Глава 7
Полтора часа перерыва перед финалом прошли незаметно. Наша странная разношерстная компания стала вести себя чуть более открыто. Даже Марат с супругой позволял себе высказаться, а мои родные и парочка в очках – Вася и Маша, уже не так стеснялись незнакомых аристократов. Притом те же Морозовы не позволяли себе по отношению ко мне выказывать какую-то фамильярность или то, что мы знакомы ближе, чем может показаться со стороны.
– Какой невероятный был бой! – В своих восторгах Борис совсем разошелся. – Как ты ее, а! А она… Это было умм… Восхитительно!
– Именно, – кивнул Глеб. – Нам придется сильно попотеть, чтобы догнать тебя, Аск.
Примерно за такими разговорами и прошел весь перерыв. А затем я выслушал очередную порцию напутственных речей, на этот раз еще более длинную и воодушевляющую, чем обычно. После чего наконец направился прямиком в раздевалку, а моя группа поддержки – на трибуну.
У меня было такое чувство, будто финал подкрался как-то незаметно. И оглянуться не успел, а семь боев уже позади. Осталось выиграть один, и я получу кучу денег!
Скорее бы! А затем будут еще два этапа, еще больше денег, некий большой приз и, хочется верить, изменение моего социального статуса.
Я переодевался с улыбкой на лице, чувствуя нарастающее воодушевление. Куча призов… Но это потом, а сейчас будет бой с Софьей! Уверен, я получу от этого спарринга огромное удовольствие.
На арену я выходил, высоко подняв руку в приветственном жесте. Взгляд мой был сосредоточен на Софье, царственно идущей от второго выхода на арену. Удивляюсь, до чего бесподобно она выглядит в любой одежде. Не могу решить, что смотрелось на ней лучше – красное платье на балу или облегающие спортивные штаны и футболка сейчас на арене. А этот гордый решительный взгляд, готовность разорвать противника, холодный неукротимый дух…
Ух!
Лучшая!
Воистину чемпионка! Не просто чемпионка школы, а всего Юго-Востока Москвы!
Царица лицея…
Стоя напротив Софьи, я кожей чувствовал всю мощь, исходящую от нее. Младшая княжна… дочь князя, но не от княгини, а давит сильнее, чем урожденные великие княжны! Ни Алиса, ни Юля, ни тем более Яна и в подметки не годятся сейчас Софье.
Передо мной воин, преисполненный холодной яростью, готовый вести за собой в бой других воинов. Сарнитские дебри, это ж надо было князю Выборгскому так облажаться! Это все равно что сидеть в новейшем боевом роботе против старых жестянок, но знать, что у тебя кончилось топливо. Если бы такой потенциал был не у младшей дочери, а у полноправного старшего сына, Выборгское княжество через десяток лет заметно расширило бы свои территории.
Прогнав в голове табун этих мыслей, я ухватил за хвост последнюю – это что ж за зверь смог в прошлом году одолеть Софью на третьем – последнем этапе турнира?
Судить сегодняшний финал школьного турнира «Алой Мудрости» довелось Титову. Как-то так сложилось, что ни один их моих предыдущих поединков второй заместитель директора лицея не судил.
Посмотрев на нас внимательным взглядом, Александр Иванович перевел взгляд на трибуны и объявил в прикрепленный к воротнику микрофон:
– Дамы и господа! Вот и подошло время финального поединка школьного этапа всеимперского боевого турнира. За прошедшие дни мы с вами наблюдали немало боев. И наконец-то начинается самый главный бой! Его победитель будет представлять наш лицей на следующем этапе! Только сильнейший боец лицея достоин этой чести. И потому в финале школьного этапа, как и в финалах других этапов, действует особое правило. Если участник дает свое согласие, судья не останавливает бой в случае получения этим участником травмы, а также если участник не может защищаться менее семи секунд. Это жестокое правило ставит под большую угрозу жизнь и здоровье участника, потому участники вправе отказаться. Софья Антоновна Троекурова, согласны ли вы, чтобы к вам в предстоящем поединке применялся финальный тип судейства?
– Да, – без колебания ответила Царица.
– Аскольд Игоревич Сидоров, а вы?
– Да.
– Победит тот, кто вынудит противника сдаться. Либо тот, чей противник потеряет сознание первым. В самом крайнем случае судья оставляет за собой право остановить поединок.
Да уж в «самом» крайнем. Слово «самом» судьи раньше не озвучивали. Стало быть, он встрянет, только если на арене действительно начнется смертоубийство…
В общем-то справедливо – чемпион должен быть истинным. Не только сила, но и воля к победе решают. Обидно, если ты готов сражаться, а судья списывает тебя со счетов. В прошлых турах это было допустимо – если ты получил травму, к следующему туру не восстановишься. А сейчас между этапами для лечения будет масса времени.
Судья начал обратный отсчет, и мы с Софьей одновременно активировали живу. С тех пор как мы вышли на арену, девушка ни слова мне не сказала.
– Три! – скандировали трибуны громче судьи.
– Два! – Я бросил взгляд в сторону своей группы поддержки и поприветствовал их сжатым кулаком.
– Один! – Я вновь сосредоточился на Софье. Форкхово дерьмо, не будь я наследным принцем планетарной империи, чувствовал бы себя крайне неуверенно под незримым напором девушки.
Но настоящий я лишь возбуждаюсь.
– Бой!
Едва голос судьи стих, Софья с силой топнула левой ногой, и половина арены покрылась льдом. Она будто каток создала! Лед коснулся подошвы моих кроссовок и начал подниматься выше. Чтобы освободиться, мне пришлось пустить альтеру в ноги.
Вокруг меня стремительно вырастали ледяные колья.
Пустив альтеру еще и в кулаки, я начал быстро от них отбиваться руками и ногами, плавно смещаясь в сторону Троекуровой.
Софья сильнее Наставников, с которыми мне доводилось сражаться, – это неоспоримый факт. Но еще не Мастер.
Хах, будет весело!
Все новые и новые ледяные колья без устали появлялись вокруг меня, а над головой сформировалось с сотню сосулек, которые, будто пули, полетели на меня сверху!
Мощно, Форкх меня дери! Чего и следовать ждать от чемпионки Юго-Востока Москвы! Меняем тактику!
Мои кулаки покрыли золотые молнии, образовав перчатки, а вокруг появилось невидимое облако альтеры.
Ух ты ж…
Активация облака отозвалась болью во всем теле! Ну еще бы, альтеры приходится вкладывать больше, чем во время спаррингов с Вадимом.
Облако заметно ослабляло сосульки и ледяные пики, притом и замедляя их. Благодаря перчаткам я прекрасно справился с большинством атак, правда, несколько отскочили и врезались в мою футболку, но не пробили ее – покров защитил.
Софья к моей радости «колдовала» не сходя с места, так что медленно, но верно я приближался к ней, шаг за шагом уничтожая ледяные преграды.
Проклятье!
В очередной раз поставив ногу, я почувствовал, что начал заваливаться набок.
Я поскользнулся!
А ведь до этого момента каждый мой шаг разбивал ледяное покрытие. Стало быть, девушка влила в него больше живы…
Я пустил в облако всю доступную мне альтеру, сжав зубы от боли, извернулся, устояв на ногах, и рванул прямо на девушку, сметая по пути колья и сосульки. От каждого моего шага лед под ногами разлетался крошкой. От такого воздействия альтеры техники Софьи по силе откатились на несколько рангов.
Мастер, напавший на усадьбу Морозовых, был гораздо сильнее.
Но Троекурова поражает меня!
Даже моих обрывочных знаний об этом мире хватило, чтобы понять, насколько гениальна во владении живой эта девушка!
Софья выставила левую руку в сторону, запустив очередную технику, правда, я так и не понял, какую именно. Через две секунды я оказался прямо перед ней. Девушка мгновенно облачилась в полный стихийный доспех, внешним видом гораздо больше напоминавший доспех Мастера, чем доспех какого-нибудь осветленного второго ранга.
Доспех был красив, сидел по фигуре, четко очерчивая талию и грудь. На поверхности доспеха вырисовывались декоративные узоры, наплечники и шлем изображали ощерившиеся волчьи пасти. Из-за того, что девушка еще не Мастер, некоторые элементы доспеха выглядели смазанно, но эти недостатки совсем не портили общее впечатление.
Я сконцентрировал в ноге чуть меньше альтеры, чем нужно, чтобы вырубить средненького Наставника. Из-за сбившегося контроля все равно вышло чуть больше. На то и был расчет.
Удар с разворота в голову!
Хах, Софья была готова к моей излюбленной технике и поставила блок. Ледяной доспех разлетелся на ее предплечье, но, пока я отводил ногу, снова восстановился.
Из ее доспеха на животе вылетел ледяной кол. Я смел его правой рукой, наполненной альтерой, а левой «выстрелил» в волчью морду – шлем.
Пасть раскрошилась, но мне в челюсть полетел хук с правой, а из доспеха вырвался очередной кол.
Едва я подумал, что все у меня под контролем, как спиной почувствовал приближение холода. Не оборачиваясь, мгновенно пустил облако альтеры и обнаружил в метре от себя ледяную технику.
Подловила! Видимо, это та самая техника, которую я не смог определить несколько секунд назад.
Резко развернув корпус вправо, я смог уйти сразу от трех атак Софьи и увидел необычную технику. Это оказался ледяной волк, стремительно перебиравший лапами, будто живой. И… Троекурова явно ожидала мой маневр – волк проворно изменил направление и прыгнул на меня, сбив с ног.
Я пролетел метра два. Сминая спиной только что появившиеся ледяные колья, приземлился на неубиваемое покрытие арены. Волк же попытался вгрызться ледяными зубами мне в горло, но я не позволял ему, вцепившись пальцами в шею.
Я использовал облако на полную катушку и все равно ощущал холод от соприкосновения с ледяной тварью. Форкхово дерьмо, так мой покров не выдержит и тело скует лед!
Ай да Софья! Повелительница льда заставляет мою душу пылать! Вот это я понимаю, спарринг!
Отменив покров живы, я тут же сконцентрировал в теле сто процентов доступной мне альтеры и смял волка, оставив от него лишь пылинки, красиво искрящиеся под светом ламп. Вскочив на ноги, я легко отбил ледяные колья и сосульки. Софья ринулась ко мне и ударила ногой в голову!
Уйдя вниз, я врезал ей по печени. Альтеру в кулаке пришлось убавить, иначе бы убил. Однако проблемы с контролем усилились…
Девушка вскрикнула и быстро отпрыгнула в сторону.
Стихийного доспеха на ней не было. Секунда, и ее тело на мгновение покрыл узор инея, тут же исчезнувший. Ясно, своим ударом я сбил с нее и покров, который она мгновенно вернула.
По моему телу пробежали золотые молнии. Я тоже запустил покров, активировав живу вместо концентрированной альтеры.
На Софье же вновь появился стихийный доспех.
– Поразительный парень, – услышала Юля голос одного из зрителей-соседей. – Он ведь даже не использует стихийный доспех, а сражается с младшей княжной на равных.
– И все-таки после собственной же атаки парень потерял контроль, – прокомментировал собеседник момент, когда по телу Аскольда пробежали золотые молнии. – Стало быть, опыта маловато?
– Может, и так… Но что же получается? По голой силе перед нами самородок? Семнадцатилетний простолюдин-Мастер? Или все-таки… – Мужчина не договорил, многозначительно хмыкнув.
Однако его собеседник все понял.
– Если «все-таки», то во время третьего этапа это вскроется. Но я очень сомневаюсь, что… – Он усмехнулся и продолжил: – «Все-таки» есть. Это какой мощности они должны быть? Да и откуда такое добро у простолюдина?
– Значит, все же самородок… Интересно будет понаблюдать за ним дальше. Хотя, если он сможет победить младшую княжну, плакали наши ставки.
– Да и боги с ними, Ваня! Поставим на следующем этапе на парня. Я почти уверен, что победитель сегодняшнего поединка в итоге и будет представлять Юго-Восток Москвы на финальном этапе.
Юле было неприятно слушать речи этих мужчин. Как они вообще могли подумать, что Аскольд использует артефакты? Хорошо хоть ума хватило не произносить это слово вслух. Это было бы совсем уж прямым оскорблением…
А великая княжна не могла позволить, чтобы ее друга при ней открыто оскорбляли. И не просто друга, а…
– Аскольд… – послышался тихий шепот слева. Повернув голову, Юля подавила вздох. Она понимала чувства тетушки Аскольда, но… неужели нельзя просто верить в него?
– Все будет хорошо, Марина, – погладила женщину по спине тетя Катя. – Он непременно выиграет.
– Лишь бы не пострадал…
– Сильно не пострадает. А «не сильно» мы излечим. Не переживайте.
«Он вообще не пострадает», – мелькнуло в голове Юлии, с силой сжавшей кулаки. Девушка принципиально не желала думать о любом негативном исходе поединка для Аскольда. И, откликнувшись на это, ее мозг услужливо подсунул иную мысль:
«А эти двое неплохо смотрятся вместе во время боя. Такого Аскольда я еще не видела… Еще и лыбится постоянно… О чем он думает? Вот же несносный мальчишка!»
А между тем бойцы на арене уже некоторое время обменивались быстрыми ударами, практически не сходя с места. То и дело под ахи трибун в стихийном доспехе Царицы лицея появлялись бреши. Все чаще от зрителей на трибунах слышалось: «Сгорела, видимо, моя ставка».