Глава 9

Понедельник в Министерстве обороны начался с рабочих совещаний, от которых у рядовых служащих закладывало уши. Артур сидел во главе стола в переговорной, просматривая сводные таблицы по тыловым контрактам за последний квартал. Напротив, него, закинув ногу на ногу и вальяжно поигрывая дорогущей перьевой ручкой, сидел полковник Виктор Сергеевич Зайцев — начальник управления вещевого и продовольственного обеспечения, человек с сытым, лоснящимся лицом и манерами удельного князя.

— Артур Дмитриевич, ну к чему эта излишняя бюрократия? — снисходительно улыбаясь, протянул Зайцев, откинувшись на спинку кресла. — Цифры, которые вы вынесли на проверку по поставкам зимнего обмундирования, абсолютно рыночные. Инфляция, логистика, закрытые границы... Все тендеры прошли по регламенту. Зачем изобретать велосипед и пересчитывать каждый погонный метр сукна?

Артур поднял глаза. Взгляд у него был тяжелым, колючим, от которого Зайцев подсознательно чуть подался назад, хотя вида не показал.

— По регламенту, Виктор Сергеевич, стоимость комплекта превышает реальную смету почти на сорок процентов, — чеканя каждое слово, произнес Артур. — И материалы, судя по актам лабораторного контроля, не соответствуют ГОСТу. В условиях, когда наши люди на передовой зависят от качества экипировки, это не просто финансовые издержки. Это вредительство. Я направляю полный пакет документов на внутреннюю ревизию.

Лицо Зайцева мгновенно потеряло добродушное выражение. Уголки рта опустились, а глаза сузились.

— Послушай, Смолов, — в его голосе исчезла всякая любезность, и проступила угрожающая хрипотца. — Ты только что из командировок, еще не освоился с мирными столичными реалиями. Здесь никто никому не мешает работать. Не надо копать там, где до тебя уже всё выровнено. Себе дороже выйдет. У тебя репутация боевого офицера, зачем тебе марать погоны из-за какой-то бумажной пыли?

Артур медленно поднялся из-за стола, опираясь ладонями о полированную поверхность.

— Мои погоны чисты, Зайцев. А вот за твои контракты я бы на твоем месте сильно переживал, — тихо, но отчетливо произнес он. — Совещание окончено. Документы уходят в контрольное управление.

Зайцев поднялся следом, тяжело засопев. Проходя мимо Артура, он процедил сквозь зубы: — Ты пожалеешь об упрямстве, полковник. Такие умники долго в министерских креслах не засиживаются.

Хлопнула тяжелая дверь переговорной. Артур остался один. Он подошел к панорамному окну, глядя на дождливые московские улицы, и почувствовал знакомый прилив адреналина — такой же, как перед выходом на сложную задачу. Война с системой началась, и отступать ему было некуда.

Вечером, возвращаясь в Подмосковье, Артур заехал в небольшой магазин за продуктами. В дачном поселке было тихо; редкие желтые огоньки в окнах еле пробивались сквозь пелену надвигающихся сумерек.

Оставив пакеты на кухонном столе в материнском доме, он выглянул на крыльцо. На соседнем участке у Яны темно — судя по всему, она уехала по делам в город или была занята монтажом нового ролика. Артур закурил сигарету, вглядываясь в темные силуэты яблонь, и впервые за день поймал себя на мысли, что его мысли возвращаются не к министерским интригам Зайцева, а к кареглазой девчонке с соседнего участка, которая научила его смотреть на мир без брони.

Игра только набирала обороты, но теперь он точно знал, ради чего стоит держать удар до конца.