Глава 55

Уже в который раз за вечер перелистываю фото и видео, пересланные Адамом. Первый раз вижу родителей мужчины. Ноющая тоска где-то глубоко внутри расправляет крылья. Чувствую себя на отшибе. Наверное, это неизбежно, когда у ребенка две семьи: отдельно – папина и отдельно – мамина. А мне бы так хотелось быть в гуще событий, всегда с моей малышкой. Но пора привыкать. Аня растёт, у неё появляются свои друзья, свои интересы, со временем этот вопрос встанет острее, а я буду безумно скучать по той поре, когда мы с ней были неразлучны и не было в нашей жизни никого, кто бы рассеивал наше внимание, когда я была границей мира дочери. Впиваюсь взглядом в экран. Аня такая большая уже, столько воды утекло с тех пор, как я качала ее на ручках и расстраивалась, что малышка плохо спит по ночам.

К родителям Адама она испытывает неподдельный интерес. С энтузиазмом откликается на предложение поиграть в мяч, порисовать. Ещё Адам прислал видео, где его мама объявила, что она специально для Анечки приготовила большой шоколадный торт.

«А можно я маме домой передам? Она тоже любит шоколадный торт!»

На лице женщины в этот момент я отмечаю растерянность и удивление, но она соглашается. А ещё на видео я заметила, что мама Адама несколько раз делала Ане комплименты: что она красивая, что у неё милая заколочка, что она похожа на папу, что у неё получился «просто неприлично прекрасный рисунок», что она тоже хочет научиться так отбивать мяч…

А вот папа у Адама немногословный человек, спокойный, рассудительный. Не могу разобраться по видео, насколько он доволен встречей с внучкой… на первый взгляд ведёт себя ровно, сдержанно, но как будто хотел бы оказаться в другом месте. Это немного расстраивает и… это так странно… наблюдать за их миром, устоявшимся укладом. Но самое главное – я успокоилась. Никто пренебрежения к ребёнку не демонстрирует, не грубит, не задаёт неудобных вопросов. Как же я Адаму благодарна: уверена, это его прямая заслуга. В очередной раз признаюсь себе, что мысленно благодарю этого мужчину постоянно.

– Мам, а есть что-то сладенькое? – дочь налетает на меня сзади, обнимает за спину.

От бабушки и дедушки она вернулась счастливая и довольная. Адам сказал, что встреча прошла на ура. Все были рады.

– А я знаю, на что ты намекаешь, – отвечаю с улыбкой, наслаждаясь крепкими объятиями. Очень люблю свою девочку!

– На тоооорт!!!

Ну конечно. Красивый такой, шоколадный. В холодильнике стоит, ждёт своего звездного часа. Кстати, я попросила Адама поблагодарить маму от меня.

– Мам. А давай… а давай… а давааай, – мысль дочери убегает далеко вперёд, и малышка немного сбивается, – давай мы сюда поставим цветочки! Они такие красивые!

Да, очень красивые. Букет изумительный. Адам привёз Аню и подарил мне его. Задерживаться мужчина не стал. Сказал, что он «полетел», «дел по горло». Вот тут им самое место.

– Мам! Ну торт-то дай! Пожааааалуйста, – эта милая мордашка… как ей отказать.

Только я налила дочери чай и поставила на стол тарелку с лакомством, как оживает мой телефон… и начинает жечь руки. Я чувствую себя весьма странно. Должна ответить, но определенных обязательств на себя не брала. В свете домашнего вечернего уюта предложение встретиться с Аркадием выглядит кощунством. Зря я все же номер ему оставила. Ведь глубоко внутри я понимала, что, скорее всего, ни на какую встречу с ним не пойду. И тешить себя иллюзией, что это не так, нет смысла: мне это неинтересно. Как бы я себя ни уговаривала, что необходимо не поддаваться вновь обаянию Адама… все без толку.

Я думаю о нем постоянно. Невозможно не сравнивать с ним других. Не хочется, чтобы меня касались чужие взгляды. Чужие руки. Не знаю. Не представляю себя с другим теперь. Возможно, позже. Возможно, когда-нибудь я изменю своё отношение… но сейчас не получается, особенно когда присутствие Адама в моей жизни ярким свидетельством красуется на столе. Я не готова сейчас к новому человеку. Лучше расставить все точки над i сразу, признать свою ошибку открыто и честно.

– Алло, – отвечаю спокойно, выхожу и прикрываю дверь в кухню, оставляя дочь наедине с тортом.

– Юлия, очень рад слышать ваш голос. Это Аркадий. Мы у ресторана познакомились.

Я чувствую себя несколько скованно, но мужчина шутит, продолжает беседу и удачно разряжает атмосферу, вдруг уверенно перетягивая на себя инициативу, не позволяя обрубить разговор. Приглашает завтра встретиться.

– Я поддержу любое твое желание: ресторан, набережная. Или экстрим. Можем погонять на великах и на роликах покататься. Кино, парк. Можем пробраться на арт-вечеринку. Я за любой кипиш, – смеётся, – выбирай.

Он выбил меня из колеи уже на слове «экстрим».

А упоминание арт-вечеринки заставило скривить моську. В это сложно поверить, но с Лёшей мы однажды посещали такую… закончилось тем, что ему перепачкали брюки беззаботные посетители. Случайно, конечно, но для Лёши вечер был безнадежно испорчен. Кстати… о мужчине я вспомнила впервые за столько времени…

Не успеваю я ответить собеседнику, как неожиданно раздаётся звонок домофона.

– Аркадий, я должна идти, ко мне неожиданно пришли. Завтра я никак не смогу встретиться… Извините, – сейчас не тот момент, чтобы обсуждать свою ошибку, лучше позже признаюсь, что свидание отменяется в принципе. Не готова я.

Коротко прощаюсь.

– Я перезвоню позже.

Кладу трубку и бегу в коридор. Ого, Адам приехал. Он ведь говорил, что занят…

– А я знаю, что вы меня не ждали.

Сердце замирает от тепла его улыбки.

Какой уж тут Аркадий… Я снова попала в собственные сети. И вновь не получается морально отстраниться, несмотря на все попытки. И никому другому в моей жизни сейчас не найдётся места. Плохая была идея хотя бы попробовать общаться с другим, чтобы отвлечься. Очень плохая. Это нечестно с моей стороны. Чувство вины внутри оживает. И по отношению к Адаму тоже…

Он заехал на полчаса. Я вдруг подумала, что нужно, наверное, более четко очертить границы и не позволять мужчине приезжать вот так неожиданно. Но Адам удивляет замечанием:

– Ты прости, что я без предупреждения, да и поздно. Но дозвониться не смог. Я ненадолго.

От ужина он отказался и пошел с Аней играть в кукол. Со стороны выглядит очень забавно: кукла с мужским голосом и полным непониманием того, что же именно ей нужно сделать.

Чуть позже все перебазировались на кухню, Аня заявила, что ей срочно требуется молоко.

То, что звонит мой телефон, я поняла, только когда Адам приблизился и протянул гаджет со светящимся экраном.

У меня звук на минимуме. Я забыла громкость выровнять. Ох. На экране имя Аркадия.

Оставляю звонок без ответа, откладываю мобильник в сторону и начинаю чувствовать себя неуютно под пронизывающим подозрительным карим взглядом.

– С работы? – насторожённость в мужском голосе вызывает неловкость. А что я скажу? Не обманывать ведь. – Поздновато уже…

– С работы могут в разное время набрать. Это ещё не самое позднее.

– Но это, – кидает на мобильный, а обвинение в его голосе полосует, – не работа.

Я ведь сама стараюсь держать дистанцию. Отчего же на сердце так тяжело? Я сама говорила Адаму, что у каждого из нас своя жизнь. И что не за горами момент, когда в его жизни появится новая женщина… так почему же сейчас я чувствую себя предательницей?

– Давно знакомы хоть?

– Недавно, – отворачиваюсь, чтобы закрыть пакет молока, и зачем-то уточняю, – вчера познакомились. И давай личную жизнь друг друга обсуждать перестанем.

– Юля! – хватает за плечи и разворачивает к себе. – Ну зачем?! Почему ты со мной отказываешься провести время?

– Потому что не хочу занимать его собой, – смотрю куда угодно, только не на него.

– А я хочу, – он как-то незаметно отрезает пути к отступлению и берет в плен. – Может, подскажешь, что мне с этим делать?

– Ты сам лучше разберёшься.

Вжимает пахом в столешницу, крепко притягивает к себе. А я чувствую, как волны сладкой дрожи разбегаются по коже, как охватывает внутренний трепет. Потому что ощущаю мужское напряжение. И от этого кружится голова. Внезапно перед глазами всплывают картины той единственной ночи, которую мы провели спустя пять лет расставания. Наши стоны, его неудержимость…

– Адам, не надо. Аня…

– Она уже к себе ушла. А ты долго ещё будешь делать вид, что тебе все равно?

– Мы уже обсуждали. И мне. Действительно. Все равно, – слова выходят сбивчиво, потому что вспыхнувшая страсть зашкаливает. Дыхание сбивается. Эмоции хлещут.

– Ты в этом абсолютно уверена? – после моего слабого кивка он берет небольшую паузу, обхватывает мой подбородок руками, не позволяет отвернуться. – А если мне названивать станут? Тебе норм будет?

Конечно нет. Я сгорю в муках испепеляющей ревности. Дотла. Но есть шанс, что тогда по-настоящему смогу возродиться. Оказывается, это так сложно, быть равнодушной, когда внутри все пылает. Но от мысли быть преданной вновь, а еще хуже – быть просто удобной, становится даже больнее.

– Я буду только рада, что тебе, наконец, полегчало.

Язык готова себе откусить за это. В темнеющем взгляде столько негодования и недоверия… Но так будет лучше для всех. А для меня особенно. Потому что с каждым днем мне становится все тяжелее и тяжелее сопротивляться. Особенно, когда чувствую нескончаемую поддержку и участие. Когда он рядом. Когда так смотрит на меня… Это становится невыносимым.

Немое мужское возмущение наносит почти ощутимые удары. Но Адам молчит. Нужно просто перешагнуть. Просто оставить за спиной все, что было… Я смогу когда-нибудь. Думала, что уже смогла, но… чуть позже обязательно получится. Я справлюсь.

Когда Адам в гробовой тишине грозно разворачивается и выходит из кухни, я испытываю непередаваемое опустошение.

Посижу на кухне. Подожду, пока Аня с папой наиграются, и Адам начнет собираться.

И уже через десять минут мужчина сообщает, что ему пора. А еще…

– Юль, можно с твоего позвонить перед уходом? У меня что-то с антенной. Звонок не проходит.

Спокойное замечание не вызывает ни капли подозрения. И, как позже выяснилось, совершенно напрасно.

– Да, конечно. Пожалуйста, – разблокирую телефон, передаю мужчине.

– Спасибо, очень выручишь, – легкая ухмылка вводит в ступор. – Я на балкон выйду?

– Да, не вопрос.

Адам переписывает в мой телефон чей-то номер. Улыбаясь разговаривает. Я даже немного прислушиваюсь. Зачем-то… кажется, он с братом говорит? Ну да ладно, мне какое дело.

Уехал мужчина ещё через полчаса. Инцидент на кухне кажется полностью исчерпанным.

Так я думала. Пока с утра не получила удивительное смс от Аркадия:

«Нужно было просто сказать, что ты передумала и не свободна. Я бы понял:)»

Прекрасно…