Глава 21

Мы вышли на арену одновременно, только с противоположных сторон. И я, и Волков шли, подняв правый кулак и приветствуя зрителей, но смотрели при этом исключительно друг на друга.

– Привет, чемпион, – поздоровался со мной Филипп.

– Привет, чемпион, – с улыбкой отозвался я.

– Ну что, сегодня мы наконец-то решим, кто на кого будет ставить? – хмыкнул он.

– А чего тут решать? Ты на меня будешь ставить, как ты и обещал.

– Не говори гоп, приятель, – усмехнулся парень, – а лучше покажи все, на что ты способен.

– Если ты сможешь заставить меня это показать.

Мы оба улыбнулись еще шире.

Забавный парень, мне он определенно нравится. Хотя еще не так давно, после рассказа Архуна о своем реципиенте, под влиянием эмоций меня захлестнуло желание уничтожить род Волковых и еще один дворянский род… Но сейчас я думаю, что знакомство с Филиппом может оказаться полезным.

Посмотрим, что из этого выйдет.

Сначала нам двоим нужно сразиться!

– В бой! – скомандовал судья.

Мы рванули навстречу друг другу. Тело Волкова покрыл стихийный доспех, выглядящий как полупрозрачные пылевые завихрения. Парень сильно ускорился. Я ответил ему тем же, полностью облачившись в золотые молнии.

В стихийном доспехе своего атрибута я двигался гораздо быстрее, чем просто с покровом. Однако и «воздух» Филиппа тоже его заметно ускорял. По владению живой Волков стоит выше меня рангом. Если сейчас у меня твердый второй ранг, то Филипп уже явно Наставник. Так что его движения несколько быстрее моих.

Выплеснув немного альтеры, я создал облако и сравнялся в скорости с противником.

От быстрой двойки в голову я защитился блоком. Так как альтеры при этом использовал немного, то удар прочувствовал даже через доспех и покров. Было не слишком больно, но ощутимо. И мой доспех едва не треснул от такого напора.

Ну что ж, после этих ударов все точки над «ё» расставлены. Никакой другой энергии, кроме живы, я не почувствовал. А значит, вероятность того, что Филипп Волков – такой же путешественник через аномалию, как мы с Архуном, крайне мала.

Похоже, он действительно всего лишь наглый, сильный, но весьма занимательный дворянин.

Немного жаль… А я так хотел встретить еще кого-нибудь из своей команды.

Но, надеюсь, еще встречу.

Я вкачал больше альтеры в облако и стал ловко отбивать все удары Волкова. Хотя со стороны, наверное, могло показаться, что парень меня теснит. Ладно, переходим в наступление.

Я обозначил двойку в голову противнику, он умело прикрылся, но я даже не коснулся кулаками Филиппа. А вместо этого провел стремительный лоу-кик. Ногу альтерой не укреплял, иначе пришлось бы снимать стихийный доспех. Я уплотнил облако возле бьющей ноги, в результате доспех Волкова ослаб, и мой удар, усиленный покровом и стихийным доспехом, парень хорошенько прочувствовал.

Он чуть припал на травмированную ногу. Я тут же вновь обозначил удар в голову левым кулаком и, едва Волков поднял защиту, врезал ему правым в корпус.

Теперь уже я наседал на противника, и ему оставалось только защищаться да пропускать удары. За счет облака альтеры я сравнялся с Волковым во всем: в скорости, защите, пробивной мощи. Но в технике превосходил его и до этого. Да, парень неплох в рукопашном бою, очень неплох. Но у меня гораздо больше опыта.

Гордость Филиппа явно была задета – он не использовал «магические» техники и пытался отвечать мне только ближним боем. В один момент он резко ушел вниз и провел подсечку, но я успел среагировать – прыгнул вперед, уйдя вперекат. А затем тут же, не поднимаясь полностью, ответил ему ударом ногой в колено.

Таким образом и продолжался наш бой более двух минут. Волков упорно пытался «играть на моем поле», однако попасть по мне ему не удавалось. Зато его стихийный доспех уже не восстанавливался и пестрил прорехами. Даже «шлем» почти полностью слетел, и я видел напряженное лицо своего противника.

И все же в один момент ему пришлось наступить на горло своей гордости и вспомнить, ради чего он вообще вышел на арену. Парень вцепился двумя руками в мое правое запястье, тем самым оставшись без защиты от моей левой руки. А через миг он еще и развеял стихийный доспех.

Явно для того, чтобы не тратить на него драгоценную живу!

Из груди Волкова вылетели ветровые серпы, врезавшиеся прямо мне в грудь. Чиркнув по мне, они улетели куда-то за спину. А в этот момент и из других частей тела Филиппа вырвались точно такие же серпы.

Они били по мне, кружились, возвращались и атаковали вновь. Их стало настолько много, что они сформировали торнадо, в центре которого мы с Волковым и оказались.

– Прости… но я выиграю… – проговорил парень, держа меня за руку и не отпуская.

– Нет, – отозвался я и ударил ему в челюсть левым кулаком, заряженным альтерой.

Филипп потерял сознание и рухнул прямо на меня, в ту же секунду ветровой торнадо развеялся. Что ж, для зрителей все выглядит так, будто это атака смогла сбить с меня стихийный доспех.

То что нужно.

– Победитель – Аскольд Игоревич Сидоров! – объявил судья, когда я аккуратно укладывал поверженного противника на ковер арены.

– Да!!! – радостно взвыли трибуны.

Вот так, как-то буднично, и наступил финальный соревновательный день второго этапа всеимперского бойцовского турнира среди учеников старших школ. Когда во вторник утром я пришел в школу, меня поздравляли еще активнее обычного.

– Здо́рово, что будет за кого поболеть в финале! – говорили лицеисты в коридорах.

– Молодец, Аскольд! Отлично постарался!

Даже Юля не постеснялась и одобрительно похлопала меня по плечу на виду у всех.

Ребята обещали лично поболеть за меня. Да и не только они…

В день, когда на территории «Алой Мудрости» проходили поединки турнира, у всех лицеистов было урезанное расписание. Так что во вторник у нас прошло только четыре урока. И едва прозвенел звонок, возвещавший конец последнего, в класс вошла Алиса Оболенская в сопровождении двух парней из учсовета.

– Всех приветствую! Зинаида Ивановна, – великая княжна отдельно кивнула учительнице словесности, а затем перевела взгляд на меня. – Аскольд Игоревич, прошу вас, пройдемте с нами.

Под удивленные взгляды одноклассников я пошел за коллегами по учсовету. Яна, Инна и Влад, быстро покидав вещи в сумки, последовали за нами, держась на почтительном расстоянии.

– Ну и? Что, собственно, происходит? – спросил я у Алисы.

– Интервью, – вздохнула она и напряжено посмотрела на меня. – Ты же не станешь его саботировать?

– Зачем? – пожал я плечами и усмехнулся. – Не переживай, все сделаю в лучшем виде.

Ну а потом девушка рассказала, что финалы второго этапа, как правило, широко освещаются в СМИ. И в газетах, и по телевидению. Весь финальный бой вряд ли покажут, но нарезками в новостном блоке – точно. А вот третий этап, заключительный… Вот там да – трансляция каждого поединка по спортивному каналу обеспечена.

– По поводу вопросов не волнуйся, – инструктировала меня Оболенская. – Устроить интервью в «Алой Мудрости» дорогого стоит. Мы допускаем в стены школы только тех, в ком уверены.

Это она про то, что всеми СМИ владеют аристократические роды́. А это значит, что представители случайной газетенки не смогут попасть в «Алую Мудрость». Написать статью без посещения – да, запретить это никто не может. Зачастую так и делается – по велению своих господ «расхваливают» те рода, с которыми хочется наладить хорошие отношения. Ну или наоборот. Правда, в отношении великокняжеского рода мало кто рискнет писать что-то плохое.

Мое интервью проходило на арене.

Когда мы ступили на ковровое покрытие арены, все уже было готово – камера и свет выставлены, журналистка – черноволосая девушка в сером деловом костюме, «накрашена» и уже приступила к работе. Спрашивала Шапочкину о том, как проходила подготовка к турниру.

Чуть в сторонке долговязый парнишка тихонько беседовал с Царицей лицея, держа перед ней диктофон. Вопросы расслышать мне не удалось, но несложно догадаться, о чем спрашивают ту, от кого все ожидали победы.

К чести Софьи, держалась она идеально, ни одним мускулом не показывая, что тема ее задевает.

Когда закончилось интервью Ирины Александровны Шапочкиной, меня пригласили на ее место. Но перед тем как мне начали задавать вопросы, девушка-гример ловкими движениями руки поправила мои небогатые волосы и большой кистью нанесла какую-то пыль на лицо. В носу защекотало, я почувствовал, что сейчас чихну, но сдержался.

– Дамы и господа, с вами Мира Вердер, и сейчас мы находимся на арене старшей школы «Алая Мудрость», – бодро проговорила репортер, глядя в объектив камеры. – Сегодня наш собеседник – чемпион лицея «Алая Мудрость» и, не побоюсь этого слова, сенсация первых двух этапов всеимперского бойцовского турнира среди учеников старших школ, Аскольд Игоревич Сидоров. Аскольд Игоревич, поделитесь, пожалуйста, со зрителями: что чувствует простолюдин, пробившийся в полуфинал второго этапа всеимперского турнира в Москве? Прошлый раз подобное происходило аж четыре года назад на отборе Северо-Запада Москвы. Но тогда участник уступил в финале сопернику и на третий этап не прошел.

Она поднесла ко мне микрофон, ожидая ответа.

– Добрый день, Мира, уважаемые зрители, – улыбнулся я, глядя в объектив камеры. – Что я чувствую? Радость, разумеется. Радость оттого, что стал еще на один шаг ближе к цели.

– И какова же ваша цель? – максимально серьезно спросила девушка.

– Победа во всеимперском турнире, – спокойно ответил я.

Репортерша не стала скрывать удивления.

– Вот как? Очень амбициозная цель! Учитывая, что в турнире участвуют бойцы, с малых лет практикующиеся в боевых искусствах и искусстве владения живой.

– Я выхожу на арену только с мыслями о победе. Увы, по-другому я не умею, – улыбнулся я и пожал плечами.

– Не умеете? Должно быть, у вас был очень строгий учитель. И ваши успехи говорят о правильности этой мысли, Аскольд Игоревич. Полагаю, наших зрителей мучает вопрос, где представитель неблагородного сословия смог найти такого умелого Наставника? А может быть, Мастера?

– Есть у меня Наставник, – кивнул я. – Он, как и я, простолюдин. Но я занимался не только с ним… – многозначительно и загадочно проговорил я.

– Стало быть, вам помогали представители благородного сословия? – тут же зацепилась за мои недомолвки девушка.

– Да, мне помогали мои друзья из «Алой Мудрости». И не только они. – Про то, что по одной из «легенд» я тренировался с Антоном – дворецким и Слугой Морозовых, мы с Катей и так уже упоминали публично, так что скрывать факт подобных тренировок бессмысленно.

– А кто еще?

– Увы, я хотел бы обойтись без имен.

– Стало быть, вы связаны с каким-то аристократическим родом и считать вас обычным простолюдином нельзя? – нашлась репортерша.

– Не стану скрывать, вы отчасти правы, – кивнул я. – И все же я познакомился с представителями этого рода, будучи простолюдином. Именно простолюдином я сейчас и остаюсь.

– Ходят слухи, что вам предлагали стать Слугой одного рода, но вы отказались от этого предложения. Скажите, это тоже правда?

– Да, – коротко ответил я.

– И позвольте узнать, почему же вы отказались от этой чести?

– В тот момент я посчитал себя недостойным, – улыбнулся я. – А сейчас… я стремлюсь к большему.

– Вы желаете стать аристократом?

– Да. И законы нашей империи допускают такую возможность. Для этого необходимо много трудиться, тренироваться и учиться. И я рад, что смог поступить в «Алую Мудрость». Обучение здесь мне многое дает. И что самое главное – любой простолюдин может поступить в наш лицей. Нужно всего лишь сдать вступительный тест.

– Он считается одним из самых сложных, – заметила девушка.

– И тут мы возвращаемся к тому, что я сказал вначале. Нужно много трудиться, и тогда для тебя откроются новые пути.

– Кстати, о труде и «Алой Мудрости». Насколько я слышала, прошлая чемпионка лицея и Юго-Востока Москвы, младшая княжна Выборгская, тоже много трудилась, чтобы в этом году пройти дальше на финальном этапе. Однако вы ее одолели, чем потрясли всю общественность, хоть немного увлекающуюся всеимперским бойцовским турниром. Расскажите, с какими чувствами вы выходили на тот бой? Неужели не боялись сильной чемпионки?

– Нет, не боялся. – Я отрицательно покачал головой. – Однако я бесконечно уважаю Софью Антоновну. Среди всех тех, с кем мне довелось сражаться на этом турнире, она – сильнейший воин. И я говорю не только о ее даре, но и о ее несгибаемой воле к победе.

– Достойные слова, – кивнула репортерша. – И все же вы упомянули о силе. Мы с вами уже поговорили о ваших учителях, но зрители жаждут узнать побольше о вашей собственной силе. Расскажите, Аскольд Игоревич, когда вы поняли, что внутри вас скрыт сильный дар?

– Хм, просто в один момент я будто очнулся ото сна, – усмехнулся я. – Раз, и все – я знаю, что могу сражаться, – серьезно проговорил я, глядя прямо в объектив камеры. У меня мелькнула мысль еще и Форкха помянуть. Если кто-то из товарищей, так же как и мы с Архуном, ищет других переселенцев – будет ему зацепка.

А если не из товарищей…

Пусть тоже приходят.

Но в последний момент что-то меня удержало от этого шага.

Журналистка задала мне еще несколько вопросов. Затем ко мне подошел ее коллега-парень и провел короткое интервью. При этом он потратил на меня гораздо меньше времени, чем на Софью.

Спустя сорок минут с тех пор, как я зашел на арену, с делами наконец завершили. В сопровождении Алисы Оболенской и ребят из учсовета я направлялся к выходу, когда столкнулся с княжичем Астраханским.

– Алиса Андреевна, господа, – вежливо поздоровался он и сосредоточил пристальный взгляд на мне. – Гляжу, ты тоже дошел до полуфинала, чемпион «Алой Мудрости». Еще одна победа, и мы встретимся. И к концу сегодняшнего вечера я приглашу Софью Антоновну на свидание, – уверенно проговорил он.

– Что вы, ваше сиятельство, к концу сегодняшнего вечера я стану счастливым обладателем корзинки арбузов.

Он хмыкнул и пошел дальше на площадку с журналистами и их оборудованием. До начала сегодняшних турнирных боев интервьюируют всех полуфиналистов, потому что нельзя беспокоить участников между матчами. И не факт, что состояние здоровья победителя этапа после финального боя позволит ему внятно отвечать на вопросы. Так что лучше собрать материал заранее.