Глава 20

Тяжело вздохнув, я покачал головой и ответил:

– Если следовать твоему плану, мне после свадьбы с Алисой для верности сразу бы по-тихому прибить великого князя Тверского, а то вдруг сына заделает – и все, не быть мне мужем наследницы княжества, – усмехнулся я. А затем посерьезнел и продолжил: – Глупый вопрос, Архун. Ты ведь знаешь, что, во-первых, есть шанс, что аура сработает не так, как ожидаешь. Хотя… относительно Алисы я почти не сомневаюсь в успехе… И все же одной Алисы мало, чтобы мне возглавить род Оболенских. И далеко не факт, что она сможет убедить родителей выдать ее за простолюдина, несмотря на то что в ее случае это вполне возможный вариант. А во-вторых, мне не очень хочется быть на вторых ролях. В глазах общества я буду не великим князем, а мужем великой княгини. Пусть сама она и будет делать то, что я ей скажу. Ну и в-третьих… Я бы даже сказал «в-главных» – это то, что мы сейчас не в том положении, когда цель оправдывает средства. Все не настолько плохо, чтобы применять подобные методы. Род Александритов – род воинов. Мы умеем использовать людей, но предпочитаем не злоупотреблять этим. Наша власть всегда держалась в первую очередь на силе, чести и справедливости. Поэтому, пока у меня есть другие варианты, мне не хочется жениться на девочке, к которой у меня нет сильных чувств, лишь для того, чтобы использовать ее положение. Как запасной вариант я учитываю такую возможность. Но основной план у нас совершенно другой. Я ответил на твой вопрос, учитель?

Старик на это лишь тепло улыбнулся.

– Простите, ваше высочество.

– После нашего перерождения твои проверки стали чаще и сложнее, – усмехнулся я.

– Учитель должен проверять своего ученика. И радоваться, что ученик оправдывает ожидания. Хех, жениться готов, но как крайний вариант… Приемлемо. Его величество, ваш отец, тоже долго подходили к выбору супруги. Да и его отец тоже. Но императорам и их наследникам часто приходится наступать на горло личным принципам ради пользы для страны. Это тоже своего рода поступок по чести.

– Знаю, Архун. Но брак с Алисой, по крайней мере сейчас, точно не попадает под данный критерий. Так что забудь о том, что Слуги Оболенских могут сделать для тебя руки. Сам сделаешь, потихоньку, помаленьку. Глядишь, и верных инженеров найдешь. А я продолжу периодически заглядывать в клуб инженерной мысли.

Такие мои походы приносят пользу – ребята охотно отвечают на вопросы, как они сделали тот или иной механизм или же где заказывают детали. Мне даже довелось однажды взглянуть на черновой бланк заказов, и я запомнил названия поставщиков.

С Архуном мы проговорили еще полчаса, а затем вышли в гостиную, где сорок минут обсуждали вопросы ремонта и обустройства будущей лаборатории с Вадимом.

Пятница завершалась приятным вечером в компании с боярами Морозовыми. А приятный вечер плавно перетек в жаркую ночь с Катей. Утром, как обычно, я встал до того, как проснулся Никита, и поехал домой.

Было еще очень рано, однако братьев дома не оказалось. Молодцы ребята. Но, может быть, пришла пора увеличить для них нагрузку?

Я пошел в свою комнату досыпать, а когда проснулся, обнаружил на кухне тетю и Вадима. Эти двое сидели рядышком, обсуждая, где лучше заказывать столики для нашего клуба. Марина втянулась в работу, чем сильно облегчила жизнь Вадиму. Ну, ничего, совсем расслабиться у него не получится, мы с Архуном Наставнику «белок» постоянно новые задачи подкидываем.

После обеда мы с Вадимом отправились на тренировку, на арендованную производственно-складскую базу – как ни крути, мне нужно увеличивать энергоканалы.

Как только мои личные занятия закончились, я отпустил Наставника к Архуну, а сам зашагал к братьям. Они бегали с походными рюкзаками на плечах вокруг огромного железного ангара. Ну как бегали… едва ноги передвигали. Примерно так же выглядели и еще десять «белок», тренирующихся вместе с Борей и Глебом.

– Что в рюкзаках? – поинтересовался я у Тамира, который наблюдал за ходом тренировки.

– Сахар, гречка, мука. – Он пожал плечами. – Запасы для кухни будущего клуба. Не переживайте, господин, все пакеты запечатаны, продукты не испортятся.

– Здорово, – хмыкнул я.

– Занимаемся согласно вашему плану. Доводим бойцов до предела, – продолжил отчитываться Тамир.

– А сам-то занимаешься? – усмехнулся я.

– С другой сменой. И с бо́льшим грузом, – серьезно ответил он.

– Вот как? – Я перевел взгляд на двенадцать человек, продолжающих, едва перебирая ногами, нарезать круги.

Из этой группы только четверо были осветленными. И как проводить инициацию для тех, кто уже владеет живой, мне оставалось только догадываться. Ведь таких людей трудно измотать в долгой перспективе. Это у обычного человека тело можно постоянно доводить до предела, рискуя сделать из человека инвалида. А тела осветленных быстро восстанавливаются во время отдыха. Чем больше у осветленного живы, тем это восстановление проходит быстрее.

Но с осветленными разберемся позже, сначала нужно заняться душами – неодаренными или неосветленными.

– Бойцы! Упор лежа! Отжимаемся! – рявкнул я.

Мой голос, подкрепленный непроизвольными всплесками ауры, подействовал на всю дюжину. А ведь среди этих ребят не было тех, кто проходил настоящую боевую подготовку и привык к внезапным приказам командиров. Максимум спортсмены.

– Веселее, Форкх вас дери! – кричал я, подходя к придавленным рюкзаками тушкам. – Чего разлеглись, как неумелые девки в борделе? Шевелитесь! Двигайтесь!

Подойдя к Стасу – одному из наших неодаренных бойцов, я потянул его за рюкзак вверх. Парень выпрямил руки. Я отпустил рюкзак, и руки парня вновь согнулись. Натужно кряхтя, он начал их распрямлять.

– Быстрее, хрены вялые! – прорычал я, зашагав вдоль ряда отжимающихся, и от моих ног к душам потянулись золотые молнии, вздыбившие землю. – Или это все? Вся ваша решимость? Вы сами согласились следовать за мной! Сами захотели стать сильнее! Из тех, кто не сдастся в самом начале пути, я действительно сделаю могучих бойцов! Ратников! А те же, кто не хочет показать мне свой дух, могут навсегда забыть о славе и силе!

Я прошел мимо каждого, одаривая заметно приободрившихся парней порцией родовой ауры Александритов.

– Двадцать отжиманий, затем пять кругов бегом, шестой круг – прыжками, затем снова отжимания, и по новой! Давайте живее, пришло время из белоручек превращаться в ратников!

Обойдя всех, я направился к опешившему Тамиру.

– Вот что значит доводить бойцов до предела, – хлопнул я его по плечу. – А не этот ваш детский сад.

– Господин, вы… пугаете, – пробормотал он.

– Уже слышал. Но иначе никак.

– Позвольте узнать, господин, – неуверенно начал он. – Что, если кто-то из ребят получит травмы? Тренировочный процесс должен быть сбалансирован.

– В некотором смысле травмы нам и нужны, – проговорил я, глядя в его черные глаза. – Альтера – это энергия разрушения. И без разрушения тела контроль над ней не получить.

Я рассказал Вадиму и Тамиру о том, что могу управлять другим типом энергии, и в двух словах обозначил, что нужно делать, чтобы научить других его использовать.

Разумеется, меня спросили, откуда я все это знаю и кто обучал меня. Но… задали этот вопрос потомственные Слуги, к тому же впечатленные моей аурой. Разумеется, слов «секрет господина» было достаточно, чтобы избежать дальнейших подобных вопросов.

– Хотелось бы и мне научиться использовать альтеру, – посмотрев на ребят, которые заканчивали отжиматься и по одному поднимались на ноги, выдал Тамир. – И, похоже, мне самому стоит увеличить физические нагрузки.

– Именно, – кивнул я, не став акцентировать внимание на том, что с инициацией осветленных, особенно относительно сильных, вроде Тамира и Вадима, будут проблемы. Есть у меня, конечно, один вариант… Но его недостаток заключается в том, что мои секреты могут утечь на сторону.

Остаток дня, как и весь следующей день, прошел примерно в одинаковом режиме. Собственные тренировки, наблюдение за тренировками ребят, немного времени на уроки, много на изучение нового мира, ну и текущий контроль за делами. Стабильность. Сейчас, как тут говорят, все встало на рельсы, так что остается только ждать результатов.

В понедельник я как прилежный ученик отправился в школу. Пока шел по школьным коридорам и лестницам до своего класса, знакомые и незнакомые лицеисты поздравляли меня с выходом в четвертьфинал. Даже боярин Хмельницкий подошел ко мне и пожал руку.

А вот Валентин Митт, как обычно, не произнес ни слова – когда я заметил его, он отвернулся. Ну и Форкх с ним. Главное, что успокоился и не пытается больше вставлять мне палки в колеса.

А вообще, забавно с Миттом получилось. Я как-то спросил о нем у Алисы, чего, мол, боярин шелковым стал после нашего с ним поединка. Я опасался, что у этого идиота хватит дурости попытаться досадить моей семье куда более радикальным способом. Оболенская тогда немного повиляла, но все-таки ответила.

Оказывается, отца Митта вызвали в школу. Да-да, из памяти реципиента я знаю, что в обычных государственных школах используют данные метода воздействия на непослушных учеников. Но, казалось бы, кто может вызвать в школу боярина?

И ответ на этот вопрос оказался очень прост – великая княгиня. Мама Алисы, Яны и еще трех дочек мило побеседовала с отцом Митта, дав заодно и послушать принесенную мной запись угроз. А потом, вероятно (Алиса во время рассказа не вдавалась в подробности), припугнула уже сам боярский род Миттов возможными будущими проблемами. По крайней мере, я бы так сделал, если бы кто-то нарушал мои правила на моей территории. И плевать, что причиной раздора был какой-то там простолюдин.

С этими мыслями я и зашел в класс, где меня тепло встретили ребята.

– Аскольд, красивый вчера был бой!

– Привет, победитель! С выходом в четвертьфинал!

– Еще один бой, и снова будешь стоять на нашей арене!

Ну и так далее. Приятно, черт подери.

О, урок начинается…

На перемене нашей привычной компанией мы оккупировали одну из скамеек этажа. Яна, Маша, Инна и Юля сидели, а мы с парнями стояли рядом.

– Мы вчера с Алисой смотрели твой поединок, – проговорила Оболенская и усмехнулась. – Знал бы ты, как она обрадовалась, когда ты активировал стихийный доспех!

– Выглядело впечатляюще, – ровным тоном проговорила Юля, совершенно не скрывая, что болела за меня через экран компьютера. Правда, не в прямом эфире, местных скоростей Интернета не хватает на подобный трюк. Одно дело, когда бои проходят на арене «Алой Мудрости» и записи тут же выкладываются в локальную сеть. И совсем иное, когда операторы из другого лицея выкладывают записи на специальный хостинг, а затем уже компьютерщики «Алой Мудрости» скачивают их и заливают в местную сеть.

Отсталый мир, что с него взять.

– Однако мне кажется, ты мог бы и не попадать в этот вихрь, – продолжила Ромодановская.

Они с Софьей сговорились, что ли?

– Ну как же это, Юлия Евгеньевна? – вперед меня влезла в разговор Яна. – Получилось эффектно и, что важнее, эффективно! Противник вымотался и сдался!

– Ну так насчет «эффектно» я и не спорю, Яна Андреевна, – отозвалась Юля. Она до сих пор мало к кому обращалась на «ты».

– Дружище, не обессудь, но меня больше впечатлил бой твоего сегодняшнего противника, – хлопнул меня по плечу Влад. – Говорил тебе, что вы похожи, и еще сильнее в этом убедился. Круто, что вам выпало сражаться друг с другом.

– Да, кстати, я этот бой тоже смотрела, – вновь оживилась Яна. – А… чем Волков похож на Аскольда?

– Такой же наглый и самоуверенный, – хмыкнула Инна.

– Да ну, – не поверила Оболенская. – Таких же наглых больше не существует.

На ее слова Юля молча кивнула.

В этот день в столовой мы снова обедали своей расширенной компанией, как это бывало до моей победы на школьном этапе турнира. Ребята все обсуждали мои выступления на втором этапе, даже Маша пару раз высказалась в духе: «Давай-давай, проходи дальше. И тогда у тебя еще меньше времени на учебу останется».

Под конец обеда Юля проговорила:

– Аскольд, не смей сегодня проигрывать. Я хочу снова вживую наблюдать за твоими поединками. Уже распланировала свой завтрашний день так, чтобы посетить полуфинал и финал.

– А мне хочется поесть астраханских арбузов, – вставил свои пять копеек Влад. – Помни, что ты обещал со всеми поделиться.

Оставшиеся уроки пролетели незаметно, и вот мы уже вновь компанией из четырех человек направляемся в «Цветок папоротника».

– Гости из «Алой Мудрости», снова рад приветствовать вас, – улыбался нам любитель кафтанов и директор этого лицея – боярин Никанор Петрович Орликов. – Алиса Андреевна, вы, как всегда, бесподобны. Сударыни, – кивок Шапочкиной и ее помощнице, а затем мужчина перевел свой хитрый взгляд на меня. – Чемпион «Алой Мудрости», вы продолжаете свою победную серию, доказывая раз за разом, что не по случайности одолели младшую княжну Выборгскую. Интересно наблюдать за вами… Но хочется верить, что в следующий тур вы не пройдете, – добродушно улыбнулся он.

В его словах не было желания оскорбить меня, лишь поддержка «своего» чемпиона.

Алиса перекинулась с Никанором Петровичем еще парой фраз, и мы прошли на трибуны.

Три боя, по моему субъективному ощущению, прошли быстро, даже несмотря на то, что между ними были десятиминутные перерывы.

– Аскольд Игоревич, вы, главное, не переживайте. Успокойтесь и победите. Он не сильнее Софьи Антоновны, – выдала на прощанье помощница Шапочкиной Маргарита Павловна.

– Рита, это тебе нужно успокоиться, – усмехнулась Ирина Александровна. – Посмотри на нашего чемпиона. Разве он может проиграть?

– Такое сложно представить, – улыбнулась Алиса. – Вперед, Аскольд, заканчивай побыстрее, и поедем домой.