще, Живик?

— Я вот тут подумал, раз вы не помните, что такое магия, как же будете заполнять своей силой? — он поднял свои синие глазенки и с любопытством посмотрел на меня.

— Думаю, справлюсь, а ты хочешь помочь?

— Нет! — замотал головой ребенок. — Я не умею! Просто как-то раз видел, как их заполняли маги, приехавшие в деревню на практику.

— Подскажешь? — улыбнулась я, видя, что мальчик не ради любопытства интересуется. Ему действительно хочется помочь, да и взгляды, бросаемые на Сонечку, говорили сами за себя.

— Я всегда готов помочь женщинам. Особенно тем, у кого в доме нет твёрдого мужского плеча, на которое она бы смогла опереться, — ответил гордо, подняв голову, мальчик.

Чем-то он мне напомнил мужа Сережку. Мы тоже познакомились с ним в детстве и дружили, пока эта дружба не переросла в любовь. Эх, где сейчас он? Может, и права Сонечка, и лежит он на кровати больной. Я уже и не надеюсь на встречу с мужем, да и неизвестно, в чье тело он мог попасть. Может, в женатого мужчину или ребенка. Всякое в жизни случается.

— Спасибо заранее за помощь, Живик. Тогда начнем?

— Они брали в руки предмет и держали вот так.

Мальчик взял ближайший артефакт, больше похожий на металлический овал, и положил на ладонь, а второй рукой прикрыл. Чрезмерное детское любопытство порой делает чудеса.

— Потом они сказали, что пускают немного магии через свои руки в этот предмет. У меня нет магии, поэтому не понял, как это делается.

Я пробовала и так, и так, но у меня ничего не получалось. Вспоминала из книг, как попаданки находили в себе магию. Разочаровавшись, плюнула и представила, что от сердца идет тонкий лучик солнца, и через руки передаётся в предмет. Тут я почувствовала, как тепло потекло из рук, а сам предмет стал неожиданно теплым. Я подняла глаза и увидела, что сам артефакт засветился нежно-голубым цветом.

— Здорово! У вас получилось, госпожа, — восхищенно произнес ребенок, расплываясь в довольной улыбке, а в моей душе засветился огонёк надежды. Ведь это какой-никакой, но заработок. По крайней мере, можно купить продукты на деньги или же взять на обмен.

— А магические камни так же заряжаются? — поинтересовалась я.

Если это так, то с уверенностью можно сказать, что удача повернулась ко мне лицом. Можно самой заняться зарядкой магических камней жителей деревни.

После третьего артефакта у меня слегка закружилась голова.

— Живик, мне нужно за один раз подзарядить все артефакты? — отчего-то во мне крепла уверенность, что моё головокружение напрямую связано с подзарядкой.

— Нет, дед сказал по возможности, но есть те, которые бы желательно зарядить быстрее. Тут имеются артефакты, защищающие деревню от нежити. Они самые главные.

— Я отдохну и примусь за остальные, а ты пока отдели защитные, ими займусь в первую очередь.

— А их не придется откладывать, все те артефакты, на которых имеется красный камень — защитные, с темно-зелёным — для хорошего урожая, но мы его собрали, поэтому их можно вообще оставить напоследок, со светло-зеленым камнем — для помощи по дому, все, что с голубым камнем — связаны с водой.

— Так для чего тогда колодцы, если у вас есть такой артефакт? — удивилась я, а мальчик посмотрел на меня как на неразумную.

— Я имею в виду, водоемы, реки, озера, пруды, где водятся много нечисти, вот от них и защищают эти камни. Но мы пользуемся ими только во время праздников, которые проходят возле воды. Русалки и тритоны могут завлечь людей в свои сети и утащить в воду. Эти артефакты располагаются по всему побережью, где проводится праздник, и нечисть на это время не показывается из воды.

— Как же много я не знаю, э-э-э, вернее сказать, забыла, — исправилась я.

— Ничего, — заботливо погладил меня по руке Живик, — скоро вспомните, а я помогу. Кстати, у нас дома есть книга о магии, могу принести, — предложил мальчик.

Живик старался быть полезными, и это у него получалось. Он надеялся втянуть в разговор Сонечку, но она отмалчивалась, исподтишка поглядывая на мальчика.

— Хороший он мальчик, правда? — поинтересовалась у дочери, когда Живик убежал домой.

Она пожала плечами и отвернулась.

— Ты чего? Может, он тебе не нравится, поэтому ты так среагировала на внука старосты?

Мне очень хотелось, чтобы они подружились. Ведь не будет Сонечка караулить меня каждый день, у нее должно быть детство в совместных играх с ребятами на воздухе, ссорах, примирениях и в дружбе. А я уверена, Живик был командиром в маленькой группе сорванцов и мог ввести туда новенькую.

— Не знаю, странный он какой-то, — ответила она.

— В чем же проявляется странность? — заинтересовалась я.

— Он вроде маленький, но в то же время я чувствую его взрослым. А это неправильно, — ответила она. И тут до меня дошло, что она хотела этим сказать.

— Я поняла, о чем ты, доченька, и отвечу тебе так. Деревенские дети взрослеют быстрее городских, потому что их рано привлекают к выполнению домашних работ. В зависимости от возраста и сил их просят подмести полы, убрать посуду, помыть пол, принести дров и много другое. Кроме этого, ребята уже в десять лет нянчатся с младшими братьями и сестрами, когда взрослые на посеве или уборке зерновых культур.

— Мама, ты хочешь сказать, что Живик уже работает?

— Ты ведь видишь, что его отправили показать дорогу, помочь нам освоиться в новом доме. Да и принести артефакты — это тоже своеобразная работа, — ответила я и рассмеялась, посмотрев на шокированную дочь.

— Это, получается, я тоже работаю, раз помогаю тебе?

— Конечно, поэтому я и называю тебя своей помощницей, ты помогаешь по мере своих сил.

Мне нравилось, как Сонечка воспринимает мои слова. Не просто прислушивается, а делает для себя выводы.

Пока мы с ней разговаривали, руки продолжали заниматься лесными дарами. Я пересортировала белые грибы и почистила их ножиком от грязи, а затем протёрла влажной тряпкой — так меня научила мама. Их не желательно мыть, так как при варке у грибного супа получается более насыщенный вкус и аромат. Я имею в виду грибы, которые идут на засушку. Нарезав, ножом разложила на чистой тряпочке на веранде. Погода стояла еще солнечная, поэтому надеялась, что в течение недели они хорошо подсохнут. А вот опята собралась варить. Жаль, что не было жира или растительного масла, желательно было бы пожарить и отправить в погреб. Можно сказать, заготовка на зиму есть.

С грибами я закончила уже поздно вечером и сразу отправилась спать. Все же головокружение не прекратилось. Думала, от усталости засну быстро, но сон не шёл, а в голове возникали мысли одна за другой. Почему после перемещения мы умеем разговаривать на языке этого мира? Как справиться с магией, которая начала проявляться во мне? А то, что она темная, мне совсем не нравилось. Где гарантия, что дочь не получила магический дар? От вопросов о магии я перешла к более насущным, как выжить без денег? Если я первое время выкручусь за счет зарядки артефактов, то в последующем, когда ко мне перестанут обращаться, что делать?

В итоге я заснула уже поздно ночью.