Глава 29

Артем… или неожиданное открытие

Сидя в уютной комнате отдыха, что располагается в огромной по размерам бане и обустроена по последнему слову моды, я думаю об одном моменте, что прочно засел в голове и не желает ни в какую ее покидать. Моменте, который вот уже несколько часов подряд не дает мне покоя и терзает душу.

С одной стороны, я довольно отчетливо понимаю, что сложившуюся ситуацию можно спокойно приписать в бредовой. Нереальной. Но с другой… жизнь вообще порой дерьмовая штука, и случиться может все что угодно. И самое паршивое во всем этом безобразии, что ни богатый, ни бедный человек не имеют права выбора судьбы.

Здесь главенствует русская рулетка — и никак иначе. Только нелегкая судьба знает, с чем и когда придется столкнуться в привычной, полной гармонии жизни. Нам, простым смертным, дано лишь бороться и пытаться всеми силами вырваться из коварной западни, что поглощает с каждым днем все больше и больше. Озаряя внутреннее пространство души непроглядным мраком.

Сделав глоток виски старше меня на десять лет, я устало прикрываю глаза и отдаюсь согревающим душу воспоминаниям.

Мне приятно думать, что Полина безоговорочно доверяет мне. Сейчас доверяет. Каюсь, но я восхищен ее самоотдачей. Порой она позволяет мне слишком многое, силой переступив через себя. Я прекрасно это вижу, но упорно молчу. Не собираюсь ей помогать, это ее война. Она сама должна сорваться и все высказать. Здесь я ей не помощник.

А вот в делах постельных…

Она великолепна.

Несмотря на то, что меньше недели назад была совсем еще девочкой, Полина позволяет мне слишком откровенные вольности. Не скрою, порой она смешно смущается, прячет взгляд за опущенными волосами, но не сдается. Она учится, интересуется. И втягивается, радуя меня неимоверно.

Я люблю ее сладостные стоны, что, благодаря потрясающей акустике в моей квартире, звучат словно музыка.

Люблю ее нежный голос, что ласкает слух, словно морская волна в жаркий солнечный день.

Люблю ее звонкий смех, напоминающий звон крохотного колокольчика.

И ее взгляд, полный тепла и нежности.

Люблю ее.

Она та, что нужна мне больше жизни. Я ясно это понимаю. И готов бороться за наше счастье даже с самим собой. Ради нее.

Ради нее я готов переступить через свою боль, готов отпустить прошлое и идти рука об руку рядом с ней в счастливое будущее.

И плевать, что однажды она предала меня.

Мы оба виноваты. Я, сам того не понимая, обидел прекрасную девушка. Она защищалась.

Я давно разложил все по полочкам, осознал причину ее поведения. Смог понять, а главное, простить. Не могу сказать, что мне было легко принять нас такими, какие мы есть. Сложно. Сложно быть с человеком, который предал однажды, но возможно. В мире вообще нет вещей, которых невозможно преодолеть. Ну а если дело касается любви, то здесь и так все понятно. Безумцев полно.

Делаю глоток виски, чувствуя во рту приятную горечь и снова погружаясь в приятные воспоминания.

Я люблю ее податливое тело, из него можно лепить все, что душе угодно.

Помню каждый изгиб, каждую родинку на ее коже… Так, стоп! Родинку? Вмиг распахнув глаза, возвращаюсь в жестокую реальность. Обескураживающим взглядом скольжу вокруг, ища в очередной раз подтверждение своей догадки.

Если час назад я наивно фантазировал насчет внезапно объявившейся дочери, то теперь почти уверен. Только вот все это не может быть правдой.

Плеснул виски в бокал, выпиваю залпом. Смотрю на парней, Леша и Макс разыгрывают очередную партию в бильярд. Арс, вальяжно развалившись по соседству, задумчиво пялится на полуголых теток в клипе Тимати. А я сижу и недоумеваю, как так получается.

Жизнь бежит, словно горный ручей, унося десятки безоблачных лет.

Но даже несмотря на это, не может быть таких совпадений, чтобы были потеряны дети.

Встряхнув головой, прогоняю неуместную лирику. К черту, ни к чему она сейчас. Есть дела куда поважнее, например, отчетливо вспомнить внешность тети Вики. Прикрываю глаза и напрягаю память, какие-то фрагменты встречи с ней должны остаться.

Легкая улыбка, заинтересованный взгляд карих глаз и высокий хвост. Бизнесвумен. Владелица успешной рекламной компании и замечательная мать.

Одно лицо с Полиной.

С разницей в двадцать лет.

Пытаюсь удержать облик, но он ускользает, растворяется. Словно ему здесь не место. Вместо него всплывает разговор, который я случайно подслушал.

— Лех, а помнишь, несколько лет назад в бане у тебя парились?

Ленивый взгляд в мою сторону, насмешливая улыбка, превращающая циничного бизнесмена в нашкодившего подростка, и снова полная концентрация внимания на игре.

— Ну, помню.

— Женя. Твой друг, — произношу не своим голосом, отвлекая мужа сестры от важной игры и заставляя вновь взглянуть на меня, но другим взглядом. Настороженным.

Еще бы. Я никогда не интересовался его друзьями, особенно такими шишками. Дядя Женя загребает миллионы долларов лопатой каждый день, у него огромная логистическая компания, распространяющаяся на два континента. Куда мне, сопляку, до такого.

— Продолжай, — отставив кий в сторону, впивается в меня цепким взглядом.

— Прошу прощения, — опуская стыдливый взгляд в пол, нервными движениями рук начинаю прокручивать в руке бокал с остатками виски. Мне чертовски неудобно признаваться в таком косяке, но иного выхода я просто не нахожу. — Несколько лет назад я случайно подслушал ваш разговор. У него правда была дочь?

— Была. Умерла при рождении, — произносит, опуская взгляд на бильярдный стол и хватаясь за кий.

Леша четко дает понять, что на этом разговор окончен и лично мне он больше ничего не скажет. Да только у меня перед глазами мелькает обнаженная танцующая Поли, и взгляд автоматически цепляется за поясницу, когда она чертовски сексуально поворачивается.

Родимое пятно, которое я уже видел, не дает покоя.

— А ты в этом уверен? — смотрю на него, пытаясь поймать взгляд, но все четно.

— Да, — звучит глухой ответ. — Он пробовал ее найти. В роддоме был пожар, в архивной части. Не все удалось восстановить, что-то делали по памяти. Да и вообще, там история мутная, поговаривают, что завотделением новорожденными приторговывала. Да и сам роддом уже на новом месте давно, сложно что-то узнать.

— То есть?

Поворачиваю ошарашенное лицо в сторону не менее ошарашенного Арса. Глаза на лбу, рот некрасиво открыт. В общем, удивление на лицо.

Говорю же, мутное дело.

Откинувшись на спинку кожаного дивана, поднимаю задумчивый взгляд в потолок. Издалека я видел родителей Полины и точно могу сказать — не их она. Блондинка с миловидным лицом и небольшого роста вкупе с лишним весом никак не может быть биологической матерью Полины. Высокий и статный мужчина с копной рыжих волос и зелеными глазами, что по наследству передались сыну, не может быть отцом. Герман — другое дело. Рост и статность он взял от отца, цвет волос и улыбку у матери. Полине не досталось ничего.

Только слепой может не заметить, что она чужая в родной семье.

Я думал об этой житейской несправедливости час назад, полчаса назад мои мысли были заняты семьей Тарасовых. Сейчас — Полиной.

Не может быть в жизни таких совпадений, как одинаковое родимое пятно на пояснице. А еще цвет глаз и разрез, что передались от папы. Пухлые губки бантиком и уверенность во взгляде от мамы. Одна разница: тетя Вика шатенка от рождения, а Полина блондинка. Крашеная, правда.

До колик в пальцах, до адской боли в груди мне хочется докопаться до правды.

— А дядь Женя родом из Москвы? — ну же, пожалуйста, скажи, что да.

— Нет, он один из «понаехавших».

Сука!

Бокал виски с грохотом летит в плазму, что транслирует очередное порнографическое дерьмо. Под недоуменные взгляды парней я молча встаю и отправляюсь в бассейн. Сейчас мне нужно освежиться и пораскинуть мозгами на свежую голову. Что-то мне подсказывает, что дела здесь нечистые. Интересно, а Полина москвичка или нет? Надо бы у нее уточнить эту информацию. Потому что, если нет, есть шанс найти ее биологических родителей.

А сейчас…

Дерьмо!