Глава 138

На клетку обрушилась волна магии, сминая жесткий металл. Офелию отбросило в сторону от нас, точно тряпичную куклу. Я едва держалась на ногах из-за внезапного удара. Принц, к счастью, не пострадал. Его способности помогли избежать последствий чужого колдовства.

Я в панике посмотрела на первый ряд и увидела Деймона и детей. Маг закрывал их щитами и с тревогой озирался по сторонам, пытаясь понять, кто напал. Он дернулся ко мне, но я вскинула руку. Нет, Мэтти и Дэнни почти беззащитны. Первым делом надо защитить их.

Алграта держал за рукав Его Величество, что-то крича. Дракон орал в ответ, вырываясь, чтобы попасть ко мне, на сцену. Я не успела увидеть, чем закончилась перепалка его Величества и моего мужа.

Воздух снова напитался энергией, как перед первым ударом. Мой взгляд упал на мраморные плиты. В одной из них я увидела свое отражение. Черноволосая девушка округлила глаза, а потом прищурилась. Кажется, кто-то нарвался на проклятье от лучшей Сейморской ведьмы.

– Лжецы! – воскликнул кто-то из толпы. Как и следовало ожидать, это Совет решился напасть. Поразительно, как им хватило наглости при всех аристократах пойти против короля, не боясь ни его союзников, ни возмездия. – Офелия Кирман лишь жертва ваших отвратительных интриг. Все мы знаем, что вы пытаетесь дискредитировать Совет ради своих корыстных целей…

Маг закончил разглагольствовать. Все мужчины в черных хламидах воздели руки к потолку, сжимая в пальцах свои золотые цепи. Они собрали столько энергии, что хватило бы уничтожить Сеймор.

Деймон оттаскивал детей в безопасность, дракон уже успешно раскидал королевскую стражу и обращался, чтобы попросту сожрать нападавших, а я…

Я захихикала. Просто в этом мире мало кто видел магию, как я, цветными пятнами. Это особенность исключительно могущественных магов. И я видела, что облачко, собранное Советом, раз в десять меньше моего резерва.

К сожалению, Офелия не заметила это. Взвизгнув, она вскочила на ноги. Ее пальцы цепко подхватили чужую энергию, жадно загребая магию поближе. Офелия провернула свой излюбленный трюк, украв силу у других.

– Это я ее убью! – завопила она, брызжа слюной. – Я! Я, а не вы!

Офелия повернулась ко мне, дико вращая глазами. Я подмигнула Алграту, стоявшему за ее спиной. Дракон очень недовольно фыркнув, выпустив из носа тонкие струйки дыма, и пошел топтать членов Совета. А я просто претворила в жизнь заклинание, распуская душу Офелии на кусочки.

Такое зло не имело права на существование. И ее последняя попытка напасть – глупая выходка, и только.

Офелия испарилась. От нее не осталось ни следа, даже одежда растворилась в воздухе. Все было кончено. Я посмотрела на свое отражение. Оно выглядело довольным, но не слишком. Оставалось еще кое-что.

– Вы сами видели, – громко произнесла я. – Вот оно – лицо Совета. И вот маги, которых он защищает. Совет готов пожертвовать мною, вами, детьми, любыми невинными душами, лишь бы сохранить власть.

– Он больше не может существовать, – поддержал меня Коул. – Ради вас и вашей же безопасности корона возьмет контроль над магами на себя.

Отдавать столько власти в одни руки было страшно, но лучше уж Коул, чем толпа старых маразматиков. Я не доверяла даже королю. Этим людям требовались новые лидеры, сильные и независимые.

Я подошла к краю сцены и осмотрела зал, в котором присутствовали лишь жалкие остатки гостей. Большая часть сбежала, как только запахло большим скандалом. Я, кстати, знала, кто надоумил Совет напасть. Мартин.

Моему бывшему не жить. Я спущусь с этой сцены и…

– Почему моя внучка опять в опасности?

Скучающий голос донесся у меня из-за спины. Дракон замер, продолжая удерживать члена Совета когтем. Деймон задвинул детей к себе за спину. Его Величество впервые за долгое время с облегчением выдохнул и ретировался за колонну, понимая, что теперь не ему разбираться с этим цирком.

– Совет, госпожа Кирман, – поклонился гостье Коул.

Его очарование не сработало. Марта Кирман побарабанила коготками по подлокотнику трона и подперла щеку рукой.

– Серьезно? – вздохнула она. – Опять? Я надеялась, что когда приду себя в следующий раз, моего потомка будут чествовать, как подобает. И что в итоге?