Глава 19

У меня пропал дар речи. Мы с Лешей не договаривались сегодня увидеться. Он приехал неожиданно. И это неспроста.

По спине вдруг полез неприятный холодок. Ощущение не ахти.

Адам мгновенно стирает с лица всякое удивление и отпускает меня, но отойти не позволяет. Словно загораживает специально. Оттесняет меня к раскрытой двери и перекрывает возможность отодвинуться. Зачем он это делает?!

– О моих, – Адам спокойно отвечает на настороженный вопрос. – Дочь в гостях случайно залезла в комод и вытащила.

– Ясно.

– Адам, – мужчина протягивает руку, оставляя Лёше возможность либо отказаться от приветствия, либо подойти самому. – Отец Ани.

– Алексей, – Лёша все-таки шагает вперёд, отвечая на рукопожатие. – Спасибо, что помог Юле выбраться из машины, – кивает Адаму за спину, – дальше я сам, – чеканит напряжённо. Никогда Лёшу таким не видела. Он всегда был спокойным и рассудительным. А теперь от него волнами исходит искрящее напряжение.

– Привет, – лепечу тихонько, а в ответ тишина. Лёша лишь плотно стискивает челюсти и поджимает губы.

Я все же отмираю, наконец-то обхожу Адама и иду вытаскивать Аню. Адам присоединяется.

– Давай я помогу, – расстёгивает ремни, а я чувствую, как затылок жжёт и колет, пока я внимательно слежу за плавными мужскими движениями. Лёша явно сверлит меня взглядом…

Анюта прыгает на руки к отцу, и Адам крепко прижимает ее к себе. Садит на предплечье и не спешит опускать на землю.

Лёша коротко выдавливает:

– Хорошо погуляли?

– Отлично. У Ани теперь своя рыбка есть, – довольно скалится Адам.

– Да! Она у Адама в аквариуме скоро жить будет, – счастливо сообщает Аня. А Лёша слегка морщится в ответ. – И я буду к ней приезжать!

Лицо Леши подозрительно вытягивается…

– Да. А пока что мы ее просто в контейнере привезли и оставили рядом. Чтоб привыкала. Аня глаз оторвать не могла от моего красавца. И Юля тоже.

Как Лёша от злости зубами не скрипнул, сама не знаю. Но лицо его пошло красными пятнами…

– Ладно, мы пойдём, – заявляю уверенно и чувствую, что от взгляда Лёши начинаю вжимать голову в плечи. Кажется, дома будет чересчур серьёзный разговор. И самое главное: у нас с Лёшей был уговор. Мужчина просил ставить его в известность, когда Аня с Адамом будут видеться.

– Я провожу, – отрезает Адам. Ох, нет, вот этого сейчас не надо. Но на мои слабые попытки отказаться не реагирует.

– Да мы и сами дойдём, – говорит как можно спокойнее Лёша. – Спасибо, что девчонок довез. Не смеем более задерживать.

– Так я не тороплюсь. Пошли? – подмигивает Ане, а та обнимает его в ответ.

С каким лицом Лёша наблюдал за тем, как Адам уверенно с Аней на руках топает к нужному подъезду, ждёт, пока я размагничу дверь, сам нажимает в лифте на кнопку четвертого этажа… сам подходит к нужной двери. Теперь ещё объяснять, почему мой мужчина не в курсе, что Адам бывает у нас в гостях…

А между прочим, за всем этим показательным дружелюбием никто даже и не обратил внимания, что Аня и Лёша друг с другом так и не поздоровались…

*****

– Мы же договаривались, – тихая ярость мужского голоса заставляет распрямить плечи и быть начеку. – Что я должен быть в курсе ваших встреч. А получается что? Вы постоянно вместе, а я ни слухом ни духом.

– Не преувеличивай, – я сохраняю спокойствие. Как могу. – Мы собирались побыть в детском кафе. Планы спонтанно поменялись.

– Юля. Вы у него дома бываете. Он бывает у вас. И мне это не нравится. Общаться с дочерью – это одно. С тобой – другое! – на последней фразе он несдержанно повышает голос.

Адам уехал почти сразу, не забыв поинтересоваться напоследок, как там рыбка-клоун. На Лёшу можно было не смотреть, когда Аня поскакала в комнату, чтобы принести своё маленькое оранжевое чудо.

– Лёш. Не поверишь, но у меня был непростой день. Мы с Адамом в прошлом разошлись не очень хорошо. И теперь вместе находиться сложновато, но приходится терпеть. Давай без наездов, ладно?

– В прошлом не очень хорошо, но теперь, я вижу, у вас полный порядок. Какого черта он тебя у машины зажал?!

Я тяжело вздыхаю. Что сказать? Не ожидал, наверное. Может, на автомате хотел спрятать от внезапного прохожего, защитная реакция. Сложно сориентироваться, когда вдруг со спины подбираются.

– Лёш. Не заставляй меня оправдываться. Я ничего предосудительного не сделала.

– Да?!

– Да, я не хотела с тобой разговаривать. Поэтому и о встрече ты не узнал. В остальном твои претензии не принимаются. И ты сам хотел, чтобы я пошла с ним на контакт.

Кушайте, как говорится. Не обляпайтесь. То самое спокойствие, которое еще хоть как-то балансировало в душе, начинает плавно улетучиваться.

– Это с какой такой радости я теперь впал в немилость, а?!

– Лёш. Я даже дух не успела перевести, как ты набросился с наездами, благо Аня не слышит. И, вообще, мы не договаривались сегодня встречаться.

– Так ты с некоторых пор вон занятая какая. Тебя и не поймать. На звонки не отвечаешь. Смс игноришь.

– Ты не переусердствуй, Лёш.

– Думаешь, мне приятно видеть, как я мимо пролетаю, а ты с бывшим катаешься?

– А вопрос в чем? Что ты пролетаешь, причем по своему собственному желанию, или что я с ним катаюсь?

В сердцах разворачиваюсь и отступаю назад. Непонятная злоба захлёстывает. Я совсем ничего не сделала. Что за претензии? Сам же хотел, чтобы я с Адамом общалась!

– Что происходит-то? Я могу узнать? – дёргает за руку и прижимает к себе, а потом берет мое лицо в ладони и смотрит сверху вниз. – Я ему чуть по роже не съездил, когда он тебя к машине прижал. Ты думаешь, я не видел?!

– Да это просто так со стороны показалось. Лёш, ты не на то внимание обращаешь. О нас поговорить не хочешь? Тебя всегда нет. Ты всегда занят, я никогда не чувствую твоей поддержки и вообще какого-то участия.

– Я тебя всегда поддерживаю. Не надо.

– Нет, тебе абсолютно наплевать на все, что у меня происходит. На все, что я говорю. Все, что для меня важно. Ты не представляешь, как для меня была важна поездка к врачу.

– Была бы важна, ты бы не опоздала.

Заставляю его разжать руки и отворачиваюсь. Вот об этом я и говорю.

– Я уже объясняла, почему такси подвело дважды. Этого не в моих силах было избежать. Лёша. Как ты не понимаешь. Мне не нужно осуждение. Или фразы «ну ладно, деньги возьми, заплати другому врачу». Мне просто нужно, чтобы ты меня выслушал, успокоил, сказал хоть что-то обнадёживающее, обнял, в конце концов! А не тыкал лишний раз «хотела бы – не опоздала». Это я и без тебя знаю. Но ты меня не слышишь.

– Хорошо, кроме врача, что-то ещё?

– То всегда отстранён, всегда в телефоне, мы с тобой так редко бываем вместе, но ты и тогда постоянно с кем-то другим.

– Я работаю, Юль. Если с другим, значит, так надо.

– А со мной не надо? А если я буду постоянно для тебя занята? Ссылаться на дела? Перестану искать время и возможность побыть вместе и придерживаться уже привычного графика? Что будет тогда? Если я всех буду ставить выше тебя? Найдешь кого-то поудобнее?

– Ты преувеличиваешь.

– Мне тебя не хватает. Я объясняю, что мне не хватает твоего времени, внимания и заботы. Да просто элементарного участия и присутствия, в конце концов! А ты отнекиваешься и опять ставишь работу выше.

– Я понял. У тебя был тяжелый день, и ты устала. Поэтому решила, что лучшая тактика – это нападение.

Я тяжело вздыхаю. Он меня не слышит.

– Ладно. Проехали, – пока могу лишь махнуть рукой. Не знаю, что ему ещё сказать. Хочется его непосредственного участия и более весомого присутствия в моей жизни. Но его нет. – Я в душ иду.

– Ну и замечательно, можешь меня с собой пригласить.

Ловит за талию, но я стараюсь освободиться. Неприятно.

– Аня может проснуться, – дочь вырубилась сразу после легкого ужина.

И мне бы тоже хотелось поскорее лечь под одеяло. И не думать ни о чем.

– Юль, – опускает голову, прикасаясь щекой к щеке. – Я же и так стараюсь. Ну разные у нас графики. Я постоянно на телефоне или в разъездах, да. Ты тоже вечно в делах, да. Ну что ты от меня хочешь, солнце?

– Хочу, чтоб ты уехал сейчас, – грустно вздыхаю. Он не хочет прислушиваться, менять что-то, ему и так комфортно. А я все же оказалась не готова к этому разговору.

– Юль. Не драматизируй. Мы редко видимся. Я здесь, мы разговариваем. Но ты просишь меня уехать. Где логика?

«Ты красивая». «Ты так расстроилась. Я переживаю».

Зато Лёша не переживает ни о чем, все у него схвачено, все у него по графику. И я в том числе. И так горько от этого. Потому что я сама это допустила.

Ласковые руки твёрдо ложатся на талию и тут же двигаются ниже. Лёша касается губами кожи на шее и с шумом втягивает воздух.

– Лёш, – кладу ладони ему на плечи и мягко пытаюсь отстраниться. Отворачиваюсь. – Как было меня больше не устроит. Дело не в занятости. А в наших отношениях. И долго мы в том же темпе не протянем. Подумай об этом, пожалуйста.

Мужчина замирает, переставая меня чувственно поглаживать. Неожиданно кладёт ладонь мне на горло. Его рука чуть съезжает вниз, подушечкой пальца Лёша спускается и невесомо поглаживает ямочку между ключиц. Я с трудом, но выдерживаю его тяжелый взгляд.

– Ладно. Вижу, что устала. Поеду я.

Отстраняется и, не оборачиваясь, идёт в коридор.

Холодное «до встречи» прозвучало вместо привычного теплого прощания.

В голове столько мыслей…

Иду в ванную, задергиваю шторку и включаю воду. Обычно я предпочитаю прохладную, но сейчас делаю погорячее. Как будто согреваюсь изнутри.

Лишь перед сном я увидела непрочитанное смс:

Адам: «Грозный у тебя мужик. Давно вместе?»