Глава 6

Расширенным составом мы дружно направились в зарезервированную для меня часть трибуны. По пути я незаметно пропустил вперед одноклассников, Морозовых с Левашовыми и пристроился к родственникам.

– Ну как вам в моей школе? – тихо спросил я.

– Очень круто, Аск! – тут же поделился впечатлениями Глеб. – Не то что наша. Я еще раз убедился, что не только тренировкам нужно внимание уделять, но и учебе.

– Угу, и девочки красивые, – мечтательно произнес Боря.

Покосившись на него, тетя Мари тяжело вздохнула.

– Понравившаяся тебе девочка – великая княжна, – шепотом проговорила она. – Не забивай свою голову ею, больно будет падать с небес на землю.

Посмотрев на нее удивленно, Боря улыбнулся и покачал головой:

– Ну нет, тетя, Аскольд говорит, что, если не сдаваться и прикладывать усилия, можно добиться даже самой невероятной цели. И его выступление на этом турнире это доказывает.

Я одобрительно хмыкнул, а тетя Мари, выслушав племянника, вновь тяжело вздохнула.

На этот раз, когда мы стояли на трибунах, в нашей компании чувствовалось некое напряжение. В воздухе витал немой вопрос: «Какого Форкха столько разных по социальному статусу и интересам людей собралось на маленьком пятачке?» Но спрашивать открыто никто не решался, так что все давились собственным любопытством.

– Марина Сергеевна, – Влад взял на себя инициативу и обратился к моей тете, – позвольте выразить вам свое восхищение и признательность за то, что воспитали такого выдающегося племянника, как Аскольд. Наверное, он самый удивительный человек из всех, кого я знаю.

– Присоединяюсь к словам Владислава, – благожелательно кивнула Ромодановская.

– Ой… Спасибо. Спасибо, мне очень приятно, – растроганно ответила тетя. – Но… Аскольд же сам по себе такой… моей заслуги здесь мало и…

– Позвольте с вами не согласиться, – улыбнулся Влад. – Аскольд как-то раз немного рассказал о своей семье, но из услышанного я понял, что вы многое сделали для него. Искренняя поддержка – залог верного воспитания. Глядя на Аскольда, не сомневаюсь, что вы все сделали верно.

Инна Комаровская, в этот момент внимательно слушавшая Белякова, с улыбкой кивнула, поддерживая его слова. Затем разговор затух, все повернулись к арене.

– Ну как, удивлен сюрпризом? – незаметно шепнула мне на ухо Морозова.

– Очень.

– А я еще и денег от своего имени на тебя поставила, – похвасталась она.

Ан нет, эти перешептывания заметили – вон как Юля подозрительно смотрит в нашу сторону.

Постепенно атмосфера в нашей разношерстной компании стала более естественной. Влад, Инна и Катя то и дело дружелюбно обращались к тете, отчего она даже смогла расслабиться.

И вот наконец пришло время первого полуфинала. Судья объявил участников, озвучил им правила, и…

Бой!

– Все как и в прошлом году… Интересно! – донесся голос мужчины-аристократа с соседней трибуны.

– Тогда младшей княжне пришлось поднапрячься, но, насколько я помню, не сверх меры, – заметил его собеседник.

Через минуту судья объявил, что бой окончен.

– Ух ты… – выдохнул наш сосед. – А в этот раз и напрягаться ей не пришлось.

Да, глава учсовета без труда одолела главу клуба управленческого дела и своего сокурсника, в который раз за турнир наглядно продемонстрировав, что не просто так носит гордое прозвище – Царица лицея.

– Аск, если ты выиграешь, тебе нужно будет сражаться с ней? – ошарашенно выпалил Глеб.

– Не если, а когда, – спокойно ответил я.

– Но она же…

– Не бойся, – с теплой улыбкой перебила моего двоюродного брата Морозова. – Аскольд ни за что не проиграет.

– Точно! Аскольд очень сильный, – выпалил Никита.

Мой полуфинальный бой должен был начаться через пятнадцать минут.

Ребята пожелали мне удачи, а последней слово взяла моя тетя:

– Не важно, как закончится бой, главное – не пострадай, – тихо проговорила она.

– Очень даже важно, – улыбнулся я. – Я обязательно выиграю.

Подавшись вперед, тетя Мари крепко обняла меня.

Ну а дальше последовали уже ставшие такими привычными действия – спуск в раздевалку, переодевание… Разве что сейчас, ожидая, пока меня позовут на арену, я продумывал план «мягкой» победы. Благо думать долго не пришлось.

И вот назначенное время настало, и я ступил на ковровое покрытие арены. На меня были обращены взгляды сотен зрителей и судьи.

У другого выхода я увидел свою соперницу.

Оболенская шла с гордо поднятой головой, будто опытная воительница. Посмотрела на меня свысока. Правда, когда мы поравнялись, едва заметно улыбнулась.

– Не обижайся, когда я выиграю, – проговорила она.

– Ты тоже.

Девушка серьезно кивнула.

В седьмой раз за этот школьный турнир я слушаю объявление одних и тех же правил, стоя на арене.

Вот судья начал обратный отсчет, и трибуны хором повторяли за ним.

Мы с Алисой одновременно активировали живу – по нашим телам пронеслись молнии. По телу девушки – обычные белоснежные, по моему же – золотые.

– Бой! – объявил судья.

И в тот же миг Алиса, облачившись в стихийный доспех, сорвалась с места. Все ее тело сверкало белоснежными молниями, атрибут давал ей невероятную скорость.

Я ринулся ей навстречу, ведь кроме ближнего боя, у меня ничего убойного в запасе нет.

Но когда между нами оставался всего один метр, Оболенская бросилась влево. Резко затормозив, я начал разворачиваться. В голове мелькнула мысль расширить облако альтеры, чтобы Алиса попала в него и замедлилась.

Но инстинкты мне велели не делать этого, а, наоборот, уплотнить уже имеющееся облако.

И очень вовремя.

В ушах затрещало, перед глазами засверкало, и я оказался в «Башне молний» – так для себя я назвал эту объемную технику. Молнии били вокруг Алисы в радиусе двух метров. И били, Форкх их дери, неравномерно!

Я притягивал их!

Да уж, эта техника похлеще ее огненного аналога, который демонстрировал Митт.

Из-за проблем с контролем я использовал альтеру сверх меры. В моем облаке оказалось больше отрицательной энергии, чем я планировал. Как итог, я совершенно не чувствовал боли, только очень-очень-очень слабые покалывания.

Ринувшись вперед, я поравнялся с Алисой и ударил ее кулаком в живот. Альтеру оставил лишь в облаке, не концентрировал в кулаке. Зато покрыл его золотой перчаткой из молний.

Ее стихийный доспех пробить не смог.

На левой руке появилась точно такая же перчатка…

Удар…

Алиса перестала тратить живу на объемную технику, молнии исчезли, и девушка резко отбила мою руку в сторону.

Она находилась в моем облаке. Хочется верить, что с трибун не особо заметно замедление девушки. Все-таки скорости у нас очень высокие. Да и потом, это ее замедление можно списать на то, что она устала после объемной техники.

Мы начали наш танец – стремительный бой, в котором никто не мог ударить друг друга. Мы поочередно уклонялись и отбивали атаки противника.

Резко переходя из одной позиции в другую, мы без устали пытались достать друг друга кулаками. Альтеру я не использовал, положившись на «Перчатки молнии».

Алиса хороша!

Без облака я бы проиграл ей в скорости. Нужно срочно осваивать стихийный доспех, Форкх его дери!

«Танцуя» с Алисой, я испытывал редкое чувство наслаждения от спарринга. Ведь именно спаррингами я воспринимаю школьные турнирные поединки. Наслаждение от реального боя совсем другое – там ты чувствуешь, что можешь разорвать своего врага, пустить ему кровь, чувствуешь, что самому нужно выложиться по полной, иначе убьют тебя.

Сейчас таких чувств я не испытывал, лишь некое умиротворение и восхищение партнером, который в своем возрасте достиг столь высокого уровня.

Но пора постепенно заканчивать.

С этой благой мыслью я врезал Алисе ногой, заряженной альтерой, по голени. Энергии сконцентрировал мало, чтобы ненароком не покалечить девушку.

Однако пробить брешь в стихийном доспехе мне удалось, правда, покров остался цел.

И в этот момент она контратаковала.

Явно во время нашего «танца» она готовила эту технику – из нагрудной части ее стихийного доспеха вырвалась россыпь шаровых молний, ударивших в грудь уже мне.

Атаку я прочувствовал, но урона не получил. И все же по инерции отступил на шаг. Именно в этот момент мне в лицо полетел кулак, сияющий ослепительным светом.

Уйти в сторону я не успевал, так что, зажмурившись, попытался отбить выпад Алисы, но махнул рукой в пустоту. А через мгновение ощутил ее следующую атаку – облако альтеры позволяло такое.

Я заранее начал отклоняться назад, однако носок ее кроссовки все же чиркнул кончик моего подбородка. Ослепленный сияющими кулаками, я не глядя схватил ногу девушки двумя руками, довернул корпус и провел бросок.

Не ожидавшая такого выпада Алиса рухнула на ковролин. Я последовал за ней и зарядил кулаком с альтерой по корпусу.

Оу… попал ниже почек, прям по заднице, и сбил стихийный доспех!

Но не покров.

Зрение почти вернулось ко мне, когда от тела Алисы отделились и ударили в меня с десяток мелких шаровых молний. А в следующий момент мне пришлось блокировать удар ее второй ноги.

Через секунду мы вновь стояли на ногах, близко друг к другу. И вновь Алиса пропустила удар альтерой по голени. Я насел на нее так же, как и на предыдущего противника – в одной руке концентрируя немного альтеры, а вторую облачив в «золотую перчатку».

Все больше брешей появлялось на стихийном доспехе девушки, и все медленнее он восстанавливался. В один момент и вовсе перестал восстанавливаться, а спустя два моих удара исчез.

Оболенская сильно замедлилась, но не сдалась. Ее руки покрыли белоснежные молнии, создав «перчатки», похожие на мои.

Удар…

На такой скорости я легко ушел в сторону и провел апперкот «золотой перчаткой».

Все, нет покрова…

Схватив «выброшенную» вперед правую руку Алисы, я заломил ее, развернув девушку к себе спиной. Теперь из-за боли она вряд ли сможет вернуть концентрацию над живой.

– Сдавайся, – прошипел я ей на ухо.

– Нет! – рявкнула Алиса.

– Прошу тебя, сдавайся. Не заставляй меня ломать тебе руку.

– Ар-р-р-р!!! – злобно зарычала она, пытаясь вырваться из захвата. Затылком ударила мне в челюсть и сама заскулила от боли – на мне-то покров есть.

Чуть повернув голову, девушка одними губами прошептала:

– Малый Аскольд уперся мне в зад, это неприемлемо!

В голове мелькнула мысль, что если бы он перестал быть «ма́лым» во время спарринга с великой княжной на глазах у кучи народа – вот это было бы точно неприемлемо.

– На войне все средства хороши. Давай же! Сдавайся! – Я сильнее заломил ее руку.

Алиса, сжав зубы, застонала еще громче и подняла вверх свободную руку.

– Сдаюсь! – яростно выкрикнула она.

Я тут же отпустил девушку и отошел назад.

Резко развернувшись, Алиса обожгла меня гневным взглядом.

– Победитель и финалист школьного этапа – Аскольд Игоревич Сидоров! – громко объявил судья в микрофон под восторженный гул толпы.

Мы с Алисой молча смотрели друг на друга. Гнев в ее глазах исчез, и мы одновременно отбили воинское приветствие. После чего девушка подошла ко мне и проговорила:

– Поздравляю. Теперь мне придется страдать целый месяц. А ты… подумай, как будешь сражаться с Софьей. В точно такой же ситуации она пожертвует рукой ради шанса на победу. Замолчав, Алиса хлопнула меня по плечу и направилась к раздевалкам.

Рядом со мной уже был наш физрук, по совместительству судья прошедшего поединка. Трибуны несколько притихли, когда он достал микрофон.

В самом деле? Опять?

Ну что ж, продолжим представление.

– Это победу я посвящаю Софье Антоновне Троекуровой, – объявил я во всеуслышание. – Когда я узнал, что она прошлогодняя чемпионка «Алой Мудрости», я с нетерпением ждал случая помериться с ней силой. Софья Антоновна, встретимся в финале!

Поблагодарив трибуны за поддержку поднятым к потолку кулаком, я вернул микрофон улыбающемуся физруку и направился переодеваться.

Моя группа поддержки ждала меня на улице, как мы и договаривались. Стояли довольные, улыбались…

Но, прежде чем кто-то из них успел хоть слово произнести, от их группы отделилась одинокая фигура и бодро зашагала мне навстречу.

– Поздравляю, Аскольд, – прошептала тетя, крепко обняв меня. – Я горжусь тобой! Хоть… хоть мне и больно было смотреть, как эти ужасные молнии били в тебя. Я хотела броситься на арену, просить остановить поединок… Но Екатерина Алексеевна удержала меня. Прости мне мою слабость…

Она сжала меня в объятиях еще сильнее, я же начал гладить ее по волосам.

– Все в порядке, тетя Мари, – тихо проговорил я. – Нет ничего удивительного в том, что матери беспокоятся за своих детей.

– Аскольд, я… – удивленно проговорила она, заглянув мне в глаза.

Я не дал ей закончить, перебив:

– Но в который раз прошу тебя, верь в меня. И тогда тебе не придется волноваться.

– Хорошо, – выдохнула женщина и, отпустив меня, отошла в сторону. Своим видом показав, что и остальные могут теперь меня поздравить.

– Отличная работа, Аскольд, – радостно кивнула Катя.

– Превосходный бой! Рад, что мне довелось увидеть его своими глазами, – важно произнес Никита вслед за матерью.

Влад было сдвинулся с места, но его решительным образом обошла Юлия, на глазах у остальных положив мне руку на плечо.

Глядя мне прямо в глаза, девушка произнесла:

– Ничуть не сомневалась в тебе. Еще один шажочек, и моя ставка выиграет.

После ее слов Катя на миг нахмурилась.

Ну а потом и другие одноклассники присоединились к поздравлениям.