Глава 50

— Устала?

— Нисколько, — это правда. Мы едем домой. На улице уже стемнело. И на душе также темно.

— Не принимай близко нападки мамы, она сложный человек. А когда поймёт, что мы вместе без всяких «но» и скоро подарим ей внука или внучку, она смягчится.

— Ты не стал ей ничего говорить? Ты ведь именно поэтому решил устроить этот ужин.

— Нет. Не стал. Момент был не тот. Позже позовём их к нам.

— К нам?

— Именно. В дальнейшем разделении домов я лично не вижу никакого смысла.

— А давай поедем за город. Подышим свежим воздухом… Мне полезно, между прочим. Заодно и покажешь, как продвигается работа над любимым Феррари, — дотянувшись до мужского бедра, я позволила себе ласково погладить его через жёсткую ткань. Каждый раз получаю удовольствие, прикасаясь к своему мужчине, имея возможность сделать это, когда я захочу, а не когда на это отведено небольшое количество времени.

— Прямо сейчас? Давай завтра? Поздно уже.

— Но ты ведь говорил, что завтра можно выспаться. Поедем сейчас? — отвечаю очень мягко, но настойчиво. И с замиранием сердца жду его ответа. Признается или нет? — Ты напряжён, а там всегда расслабляешься. Зато в очередной раз сможем прикоснуться к истории, а ты мне покажешь самый дорогой для тебя кусок металла, с которым ты не готов делиться ни с кем и ни при каких обстоятельствах.

Аристарх нервно облизнул губы. Хммм…

— Саша, а эта машина перекочевала в другое место.

— Так едем туда, или это проблема?

— Теперь, да.

— Ни за что не поверю, что ты отказываешься показать мне своё сокровище, — продолжаю аккуратно, медленными успокаивающими движениями поглаживать его бедро. — Не будь таким букой. У нас ведь есть время.

— Да, время есть. В принципе, если ты очень хочешь вдохнуть свежий воздух, то поехали, конечно. Но машина хранится не у меня. Работа по восстановлению будет проходить в другом месте, и посторонних туда не пустят.

— Почему в другом месте? Ты с таким трепетом о ней всегда говорил… Мне даже иногда казалось, что она для тебя во много раз важнее, чем я. Даже обидно иногда было, — вкладываю нотки веселья в последнюю фразу.

Я знаю, что дело обстоит как раз наоборот. И он не хочет признаваться. Но я заставлю его быть со мной откровенной до конца.

— Теперь мне есть, кем дорожить и на кого тратить своё личное время. Так что я передал машину тому, кому она нужна больше.

— А что, нельзя как-то совмещать? — мягко касаюсь его волос, плавно перемещая пальцы ниже вдоль шеи.

— В этот раз нельзя. Саша, поехали лучше домой? — мужчина, выпустив руль одной рукой, стал копировать мягкие, соблазнительные движения уже на мой ноге.

— Ко мне или к тебе?

— Я уже сказал. Больше не вижу смысла в подобном разделении.

Как только мы прошли на порог холостяцкой обители, сдержанность и показная отдалённость Аристарха растворились бесследно. С высоты своего роста (ах да, излюбленные каблуки я уже не ношу какое-то время) мужчина наклонился и легко прижал меня к стене, носом щекоча шею, а мужские руки уже настойчиво исследуют мои бедра, ловкими движениями задирая юбку. Я в долгу не остаюсь, проворно помогая ему избавиться от одежды — у меня было время убедиться, что мужчина является приверженцем спортивного стиля в одежде, и нелюбимые строгие костюмы и классические рубашки носит только в случаях острой необходимости.

Тело плавится от его жадных, ненасытных прикосновений, а от его сбивчивого дыхания уже голова идёт кругом. Затуманенный янтарный взгляд заставляет забыть обо всем…

Почти.

Аристарх подхватил меня на руки и понёс в спальню, которая скоро станет нашей общей комнатой. И впервые за долгое время я не только готова к такому повороту событий, но и сама стремлюсь к подобным изменениям.

Его близость всё так же дурманит голову, как и в наш первый раз. Его нежность и мягкость по отношению ко мне заставляют с головой погрузиться в трепетные прикосновения. Его страстные ласки будоражат кровь так, что хочется их повторять вновь и вновь, и чтобы эта магия между нами не заканчивалась никогда.

И всё же, наряду со всем этим, в голове то и дело мелькает ещё один повисший в воздухе вопрос, который тоже не даёт мне покоя и не позволяет полностью отдаться откровенным прикосновениям моего единственного, самого желанного мужчины.30f6fc

Своим телом он придавил меня к постели, доводя до заветной остроты чувственный контакт наших тел. Но я не позволяю себе полностью отдаться волнам страсти и наслаждения.

Прерываю наш пламенный поцелуй, уже чувствуя настойчивые губы на своей шее, и произношу фразу, которую, уверена, мужчина меньше всего ожидает сейчас услышать.

— Аристарх. Зачем ты отдал эту машину?

Он с трудом оторвался от моей кожи, затуманенным, янтарным взором заглянув мне в глаза.

— Саша. Какая уже разница? Возникла проблема. Я её решил. Какой ценой и какими методами — тебя это не должно беспокоить.

— Но меня это беспокоит.

— Если тебе необходим повод для беспокойства, найди себе другой. Этот я уже занял, — он вновь пытается закрыть губами мне рот, но я уворачиваюсь.

— И всё же.

— Считай, что это была искренняя благодарность человеку, который помог мне в трудную минуту.

Имя Миши я даже не решаюсь произносить. Вроде и хочется знать, какие меры он предпринял, но я всё равно не понимаю зачем, и следовательно, любой ответ мне покажется чрезмерным.

— Но это ведь несоразмерная благодарность. Ты ведь так хотел….

— Эта машина не стоит того, что нас ждёт в будущем. Вас я хочу больше.

— Но можно ведь было что-то ещё придумать. Неужели нельзя было обойтись без слишком широкого жеста?

— Нельзя. Без этого широкого жеста меня бы закрыли. А каждый день простоя обходится мне чересчур дорого, — он не хочет открывать всю правду, я вижу.

— Это ведь ещё не всё? О чём ты умолчал?

— Нуууу… на меня, как на владельца, могли много чего весёленького повесить, и отмываться от этого пришлось бы слишком долго. Поверь, я ещё очень легко отбился. Без царапин, серьёзных потрясений и убытков. А если ты будешь теперь из-за этого переживать, то я больше ничего рассказывать не буду.

— А есть, что рассказать ещё?

— Разумеется.

— Что? — сердце замерло, неужели Миша пошёл ва-банк? Но зачем?! Он ведь тем самым делает только хуже именно мне!

— То, что повторяю я крайне редко. И только в исключительных случаях.

— Не пугай меня ещё больше, а!

Вопреки самым страшным словам, которые я уже мысленно пропустила через свою голову, мужчина коротко и уверенно произнёс:

— Я люблю тебя, — тихо, просто, решительно. — И я свой выбор сделал.

Ощущаю его палец, нежно скользящий по линии моих губ. Описать словами то, что я чувствую от самых невинных прикосновений этого мужчины, просто невозможно. Это ласковый душевный трепет. Это огонь, неизменно будоражащий кровь. Это ураган, своей решительной нежностью ломающий и сметающий все преграды. Это свет, который загорается внутри меня и освещает дорогу в будущее. Это слова и взгляды, понятные только нам обоим. Это страсть, в которую мы погружаемся с головой. С полной самоотдачей. Искренне. Вместе.

— Я тебя сильнее. И свой выбор я также сделала.

Каждый человек появляется в нашей жизни не случайно. Он играет в ней какую-то роль. Один вместе с нами проходит определённый отрезок пути, а другой — остаётся с нами навсегда. Каждый из людей дан нам свыше для чего-то. Кто-то учит любить и быть любимым, кто-то учит прощать и забывать все обиды, кто-то учит нас терпению и относиться с уважением к чужим интересам, а кто-то… Кто-то просто ломает нас, причиняя боль, подчиняя своим принципам, заставляя получить бесценный опыт, встать на ноги и идти по жизни дальше с новым запасом душевных сил и бодрости духа. Никогда заранее нельзя сказать, для чего нам дан в жизни тот или иной человек, и как надолго он задержится в нашей судьбе.

Но очень часто в наших же силах сделать так, чтобы те люди, которые нам особенно дороги, оставались рядом как можно дольше.

Теперь и в моей жизни появился такой человек. Благодаря ему я чувствую себя самой счастливой на земле. Самой желанной. Самой восхитительной. Я чувствую себя единственной.

И я приложу все усилия, чтобы мой мужчина каждый день радовался своему выбору.