Глава 5

POV Го Шуан

Банкет продолжался, но для меня он превратился в самую настоящую пытку. Время тянулось бесконечно медленно. Около часа Собаки Наследный принц, раскрасневшийся от выпитого, громко объявил, что желает освежиться в императорских садах у пруда с лотосами. Сопровождать его вызвался его личный евнух — тучный, высокомерный человек по имени Гао, тот самый человек, который с ухмылкой наблюдал за моим унижением.

Они покинули зал. Я бросила мимолетный взгляд в темный угол, место Седьмого принца было пусто. На столе осталась лишь лужа пролитого вина и смятый, окровавленный кусок серебра.

Тревога, липкая и холодная, обхватила мое горло. Я не могла объяснить себе причину своего страха. Что мог сделать изгой могущественному Наследному принцу, которого защищает теневая стража? Ничего. Это было бы самоубийством.

Прошло около половины стражи (часа), Император уже собирался покинуть зал, чтобы удалиться в покои Императрицы, когда ночную тишину дворца разорвал вопль.

Это был не просто крик испуга, а нечеловеческий, полный первобытного ужаса и агонии вопль, от которого лопнули струны на лютнях музыкантов. Звук донесся со стороны садов.

Стража у дверей мгновенно обнажила мечи. Император вскочил с трона. В следующее мгновение створки тяжелых дверей распахнулись, и в зал, спотыкаясь и падая, ввалился Наследный принц.

Зал ахнул в едином порыве ужаса. Женщины закрыли лица веерами, некоторые из них вскрикнули.

Чжао Юйчэнь, блистательный будущий правитель, выглядел так, словно побывал в пасти демона. Его роскошные желтые шелка были перепачканы грязью и густой, темной кровью. Он тяжело дышал, его глаза были расширены от потрясения, а руки тряслись так сильно, что он не мог опереться на них, чтобы встать с колен.

— Ваше Высочество! Мой сын! — закричала Императрица, бросаясь к нему со своего возвышения.

— Демон... там... демон ночи... — бессвязно бормотал Юйчэнь, качая головой, его зубы стучали. Крови на нем было слишком много, чтобы она принадлежала только ему. Наследный Принц не был ранен, он был залит чужой кровью.

Командир императорской стражи, обнажив меч, бросился в темноту садов вместе с десятком лучших воинов. Тишина в зале стала осязаемой, никто не смел даже дышать. Мой отец побледнел, инстинктивно заслоняя меня собой.

Спустя долгие минуты, показавшиеся вечностью, командир стражи вернулся, лицо закаленного в боях воина было мертвенно-бледным, а на скулах ходили желваки, словно он пытался сдержать тошноту. Стражник опустился на одно колено перед Императором, склонив голову так низко, что его шлем коснулся мрамора.

— Ваше Величество... — голос воина дрогнул. — Угрозы нет. Нападавший... или нападавшие исчезли. Никаких следов. Ни единой зацепки.

— Что произошло?! — прорычал Император, сжимая подлокотники трона. — Чья это кровь на Наследном принце?!

— Это кровь евнуха Гао, Ваше Величество, он мертв.

По залу разнесся испуганный шепот. Евнух Гао был правой рукой Наследного принца, мастером интриг и негласным правителем Восточного Дворца, убить его в двух шагах от праздничного зала, под носом у теневой стражи... это было немыслимо.

— Как он погиб? — процедил Император, и в его глазах вспыхнул гнев дракона. — Говори всё!

Командир стражи сглотнул, бросив быстрый, полный жалости взгляд на трясущегося на полу Наследного принца.

— Ваше Величество... это была не просто смерть, его кто-то казнил. Кто-то... разорвал его, буквально, глаза евнуха Гао вырваны из глазниц, а обе его руки, от кончиков пальцев до локтей... они полностью раздроблены в кровавое месиво, его как будто перемололи мельничными жерновами. Но самое страшное...

Воин запнулся, доставая из-за пояса предмет, завернутый в чистый платок, положил его на пол, а затем развернул ткань. Это был кусок желтого шелка с вышитым драконом — оторванный рукав Наследного принца, тот самый рукав, которым он коснулся моей руки. Рукав был насквозь пропитан кровью, и в него была завернута отрубленная кисть евнуха.

— Мы нашли это в пасти статуи каменного льва у входа в сад. Это предупреждение, Ваше Величество, кто-то хотел показать Наследному принцу, что может достать его в любой момент.

Императрица потеряла сознание, безвольно осев на руки служанок. Зал погрузился в хаос, охрана оцепила дворец, министры в панике перешептывались, проклиная мятежников и темных духов.

Я стояла неподвижно, чувствуя, как ледяной холод сковывает мои внутренности. Мое дыхание стало мелким и прерывистым. «Разрушенные руки... Оторванный рукав...» Мой взгляд снова и снова возвращался к пустующему месту в темном углу, где в луже пролитого вина лежал кусок безжалостно смятого, толстого серебра.

Никто не мог связать жестокое, нечеловечески искусное убийство влиятельного евнуха со слабым принцем-изгоем, который не владел даже мечом. Никто в этом зале, кроме меня.

Я подняла дрожащую руку и коснулась своего запястья, где под слоями шелка все еще скрывались синяки от его пальцев. Он не наказывал Наследного принца. Это было бы слишком очевидно и привело бы к расследованию. Седьмой принц-изгой наказал того, кто стоял рядом, показав Юйчэню, что его жизнь висит на волоске. Но главное... он уничтожил то, что посмело способствовать прикосновению к тому, что принадлежало ему.

«В этот раз я запру тебя в башне в первый же день...» — его слова, сказанные в дождь, прозвучали в моей голове набатом.

Это было не безумие больного юноши, а расчетливая, чудовищная в своей жестокости одержимость монстра, который прятался под маской слабости, и этот монстр только что пролил первую кровь из-за меня.

Я закрыла глаза, чувствуя, как по щеке скатилась одинокая слеза. Золотая клетка, о которой я и не подозревала еще утром, с оглушительным лязгом захлопнулась у меня за спиной.