13. Пружина сжимается

— Те авес бахтало, баро Нико, — кивнул я. — Не хотел вас беспокоить. Просто не смог дозвониться Жану, а мне очень надо с ним поговорить.

Злой дядька Князя тоже кивнул, но не отвечая мне, а подавая сигнал своим помощникам. В ту же секунду ко мне потянулись крепкие руки и втащили внутрь. Я обернулся и заметил, как из машины выскочил Кукуша, но успел мотнуть головой, чтобы он ничего не делал.

Калитка захлопнулась и меня буквально на руках внесли в небольшую будку для охранников. Барон тоже зашёл. У меня сразу забрали телефон и начали с пристрастием шмонать, проверяя каждую мелочь.

— Всё чисто, — повернулся к Нико один из молодчиков.

— Тут тоже, — протянул ему мой телефон другой чувак. — Семь вызовов Жану за последние два часа.

Большой босс махнул головой и они, как по мановению волшебной палочки, мигом развеялись.

— Ты, — заговорил со мной он, — зачем сюда ходишь?

— Я второй раз всего, — пожал я плечами. — Мне просто надо с Жаном переговорить. Дозвониться не смог.

— Что у тебя за дела с моим племянником?

— Так мы учимся с ним в одной школе. Обычные школьные дела.

— От него вся школа, как от огня бегает, а ты такой… — он замолчал, подбирая слово, — невзрачный… и вдруг оказываешься таким смелым, что сам ползёшь в его логово, чтобы положить голову в пасть льву? Ты идиот?

— Нет, — качнул я головой.

— Не идиот, — кивнул он. — Значит, что-то вынюхиваешь, так?

— Нет, ничего не вынюхиваю. Но мне действительно надо с Князем парой слов перекинуться.

— С Князем? Можешь сказать мне, что у вас за дела, я его дядя.

Я на мгновенье задумался, не объяснить ли суть проблемы ему. Но подумал, что он и сам не захочет встревать в ситуацию, и племяннику не позволит. Слишком всё было мутно. А вот молодого и резкого Жана можно было затянуть в дело куда надёжнее.

— Его так и зовут в школе? — сощурился Нико.

— Зовут. А он дома?

— Откуда знаешь, как по-нашему «здравствуйте»?

— Хотел вас задобрить, вот и загуглил, — честно ответил я и, заметив, как дёрнулись его веки, пояснил. — В интернете нашёл. Там сейчас всё найти можно.

— Дети интернета, — покачал головой Нико и потёр указательным пальцем переносицу. — Скоро и детей в интернете рожать будете. Кто тебя привёз?

— Это друг моего дяди. Дяди нет уже, вот он мне и помогает.

— А отец есть?

— Нет, отца тоже нет.

Он кивнул.

— А ты, значит, бывал уже в этом доме?

— Пять лет назад, праздновали день рождения Жана. Хорошо повеселились тогда. Папа его с нами отжигал. Но теперь Жан стал совсем другим, с одноклассниками не тусит.

— Ромы рано взрослеют, знаешь? — пренебрежительно скривился барон. — Пока вы в крестики-нолики играете, мы уже большие дела делаем. И мой племянник тоже. Он сам должен добиться успеха, тогда его будут воспринимать серьёзно. У нас нет такого, что я ему всё куплю, а он будет только удовольствия получать, как… Как ты, например.

Я криво усмехнулся.

— Что ты скривился?

— Удовольствия свои вспомнил, — хмыкнул я. — А то что ваши люди взрослеют рано для меня не секрет.

Он пристально посмотрел мне в глаза и повернулся к двери, бросив через плечо:

— Иди за мной, гаджё.

Я пошёл и снова оказался в царстве роскоши и своеобразных декоративных приёмов. Мы пришли в тот же самый «тронный зал», где мне уже довелось побывать.

— Садись, — велел хозяин жилища и кивнул в сторону стола, обошёл его и опустился на стул. — Если ты знаешь, что мой племянник уже не мальчик и больше не хочет играть с вами в машинки, но всё равно хочешь с ним говорить, значит тебе нужны деньги, да?

Я не ответил, глядя прямо на него и ожидая, что за этим последует.

— Сколько надо денег?

— Я не хочу, чтобы он дал мне эти деньги, — ответил я.

— Правда?

— Да. Я хочу сам заработать.

Честно говоря, деньги мне были нужны прямо сейчас и много, а именно один лимон для Круглого и ещё что-то на сопутствующие расходы. Но говорить об этом я, естественно, не собирался.

— Сколько тебе надо? Ты, кажется, неплохой парень, да? Держи. Я могу помочь.

Он вынул из внутреннего кармана увесистую пачку и положил передо мной на стол. Положил и ждал, что я буду делать. Это очень походило на проверку.

— Спасибо большое, — кивнул я. — Это щедро с вашей стороны. Но деньги, которые просто падают с неба, не принесут ни удачи, ни счастье.

— Смотрите на него. От денег отказывается. Мало что ли? Не будешь брать?

— И что вы захотите взамен?

— Ничего. Просто возьмёшь деньги и больше никогда не появишься на пороге.

— Это я могу и бесплатно обещать, — кивнул я. — Дом ваш, скажете не приходить, не приду. За это платить не нужно.

— Серьёзно?

Его злые тонкие губы чуть дёрнулись в подобии усмешки.

— Абсолютно серьёзно. Просто скажите, где найти Жана и я уйду.

— Ладно, — хмыкнул он. — Тогда давай выпьем за знакомство.

— Я школьник, — улыбнулся я в ответ. — И спортсмен.

— Ну, на спортсмена, конечно, ты больше всего похож. Ладно, хорошо. Как тебя?

— Сергей Краснов. Крас.

— Сергей Краснов, ты что, хочешь втянуть моего племянника в криминальные дела?

Это было неожиданно.

— Что? — удивлённо уставился я на него. — Нет, конечно.

Вообще-то это он хотел втянуть меня в криминальные дела.

— Хорошо, — сказал босс и картинно кивнул, чуть прикрыв глаза. — Потому что его ожидает большое будущее. Понимаешь меня? МГУ, бизнес, политическая карьера. Я хочу, чтобы он, как и я служил людям. У нас, например, в городе в этом году не осталось ни одного нашего, ребёнка, который не пошёл бы в школу. Как, по-твоему, это хорошо?

— Конечно, хорошо, — нахмурился я.

— А почему хмуришься, если хорошо? О нас говорят, что ромы — это источник криминала, что в нашей среде процветают наркотики, мошенничество, кражи. Но преступники во всех народах встречаются, и мы жестоко боремся с подобными стереотипами.

— Понимаю, — кивнул я.

А что, хорошая идея разрекламировать, или как там сейчас говорят, в общем, изменить общественное мнение, а самим продолжать традиционный бизнес.

— Ну, а раз понимаешь, запомни, любые дела, которые могут повредить репутации Жана, крайне нежелательны. И если ты окажешься человеком, который бросит на него тень и поставит под угрозу его будущее, ты горько пожалеешь.

В общем, разговор принял весьма неожиданный оборот. Мы говорили ещё минут пятнадцать о социальных сетях, о молодёжи, политике и экономике. Кончилось тем, что он вроде бы остался доволен, хотя рожа всё равно казалась злой.

Но, по крайней мере, он не сожрал меня сам и не скормил арабским скакунам, которых у него наверняка имелось несколько краденых табунов. Или не краденых.

Предложенных денег я не взял, но место, где обитал Князь, стало мне известным. И на том спасибо.

* * *

— Живой? — хмуро бросил Кукуша, когда я подошёл к машине. — А то я тут на измене весь. Конокрады эти кружат, зыркают, тебя забрали, ствола нет.

— Слушай, интересный дядька этот барон. Он мне задвигал за образование, социальную справедливость и всё подобное.

— Ага, есть у него такое. Его в ящике показывают каждый день по местным каналам. Вот такие времена, чё. А сам он под эту свою фуфлыжную шнягу не забывает дела делать.

— А точно? Может, он действительно такой ответственный и правильный барон?

— Нет никого грязнее политиков, племяш, — назидательно пояснил Кукуша. — Политики хуже жохов, шерстяных воров и фуфломётов.

У меня зазвонил телефон. Это была Глотова.

— Привет, — ответил я.

— Красивенький, — воскликнула она. — Хорошо, что у тебя телефон включён!

Голос её звучал немного нервно.

— Чего там случилось, ты где?

— Я дома. Слилась с физры, пошла спать. Только у школы меня поджидали.

— Кто? — насторожился я.

— Пацанёнок лет двенадцати, — ответила Настя.

— И чего хотел?

— Чтобы я тебе сообщение передала. Чтобы ты сегодня пришёл на стройку в семь часов. Один и со стволом. Он сказал, что будут качели. И что это единственный шанс решить вопрос мирно. А если ты не придёшь, то будет кабзда и тебе самому, и мне, и Бате. Типа они тебя посадят… Красивенький. Мне страшно… Может, я к бабушке пойду переночую, а?

— Переночуй, — согласился я и сжал зубы.

Вот суки, быстро вычислили.

— Настя, про бабушку очень хорошая идея. Только ты вызови такси, ясно? Есть у тебя деньги?

— Найду. Мне мама давно говорила, чтоб я у бабушки поболталась немного.

— Вот и поболтайся. Давай только прямо сейчас. В школу сегодня не возвращайся, поняла?

— Ладно. Чёт знаешь… как-то меня прям штормит.

— Ничего, всё нормально. Я сегодня с ними порешаю и всё.

— Не! Ты дурак что ли? Не вздумай туда идти. Давай тоже сливайся, понял? Я не шучу.

— Хорошо, не переживай, я придумаю что-нибудь.

Отключив телефон, я рассказал всё Кукуше.

— Поехали за стволом, — решительно заявил он.

— Пока не хочу во дворе светиться. Там нас могут поджидать. Вся эта история со стрелкой и честным базаром полная хрень.

— Да, это чисто подстава. Западня. Но мы же не будем шкериться теперь всю жизнь?

— Шкериться не будем, а вот осмотрительность проявим. Чтобы всё решить одним махом.

— Если чё, у меня есть пара кентов на примете, у которых найдутся крепкие пацанчики. Думаю, они потребуются.

— Это хорошо, — кивнул я. — А вот есть ли у тебя на примете не кенты, а менты?

— В смысле?

— В прямом. Знаешь ли ты, помимо Круглого, кого-то ещё? У которого бы можно было получить небольшую консультацию по текущей повестке? Желательно такого, который ещё не стал копщиком.

— Сейчас помозгую. А куда едем-то?

— Так на Зелёную поляну.

— Блин, не близкий свет. Ладно, мы тогда через Рудник проскочим. Заглянем там в одно местечко тёпленькое.

— Время, дядя Слава не ждёт. У Мне бы ещё на урок надо попасть, хотя бы на последний, а то Юлька со свету сживёт за всё хорошее.

— Училка или наоборот?

— Училка, блин.

— Ладно, заскочим по-любому, а потом уж поднажмём. Телега вывезет.

Он действительно поднажал и мы пролетели по проспекту Шахтёров, который за тридцать лет вот вообще не изменился. Нет, подкрасили, подрихтовали, конечно, подчистили, но на этом всё, по большому счёту.

Мысли скакали, цеплялись за обыденные вещи, не желая уходить в ступор из-за ожидаемых вечерних событий.

— Дядя Слава, а вот как ты думаешь, — задумчиво произнёс я, — почему ментовские «буханки» и «козлы» со времён твоей боевой молодости не изменились? Как ездили, так и ездят.

— Ну, ты даёшь, племяш, — хмуро ответил он. — Это ж наш бренд. Надёжность типа и традиция. Зачем менять то, что уже полвека нормально работает?

— А ты мудрец, — усмехнулся я.

— Ага. Щас вот сюда заедем.

Он свернул на узкую дорожку и проскочил через открытые железные ворота во двор. Это был явно гараж какой-то организации.

— Автосервис, — кивнул он.

Раньше здесь такого не было, это точно.

— Пошли, племяш, познакомлю.

Из бокса выглянул дед с суровым лицом. Он был в кожаной кепке и поношенных широких джинсах.

— Мать моя, женщина! — покачал он головой. — Кукуша, Кукуша, сколько мне жить осталось?

— Рискуешь, Матвеич, — заржал Кукуша. — Я ведь и ответить могу!

— За базар точно придётся! — засмеялся и Матвеич.

Они обнялись.

— Чёт ты давненько не залетал в наши края. Что привело?

Во дворе стояли разобранные «нивы», «девятки» и иномарки, резина была сложена в столбики, на потрескавшемся асфальте виднелись незасыхающие масляные лужи, а из открытых дверей бокса неслось шипение и удары молотком по металлу.

— Да вот, с племяшом мимо ехали, — кивнул на меня Кукуша, — решил глянуть на тебя одним глазком.

Матвеич был крепким и коренастым, имел жёсткие седые усы, глубокие морщины и впалые щёки, как у следователя Бушмакина из «Рождённой Революцией».

— Твой?

— Нет, не поверишь. Бешеного.

— Ты что! — удивлённо воскликнул Матвеич и посмотрел на меня с интересом. — Так ты дядьку-то не застал поди, малец? Погоди, сколько лет-то прошло?

— Не застал, — кивнул я.

— Крепкий мент был. Его и свои, и наши уважали. Серьёзный человек.

— Ну, а ты сам как? — прищурился Кукуша.

— Всё лучше и лучше. Как там, жить стало лучше, жить стало веселее? Это про нас.

— Точно, братан. Точно. Я вот поинтересоваться хотел. Чисто для себя. Есть там одна плохо организованная группа лиц, а мы вот хотим прокачать избирательное право в отдельно взятом дворе. Если что с электоратом не пособишь?

— Эзоп, в натуре, — захохотал Матвеич, но тут же закашлялся и кашлял долго и сильно, будто выворачивал душу наизнанку.

— Хлопнуть? — участливо предложил Кукуша.

— По жбану себя хлопни, — ответил, откашлявшись, Матвеич, сдвинул кепку на затылок и тыльной стороной ладони вытер глаза. — Проклятые рудники, сука. Есть у меня ребята. Сам знаешь, малолетки ко мне тянутся. Щас правда движение прикрутили, теоретическую основу под запрет, значит… да… Но кто-то же должен из пацанов людей делать? Так что давай и племяша своего подтягивай. Перекуём.

— Да он уж сам столько перековал, что не нуждается. Отвечаю. Правильный пацанчик. Короче, Матвеич, сегодня в семь поможешь? Там ничё такого, фраерят борзых прессануть и всё. Им точно с теоретической основой познакомиться не повредит.

— Прессанём, какой базар, брателло? Всё в ажуре сделаем. С тебя подгон и дело в шляпе. Но только вот сегодня…

— Чего?

— Да не знаю… Боюсь не успеем собраться, подготовиться.

— Так ещё считай утро, — развёл руками Кукуша.

— Уже полдня пролетело, это у тебя утро до сих пор. Давай так, позвонишь мне в пять и я тебе скажу, сколько смогу выделить бойцов. Ну, и ты не забудь, их проинструктировать надо. Так что ещё минут несколько заложи. Идёт?

— Благодарю, брат.

— Да, ладно, не благодари. Я с тебя теперь просто не слезу.

Он заржал и снова закашлялся. Попрощавшись, мы поехали дальше и домчались до Зелёной поляны за неполных двадцать минут. Дом Князя нашли по навигатору. Здесь никаких постов охраны не было, но шале, виллы и срубы на улице выглядели солидно, мама не горюй. При мне таких точно не строили.

Кукуша парканулся чуть в стороне, чтоб лишний раз не светиться, а я двинул пешком. Подошёл к высокому кирпичному забору и нажал на кнопку звонка. Железная дверь открылась и на меня уставились крепкие раскаченные братки в дорогих костюмах.

— К Князю, — кивнул я и глянул поверх их голов на дом.

Он был суперсовременным и стоил безумных денег, это было видно невооружённым глазом. Из дома неслась музыка. Вернее, только низы, обозначавшие ритм.

— Имя? — кивнул мне один из охранников.

— Сергей.

Он тут же поднял к лицу рацию и произнёс:

— Князь, здесь Сергей.

— Пропускай без досмотра! — практически сразу ответила рация и качки с серьёзными лицами расступились.

Я прошёл к дому поднялся по ступеням на гладкую бетонную террасу и толкнул стеклянную дверь. По ушам долбанули низы. Дыц-дыц-дыц. Доносились девичьи голоса. Вдруг музыка резко оборвалась, и из динамиков полетел голос Жана:

— Серёга, приветствую тебя на моём собственном островке Эпштейна!

И тут же снова заревел музон. Я прошёл в большой холл с высоченным потолком. Повсюду носились полуголые девицы. Совсем молоденькие, похожие на цыганок, но не только. И беленькие тоже попадались. Парни кто пил, кто снюхивал, кто сосался. Я прямо обалдел от этого царства безнаказанного малолетнего разврата.

— Крас! — выпучил глаза Жан, подлетев ко мне. — Ты чё здесь делаешь⁈ Ты как попал сюда⁈

— Ты ж сам сказал пропустить без досмотра, — пожал я плечами. — А что такое остров Эпштейна? Я только остров Робинзона знаю.

— Ну, блин! — замотал он головой и потащил меня из зала. — Иди сюда!

Мы прошли по коридору с бетонным полом и стенами и зашли в комнату с диваном, камином и письменным столом.

— О, — покрутил я головой. — Кабинет. Твой?

— Ты чё припёрся? — наехал на меня Князь. — Как ты нашёл вообще?

— Мы же договаривались сегодня перетереть, а ты не пришёл. Ну и вот. Слыхал про гору и Магомета?

— Как ты адрес узнал?

— Так мне дядька твой сказал, — развёл я руками, будто это было что-то само собой разумеющееся.

— Чего? — офонарел он.

— Да.

— Ты опять туда попёрся?

— Ну а что было делать? Я звонил, писал, а ты ноль повдоль.

— Ты чё, Крас, охерел? Мы с тобой не договаривались. Мы не можем договариваться. Я говорю, а ты слушаешь. Если я не пришёл — ждёшь. Всё просто, чё неясного?

— Да ладно ты, чё кипишуешь? Нормально я с дядюшкой твоим поговорил.

— Пипец! — замотал он головой. — Ты прям с ним говорил?

— Да, он меня лично от ворот довёл до зала, усадил за стол и переговорил. У тебя под носом белое что-то, вытри.

Жан задумчиво провёл рукой по волосам и бухнулся на диван.

— Ты здесь постоянно обитаешь что ли? — спросил я. — Нормально так будущая элита в жизнь входит, да?

— А он тебе ничего не передавал для меня? — настороженно спросил Князь.

— Нет, он меня только предупредил, что если я буду тебя втягивать в грязные делишки и это плохо повлияет на твою будущую политическую карьеру или на бизнес, не знаю, куда ты там дальше собираешься, он меня закопает.

— Фак! — с чувством воскликнул Князь, и во взгляде его на мгновенье промелькнул испуг. — Блин! Сука! Это он для меня предупреждение послал. Как ты к нему в доверие-то втёрся? Не вздумай рассказать дяде Нико, что ты здесь видел сегодня, понял?

— Ты, может быть, думаешь, что мы с твоим дядей вдруг корешами стали? Не разлей вода, да? Но это не так. Вряд ли я его ещё когда-нибудь увижу и получу возможность сдать тебя с потрохами.

— Ну, это ты его ещё не знаешь. А он тебе бабки предлагал?

— Да. Хорошую такую пачку.

— А ты?

— Сказал, что сам заработаю. Вместе с тобой.

— Вот же блин, как это ты допёр, что не надо брать? Ладно. Давай говори скорей, чё припёрся. Ко мне там один чел придёт сейчас. Важный чел, ясно? Ты из-за работы что ли? Так это не прямо сейчас, это в обозримом, но будущем, понятно?

— Нет, Жан, не поэтому. Смотри, вот какое дело. У меня во дворе, там где «Чибис» у школы, знаешь? Вот, в следующем доме. Короче, там готовят площадку под стройку. И рядом с этой площадкой постоянно пасутся мутные чуваки.

— И чё?

— Чё? Да ничё. Они там барыжат.

— В смысле?

— Наркоту толкают.

— Да ну, нахрен, — отмахнулся он. — Прямо во дворе, типа как в магазине? Заплатил, взял, пошёл? Да их заметут ни сегодня, так завтра. Мне вообще по-барабану.

— Так в том-то и дело, что заметут. Они же трубят, что берут дурь у дяди Нико.

— Чего⁈ — гневно воскликнул Князь.

— Вот того. Только они не под дядей твоим ходят, а типа сами по себе. Я так понимаю, они тебе отчисления не делают.

— А ты откуда знаешь? — с подозрением спросил он.

— Разговорил одного.

— Покупал у них?

— Нет, я покупателя разговорил. Знакомый мой.

— Кто такой?

— Не из нашей школы. Мы в больнице вместе лежали. Я его случайно увидел во дворе и подкатил. Ну, он ужаленный был растрепал. У них туса будет, понадобится много дерьма.

Князь задумался.

— А тебе-то что за дело до всего этого? — спросил он и опять впился в меня взглядом.

— А то, что это мой двор, — начал перечислять я, — и там теперь постоянно пасутся менты и всех срисовывают, а мне это вообще не в жилу если мы с тобой договоримся. Сечёшь? Потом, эти гопники по укурке творят разные непотребства, докапываются там…

— До тебя что ли докопались?

— До девок докапываются, до детей. А как раз сегодня у них и будет эта крупная продажа. Ну, понятно, что по их меркам. Вот этот мой знакомый придёт ещё с двумя чуваками и принесёт хрусты.

— Чего?

— Бабки принесёт.

— Гнилая тема, — покачал головой Князь. — Стрёмная, Крас. А если это подстава?

— Ну блин, я не знаю. Этот кент, который из больницы, он ни сном, ни духом, что мы с тобой знакомы. Да и вообще, ему купить надо и всё.

— Я говорю, а если это подстава?

— А я говорю другое. А если это не подстава? А если ты их всех там накроешь и с товаром, и с баблом? Придёшь к барону и доложишь, что не малолеток под коксом чпокал, а накрыл охеревших гопников, прикрывавшихся именем Нико.

— Да они, сто процентов, бабло не будут налом отдавать. Перекинут, и всё… Могут вообще крипту…

— Крипту? Ты бы видел этих барыг. Это тупорылые гопники, Князь. Какая крипта? Какой безнал?

— Да? Если они такие дебилы, то могут, теоретически, нал потребовать. А ты не спросил у кента своего про бабки?

— Нет, — покачал я головой, — не спросил. Но сегодня в семь часов они туда заявятся.

Он поджал губы и задумался.

— Знаешь, — начал он. — Блин… можно конечно их хлопнуть, только вот…

В этот момент снова ожила рация:

— Князь, тут ещё один Сергей!

Лицо Жана сразу изменилось и он с улыбкой ответил:

— Этого тоже без досмотра! Серый, я тебя жду! Беги скорей!

Он вскочил, позабыв и обо мне, и о сделке, и о бароне.

— Жан, это будет сегодня в семь вечера! Мне надо понимать, ты в деле или нет?

— Слушай, ты вообще не парься. Мне идти надо. Я потом тебе скажу. Тебе, кстати, тоже пора валить. И чтоб никому ни слова — ни про место, ни про то, что здесь видел.

Он дёрнулся в сторону двери.

— Князь! — воскликнул я, схватив его за локоть. — Сейчас! Решить сейчас надо!

— Сука! — топнул он ногой. — В семь вечера, да?

— Да, сегодня в семь.

— Ну, знаешь, как давай сделаем…

— Князь!!! — загремели музыкальные колонки в зале и стены реально задрожали. — Где ты есть⁈ Двигай сюда!

— Жан, нужно решить, — повторил я. — Ты можешь просто сказать, в деле или нет?

— Ладно! — кивнул он. — Могу. И говорю. И вот мой ответ…

Он снова замолчал и прищурился…