Глава 36

Он взял меня за руку и направился к лестнице. Я же продолжала колыхаться на волнах зарождающейся влюбленности. Это так символично. Первое задание – и мы идем рука об руку. И все равно, что он начальник, а я на него работаю. Сколько история знает таких браков? Что?! Я в своих мечтах уже добежала до брака? Стоп! Надо откатиться назад. Немного отрезветь и вспомнить, что я на первом задании, которое провалить просто не имею право. И вообще, насколько я понимаю, именно дар сохранил мне жизнь. Вернее, его наличие у меня. Не то казнил бы меня Инквизитор по приезде в столицу.

Пока я занималась внутренним монологом, мы остановились у одной из дверей в коридоре. Справа от нас длинный ряд окон, прикрытых прозрачной воздушной тканью. Слева – одинаковые по виду двери. Под ногами ковер с коротким ворсом, а стены и потолок покрыты яркими рисунками. На терракотовом фоне распускаются цветы и тянутся все выше и выше. Ростки с узкими, длинными листьями. Некоторые из них закручиваются в спирали, другие словно дрожат на ветру, а третьи только начинают прорастать. И ни один не повторяется. Это не трафарет, это явно ручная роспись с большим знанием дела.

Инквизитор прикладывал то одно ухо к двери, то другое. Интересно, нам нужно внутрь попасть? Или уже началось?

Додумать я не успела. Издали, по направлению от входа к нам, послышались голоса.

– Ваша светлость, не нужно принимать ничью сторону. Давайте подождем, кто из принцев займет трон, – подобострастно, торопливо, с придыханием говорил мужчина.

– Молоды вы еще, барон, – с усмешкой отвечал другой. – За то, что вовремя не оказали поддержки, нам могут навредить в делах. Благоразумнее поддерживать обе стороны, но незначительно, и лучше ограничится советами. С герцогом я буду разговаривать сам. А вы, любезный, не вмешивайтесь, чтобы не испортить мне игру.

Мы с Инквизитором переглянулись и отошли ближе к окну. К нам приближались двое мужчин. Впереди шествовал слуга в ливрее. Один мужчина чуть старше возрастом. Одет дорого, в зеленую рубашку, вышитую золотом, а сверху чуть удлиненный жилет с приколотой на груди золотой булавкой в виде лилии. На пальцах обеих рук массивные кольца. Он двигался, поигрывая резной тростью с золотым набалдашником.

Он шел неторопливо, чинно, с достоинством.

Второй, явно помоложе, проявлял суетливость. То стряхнет невидимую пылинку с рукава, то нервно поправит кружево ворота рубашки. Но неизменно поглядывал на второго, как будто ждал от него распоряжений.

На месте, где совсем недавно стояли мы с Инквизитором, все трое остановились. Слуга распахнул дверь и звучным голосом произнес:

– Герцог Серсо Джероними и барон Маттео Уччи.

– Пусть войдут, – отозвался из глубины глухой голос. Мы еле расслышали.

И не успела я опомниться, как Инквизитор кинулся к герцогу и так пнул его трость, что она отлетела в середину коридора. Все трое замерли, проследив ее полет. А Инквизитор тем временем за руку втащил меня в кабинет. И, не отпуская, потянул в дальний от входа угол.

И только прижавшись стене и затаив дыхание, я позволила себе осмотреться. Массивные шторы на окнах едва пропускали свет. Два добротных стола расположены буквой Т. Справа от нас вдоль стены полки со множеством свитков и небольших фигурок людей. Слева камин, на полу ковер. Стены обиты темно-зеленой тканью, что делало кабинет еще мрачнее.

За столом сидел пожилой мужчина, по виду напоминающий бульдога. Широко посаженные глаза, оплывшие щеки, седые бакенбарды.

Заминка с тростью разрешилась, и в кабинет вошли герцог с бароном, а слуга остался за дверью. Хозяин кабинета поднялся при их появлении и поприветствовал. Но обращался он только к герцогу. Суетливого барона словно и не заметил.

– Прошу, господа. Что за спешка привела вас ко мне? – глухим голосом произнес он.

– Имя этой спешки сейчас у всех на слуху. У всех, кто в курсе положения дел во дворце, – вальяжно произнес герцог Джероними.

– Вам стали известны новости? – чуть приподнял брови «бульдог».

– Пока нет, жду их уже завтра. Но мне не дает покоя положение, в котором оказался принц Людовико. Вернее, окажется, и уже совсем скоро.

– Таков регламент власти. Он не меняется никогда, впрочем, кому я об этом говорю, – усмехнулся хозяин кабинета.

– Все без сомнения так, но ведь ни для кого не секрет состояние душевного здоровья законного наследника престола. И как следствие, к чему могут привести его решения. А я уверен, что они коснуться в первую очередь вас, достопочтенный канцлер.

Услышав это, канцлер скривился, как от зубной боли, отвернулся и уставился взглядом в камин.

– Надеюсь, вы сможете повлиять на племянника. Мы, кажется, об этом договорились ранее, за что вы и получили… – он не договорил, переведя взгляд на второго гостя.

– Ни в коем случае не отказываюсь от взятых ранее на себя обязательств, – заверил герцог Джероними. – Но мы можем разыграть и другую партию.

Тишина повисла в воздухе. И только эти двое сверлили друг друга взглядами. Показалось даже, что воздух между ними накалился и звенел, как натянутая струна.

– Может, и разыграем… – не отводя взгляда, произнес хозяин кабинета. – Если нас поддержат.

– Я уверен, что наши друзья не менее умны и рациональны. И, признаюсь, согласием некоторых из них я заручился заранее. Но не хотел бы до времени открывать их имена, – поспешно добавил герцог Джероними.

– В таком случае можете рассчитывать на мою поддержку, – откинулся на спинку стула канцлер, сложив руки на груди.

– Единственное… – замешкался герцог Джероними. – Склонить Инквизитора на нашу сторону не получится.

На этом месте я перевела взгляд на своего спутника. Он только ухмыльнулся, подтверждая услышанное.

– У человека всегда есть выбор, жить или… Если Инквизитор сделает неправильный выбор, – «бульдог» пожал плечами, – это его путь.

– Полностью вас поддерживаю, – залебезил герцог Джероними.

Я в испуге закрыла ладонями рот. Заговорщики, а это были именно они, вынесли Инквизитору смертный приговор. Сволочи! Но, переведя взгляд, я увидела лишь хищный оскал на его лице. Нет, он их ничуточки не боится. Наоборот, готов к бою и полон решимости.